'Фантастика 21025-22'. Компиляция. Книги 1-23 - Виталий Хонихоев

— Ой, да какая разница, хах. Задавака. И сиськи у нее мелкие. — тут дверь в душевую снова распахнулась и снова появилась Акира. На этот раз на ней не было полотенца вокруг бедер, на ней были надеты какие-то кожаные ремни, похожие на сбрую лошади. Спереди эта конструкция удерживала подробную анатомическую модель (разве что слегка увеличенную) мужского достоинства. Да, даже вены сбоку были видны.

— Да ты весь день у меня напрашивалась, сучка. — Акира стремительно подошла к нам, нагнула Майко вперед (та только охнула) и с размаху вставила свою … анатомическую модель глубоко внутрь. Майко открыла глаза, они были мутные, с какой-то туманной поволокой и притянула меня к себе спереди.

— Син! Син! — машет перед моим лицом Майко: — ты чего задумался опять?

— Да так. Говорю груди у Акиры что надо.

— А у меня? — выпячивает свои достоинства Майко. Я протягиваю руку и жамкаю эти вещественные доказательства наличия бога на земле. Мягкие, но упругие.

— И у тебя что надо.

— А у кого лучше? — я начинаю подбирать слова, но в этот момент распахивается дверь в купальне и к нам выбегает разъярённая Акира. Кто-то во сне разрисовал ей лицо и теперь она похожа на одного из трех мушкетеров — с элегантными усиками и бородкой, а еще в своей сбруе с торчащим дилдо. Грудь у Акиры не то чтобы была выдающаяся и глядя на нее я прикинул, какой именно она мушкетёр.

— Майко! Ты! — выкрикнула Акира: — я тебя щас так оттрахаю! — и она с разбегу бросилась в купальню. Майко, всем свои лицом изображая ужас и смятение — ловко выпрыгнула из купальни и голышом помчалась в сторону спальни. Акира за ней.

— Арамис. — подумал я. Определенно — Арамис.

Глава 42

POV

Нисимура Акира, маг категории альфа-браво-браво,

«Огненная Сестра», член команды «Черная Вдова»

Она проснулась сразу же — рывком и открыла глаза. Сколько себя помнила, Акира просыпалась именно так. По сравнению с обычными людьми ей было нужно очень мало сна — немного вечером и немного утром. Ночью Акира бодрствовала. Ей было жарко. Вот и сейчас, жар внутри тела пробудил ее и заставил поднять голову.

Она помнила все, что произошло вчера в купальне. И в душе. И, потом — на сдвинутых вместе футонах. И это было на нее не похоже. Обычно она так себя не ведет. И не только она. Обычно так не ведет себя Майко. И даже Читосе, которую Акира знает без году неделя — даже она вела себя не так, как всегда. Акира подняла голову, чтобы посмотреть в сторону Синдзи, и встретилась с двумя внимательными глазами. Майко. Та молча указала глазами в сторону двери — выйдем. Акира поднялась, стараясь не разбудить Сина и Читосе, накинула кимоно, лежащее рядом скомканной тряпкой и, старательно ступая на носочки, проследовала к двери. Следом бесшумно прошмыгнула Майко и Акира в очередной раз позавидовала ее способности передвигаться абсолютно бесшумно, словно кошка.

Они прошли в веранду в полном молчании. Майко достала пачку сигарет и кинула Акире. Акира достала сигарету, прикурила от яркой точки прямо на указательном пальце и выдохнула вверх клуб дыма. В голове стоял редкий бардак.

— Тоже не спится? — тихо спросила Майко. Акира пожала плечами. Она знала, что что-то тут не так и все. И эта мысль сводила ее с ума. Ей двадцать пять лет, она выстроила свою карьеру с нуля, царапаясь с нижних эшелонов, она в состоянии за себя постоять и знает, что делать по обе стороны от прицела. Она не ханжа и любит секс, но не делает из этой области своей жизни фетиша. У нее есть молодой человек, приличный парень из местного университета, специалист по французской поэзии восемнадцатого века. И да, он не виртуоз во всех этих «нефритовых стержнях» и «тучках с дождиком», но и искать секса на стороне Акира никогда не хотела. Раньше. И она никогда раньше не стала бы делать этого с Майко. Слишком уж они разные. Да и ориентацию никуда не деть.

Акира снова затянулась сигаретой. Майко требовательно протянула руку и Акира вернула ей пачку сигарет. Майко взяла сигарету и наклонилась к ее руке, отбросив в сторону волосы. Акира зажгла на пальце огненную точку и та прикурила.

— Знаешь, а я ведь раньше заметила. — сказала Майко: — раньше чем ты.

— Ты о чем? — спросила Акира, глядя как Майко затягивается сигаретой и красноватый свет озаряет ее лицо в полутьме беседки.

— О нем. — ответила Майко: — о тебе. О нас.

— Погоди, не хочешь ли ты сказать… — и внезапная догадка вдруг подкосила Акиру, она села как стояла — там же, благо скамейка рядом. Кровь! Вот оно. Никаких таких чувств, никакого влечения или желания творить черт-те что рядом с этим конкретным школьником у нее не было до … до того момента, пока он не вылечил ее своей кровью!

— Ага. — кивнула Майко, глядя на Акиру: — дошло-таки. Или ты думала, что мы все тут как течные сучки только и ждем шанса запрыгнуть на школьника и заездить его до потери сознания? Я и раньше замечала что что-то тут не так, но сегодня… сегодня я точно это поняла.

— Он — менталист! — волна гнева и отчаяния поднялась в груди Акиры: — нужно…

— Тих, тих, тих. — успокоила ее Майко: — чего нужно то? И с чего ты взяла что он менталист?

— Погоди-ка… дай подумать. — в голове Акиры закрутились мысли, она лихорадочно сверяла данные и воспоминания.

— Импринтинг. — наконец выдохнула она.

— Умница. — Майко затянулась сигаретой: — я ведь, когда поняла — этой ночью, чуть раньше тебя, я же встала. Думала его подушкой придушить, пока еще можно. Аааа… — она махнула рукой.

— Чего ж не придушила тогда? — буркнула Акира, внутри нее все трепетало. Ее изнасиловали! Ее и всех их. Ментализм тут ни при чем — это импринтинг. Кровь Сина — по сути мощнейший артефакт, магический сам по себе, а они использовали ее направо и налево, не позаботившись прочесть мануал или хотя бы узнать о побочных эффектах. А вот и он — импринтинг. Когда в результате использования артефакта ты привязываешься к его владельцу на подсознательном уровне. Начинаешь доверять ему. Перестаешь воспринимать все, что он предлагает критично. А что может предложить мальчишка трем девушкам, которые воспринимают его слова без критики. Ну конечно же. То, чем они все тут занимались несколько часов назад.

Ей хотелось выдрать себе волосы и завыть,