'Фантастика 2024-146'. Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов

ритме — но Артём чувствовал, что опрокинутый через хрен, Варин — это дело так не оставит.

Встретили его сегодня, спустя четыре месяца после того, как Лиза стала жить у него. На выезде из Князь- Волконского, джипу Пшеничного перегородили дорогу, два "сотых" "Круизёра". На дорогу вышло шесть человек. Депутат Угольников и пятеро подручных. Варина- естественно не было. За него вписался колхозный олигарх….

— Майор, ты не хорошо поступил. Так дела не делают. Ладно Варин- тварь бессловесная, но Лиза и у меня работала. Ты её просто забрал — мне Варин, за неё денег должен…Две штуки баксов..

— Ты не офуел часом- бродяга? спросил Пшеничный вылезая из машины. — Куда лезешь, болезный? Не твое собачье дело, кто с кем живёт..

— Это тебе так кажется, майор. Злобно оскалился Угольников. Интересно, что скажет прокуратура, узнав о похищении человека — военнослужащим? Вот…Угольников помахал какой-то бумажкой.

— Заявление, о похищении. Она хоть и ссыльная — а права у ней есть…Прикинь майор, что тебе твоё начальство скажет. Ведь проверка прискочит- всю бригаду раком поставят…И никто не обратит внимание — что это заявление, полная лажа…Пока разбираться будут. Да и зачем она тебе- чего карьеру ломать?

Здесь Угольников, как в воду глядел. Едва Лизавета, стала с ним жить- так майора вызвали в отдел контрразведки бригады. Бригадный особист — майор Игорь Панкратьев, хоть и был свой в доску парень, тоже из "кавказцев",не раз ходивших с терскими пластунами "за речку",но службу свою знал туго.

— Ты Артём, на фиг сюда, в бригаду, ссыльную приволок? Гостиниц мало?

Пшеничный набычился и веско ответил

— Тебе что? Есть что-то конкретное, предъявляй. А так, чего лясы точить?

— Артём, если контрразведка — тебе что то предъявит. в другом месте говорить будем…

— Ну раз нечего…Тогда я пойду…Ага…И вышел из кабинета особиста.

Пшеничный сплюнул на обочину и сделал шаг, в сторону перекрывших дорогу крепышей.

— Не дури, майор. Она того не стоит…Миролюбиво попросил Угольников. Мужик он здоровый и не из трусливых. Стоит на ногах крепко, с одного удара не сшибёшь.

Ещё один шаг, ещё полшага, вот уже вся кодла, на расстоянии вытянутой руки. Где ни будь на Юге Руси или в Центре, никто не посмел бы "забить стрелку" армейскому офицеру и угрожать. Но здесь — восточная окраина Руси, закон-тайга, прокурор- медведь и люди соответствующие.

Хрясь! Угольников прервал свою речь, запрокинул голову и стал валится на руки своих шестёрок

Что то взорвалось в боку, здорово пнули…Больно как, сука!!!

Руку в карман, блеснула остро отточенная сталь, "последний рубеж обороны"- немецкий складной нож, отличный "золингеновский". Секущий удар по ляжке ближайшему бычку в спортивном костюме — попрыгай на одной ножке, урод.

Тут Артём пропустил прямой удар в переносицу- аж искры из глаз. Отмахнулся ножом, вслепую, зацепил что-то мягкое. Противник взвизгнул.

Клубок человеческих тел, катающийся по просёлочной дороге — удалось расцепить только прибывшему милицейскому патрулю. Местные, унося на руках Угольникова — попрыгали в "Крузаки" и дали газу, Пшеничный сильно помятый в драке, был препровожден в околоток.

— Повезло тебе, майор. Снова начал свой монолог сержант.

— Темно было, а то точно бы на смерть затоптали …Это ты лихо от фар в сторону отпрыгнул.

Ответить Артём не успел. Входная дверь в околоток распахнулась и в околоток протиснулся огромный, медведеобразный мужичара с копной рыжеватых волос и серой милицейской форме.

Сержант тут же заткнулся, вскочил и вытянулся, словно струна. Понятно, сам господин пристав прибыл. господин как его? Во- Макаренко…

Следом дверь хлопнула ещё раз. Прибыл не один. Следом за приставом вошёл бригадный особист- Панкратьев. С ухмылочкой через всю свою — хитрую морду. В дверном проёме замаячили внушительные фигуры пластунов- по- моему, в полном боевом снаряжении, даже в тактических шлемах.

Пристав Макаренко смотрел на меня, словно на лучшего друга или родственника которого не видел лет десять. Сияя улыбкой на "миллион баксов",пристав, всем своим могучим телом рванулся к клетке для задержанных и распахнув её заорал

— Выходите, господин майор! Произошло досадное недоразумение! Я — накажу виновных, сейчас же. И повернувшись к опешившему сержанту — пристав завопил что-то в стиле "сгною дурака"

Пшеничный его уже не слушал. Вышел из клетки, пожал руку особисту

— Как узнал? Я же позвонить не мог, труба- в щепки.

— Да что тут узнавать то, Пшеничный? Ты парень дисциплинированный и тут — пропал. На звонки дежурного не отвечаешь. Ну я сюда, думаю застрял где то по дороге..

— А чего "комендачей" с собой притащил?

— Для огневой поддержки! Хохотнул Панкратьев. У меня в машине — сканер на полицейскую волну настроен. Слышал как этот долбо…ёб. Игорёк махнул рукой в сторону бледного сержанта.

— По рации сообщал начальству о драке и о задержании офицера. Тут мне всё понятно стало. Я "комендачей" свистнул, и сюда. По дороге с приставом связался, объяснил ситуацию.

Как Игорёк, умеет разъяснить ситуацию — Пшеничный знал по совместной службе на Кавказе. Любой пойманный, несгибаемый "волк ислама"- ломался где то через час, после начала "разъяснений" особиста.

— Что случилось, Игорь? Спросил Артём когда он оказался в "Тигре", офицера контрразведки. Сзади плёлся его старый внедорожник, управляемый одним из пластунов.

— Боевая тревога. Это раз. И что-то случилось в Европе — это два.

Через неделю, стало понятно — всё гораздо хуже, чем он думал. Дело медленно но верно — шло к широкомасштабной войне. Может даже к мировой. Артём — на этот счёт никаких иллюзий не питал. Побывав в переделке на Украине, ему всегда казалась, что бои в Крыму — это некий пролог более грандиозных событий. Теперь эти события проявились, как айсберг на пути "Титаника".

Вся, едва сформированная, амурская пластунская бригада- сидела на десантных рюкзаках, ожидая рывка до Хабаровска, погрузки на транспортные борта и переброски на Запад. Не дождались.

— Господа офицеры! Обратился к нам генерал-майор Кологрив, командир бригады, матёрый волчара, переведённый в пластуны, с повышением, из армейского спецназа. Личность, Пшеничному хорошо известная — тоже из "кавказцев". В двадцать второй бригаде спецназа — Кологрив, был первым заместителем командира.

— Наша бригада остаётся здесь, на Дальнем Востоке, до особого распоряжения. Слезайте с рюкзаков. С завтрашнего дня — один батальон пластунов перебрасывается непосредственно в Хабаровск, для усиления 194 мотострелковой бригады. Майор Пшеничный- готовьте своих орлов.

Чёрт, быть приданным другой части, тем более пехотной- хуже не бывает. Мотострелки, по подготовке, на порядок уступают пластунам и случись что, их командир будет гонять нас, как бобиков, затыкая "приданными"- любые дыры. Но приказ — есть приказ.

— Есть, господин генерал-майор. Козырнул Артём.

"Из-за китайцев