Король звезды - nora keller

Северус подумал, что он похож на студента-первокурсника, которого прислали на практику.

— Я говорил вам, что хотел строить мосты? — спросил юноша, глядя в разбитый монитор.

— Почему «хотел»? Вы больше не хотите этого?

— Хочу… — он оттолкнулся, и вращающееся кресло закрутилось — легко, словно в нём сидел не человек, а призрак.

Когда кресло остановилось, Карл поднялся и сказал:

— Пойдёмте наверх.

Они вернулись к лестнице и поднимались, пока не увидели маленькую металлическую дверь. Карл поднял засов — и они оказались на залитой солнцем крыше. После пыльных холодных помещений фабрики таким наслаждением было вдохнуть пахнущий солнцем воздух.

— Давайте немного посидим здесь, — произнёс Карл и, подойдя к самому краю крыши, опустился на нагретые плиты, свесив ноги.

Северус медленно подошёл и посмотрел вниз. Они долго поднимались по лестнице — до земли здесь было далеко, хотя с Астрономической башни было ещё дальше…

— Это не место, чтобы падать… — тихо сказал Карл.

Северус постоял ещё немного, потом сел рядом. Перед ними лежал вечерний город, пересечённый блестящей лентой реки. Россыпь домов с редкими зелёными пятнами парков. Кое-где на деревьях уже появились золотые листья. Птицы летали в гаснущем небе и, наверное, начинали мечтать о юге…

— Я сейчас приду! — вспомнив что-то, сказал юноша и убежал.

Северус откинулся назад, подставляя лицо ветру. Ветер принёс с собой запах цветов, шум далёкого моря, голоса людей… Он трепал тёмные волосы, проникал под старый свитер…

Вернулся Карл. Ему удалось найти где-то в лабиринтах фабрики работающий автомат с напитками, и теперь он держал в руках две банки с незатейливой надписью «Pepsi» и улыбался. Северный ветер подхватил его волосы, вплетая в них последние солнечные лучи.

— Вот, держите! — он протянул одну банку профессору.

Северус с удивлением уставился на жестяное колечко — когда он в последний раз пил обычную газировку?

Раздался звук — Карл открыл свою баночку и осторожно отпил. Улыбка стала шире. Он держал маленькую жестяную баночку обеими руками — как драгоценность.

«Наверное, у них в приюте это действительно редкость», — рассеянно подумал Северус. Отогнув колечко, он сделал глоток.

— Вкусно, да? — радостно спросил Карл.

Никто уже давно не даёт газировке определения «вкусно». Это вредная для здоровья химическая настойка, которую все просто привыкли пить. Но для этого ребёнка…

— Нормально…

Тишина, которую изредка нарушают голоса птиц, летающих наперегонки с ветром… Ветер, рассказывающий о лете на языке осени… Лето, гаснущее, как солнечные отблески на окнах домов…

Они столько ходили сегодня, солнце давно должно было сесть… Странный день: ни одного заклинания не произнесли, не сделали ничего магического — а кажется волшебнее, чем тысячи других дней… Вот и солнце всё не садится…

И Северус вдруг понял, что солнце не зайдёт, пока здесь Карл…

Юноша сделал последний глоток и поставил пустую баночку на камни.

— Нам пора возвращаться? — спросил Северус.

Карл кивнул.

Северус допил свою газировку и посмотрел по сторонам. Конечно, фабрика — это большая помойка, и всё-таки…

— Давайте оставим их здесь, — предложил Карл.

Северус поставил баночку на камни и поднялся. Карл тоже встал, и они вместе пошли к двери, ведущей на лестницу. У самого порога Северус обернулся: покрытый позолотой лежал вдалеке город. В огромном синем небе играли с солнечными лучами птицы. Ветер кружил в прозрачном воздухе первые опавшие листья. У самого края крыши стояли две маленькие баночки газировки…

Конечно, всё это не могло произойти на самом деле. Он никогда бы не стал слушать этого ребёнка и, уж конечно, никогда сам не стал бы говорить такое. Даже сон бы такой не увидел, если бы в тот вечер не устал так сильно. Поэтому и позволил ему остаться, поэтому позволил себе заснуть… Поэтому и приснилось это…

Глава 44. Для того чтобы услышать себя, нужны молчаливые дни

Уже начали опадать первые листья, стали прохладнее утренние часы, и вечера наступали теперь раньше… Август проигрывал свою вечную битву с осенью, и помочь ему не могла никакая магия…

Карлу всегда нравилось тихое смирение природы, в молчании принимающей наступающую смерть. Это помогало смириться с чем-то внутри себя… Но сегодня желтеющая листва и пахнущее дождём небо поднимали в душе волны горькой тоски.

«Посмотри на птиц, кружащихся в небе, они уже ищут дорогу на юг…» — говорил ему чёрный призрак над левым плечом. — «Ты тоже должен уходить!..»

«Я не могу уйти!..» — повторял Карл.

«Тогда ты умрёшь…»

«Это ещё не известно… Может, у меня получится…»

«Эти птицы не могут пережить зиму…»

Он старался не слушать, но иногда — вот как сегодня, от этих мыслей становилось так тоскливо…

Обходя квартал за кварталом в поисках дешёвых пакетиков чая, спичек, бумажных носовых платков и прочей мелочи, Карл не заметил, как оказался перед дверями маленького китайского ресторанчика. Надежды почти не было, они виделись год назад, и Дала Вонгса предупредил, что собирается уехать из Англии. О возвращении он не говорил…

Карл спустился по ступенькам и вошёл в полутёмный зал. Несколько минут он тщетно пытался отыскать среди немногих посетителей старческое лицо с восточным разрезом глаз, потом голос за его спиной произнёс:

— Здравствуй, Король Звезды!

Юноша обернулся и увидел старого волшебника.

— Здравствуйте! — радостно воскликнул он. — Как хорошо, что я вас встретил!

— Я ещё ничего не сделал, а ты уже радуешься встрече со мной… — улыбнулся Дала Вонгса. — Спасибо…

Последнее слово он произнёс так искренне и так печально, что Карл подумал: он ничего не знает о дорогах, по которым ходит этот волшебник.

— Можно мне поговорить с вами?

— Конечно. Давай выпьем по чашечке чая…

Дала Вонгса сделал знак невысокому человеку, стоящему за стойкой, и тот принёс им две маленькие пиалки с непрозрачным зеленоватым напитком.

— О чём ты хотел поговорить? — спросил волшебник, отпив немного.

— Боюсь, вопросы мои всегда одинаковы…

— Нет ничего плохого в том, чтобы спрашивать ещё и ещё, пока не поймёшь ответ.

— В прошлый раз вы ответили, что я не готов… Теперь я… Я поговорил с человеком, давшим мне имя… Но мне всё равно многое не ясно… Вы сказали, наши имена похожи…

— Даже люди, носящие одни имена, одни лица, проживают порой разные жизни.

— Да, я понимаю… Вот, например, Гарри Поттер и Тёмный Лорд оба могут говорить со змеями, но они враги… — задумчиво произнёс Карл, а потом добавил. — Я тоже могу… Это плохо?

— Никогда не путай форму с содержанием, Король Звезды. Скажи, о чём говорил с тобой змей?

— …Об одиночестве… тоске, страхе… боли…

— Ты слышал не змея, но боль, одиночество, тоску в его сердце. А плохо это или хорошо — решать тебе.

— …Один мальчик из приюта сказал, когда я рядом, начинает твориться что-то… нехорошее… Он сказал, я послал ему сны о корабле, плывущем в никуда… Я заставил его поплыть на этом корабле… — опустив глаза, пробормотал Карл.

— Не считай себя большим, чем ты есть, — строго сказал волшебник. — Одним своим присутствием ты не можешь заставить людей видеть то, что тебе хочется. Для этого есть магические слова, и большинство из них черны…

— Я знаю эти чёрные слова, — шёпотом произнёс Карл.

— Тогда ты должен понимать разницу! Король Звезды не способен управлять людьми, он есть проводник, светильник, освещающий другим дорогу к самим себе.

— Вы всё время называете меня так… Но… Тот человек объяснил, почему мне дали это имя, но не сказал, что оно означает…

— Возможно, он пока ещё этого не знает… — медленно проговорил Дала Вонгса, и в голосе его прозвучала печаль.

— А вы?..

— Если ты ждёшь от меня какой-то истины, то вынужден разочаровать: истины я тебе рассказать не могу. Это не эстафетная палочка, передающаяся от игрока к игроку, но цветок, заново распускающийся в душе каждого ищущего. Потому сто раз подумай, прежде чем убеждать в чём-то других. Твои слова истины могут оказаться для них просто шелухой. Но не торопись отрекаться от своей истины или осуждать тех, кто не может её принять. Просто их время ещё не пришло.

— А моё время… — Карл не договорил.

— На Западе считают, что люди рождаются разные, — помолчав, произнёс Дала Вонгса. — Кто-то похож на огромные чёрные дыры, пожирающие всё живое вокруг себя; кто-то похож на квазары, мечтающие гореть ярче всего во вселенной и уничтожающих всё в своём пламени… Есть те, кто, подобно кометам, летят своей одинокой дорогой, облачившись в ледяную броню… Есть те, кто, подобно мёртвым каменным астероидам, ищут, чью бы жизнь ещё разрушить… Есть люди, не желающие делиться даже крошечкой света, и те, кто безропотно подчиняется им, находя утешение в том, чтобы стать маленьким спутником большого небесного тела… А есть люди-звёзды, под светом их душ рождается жизнь и сияние их озаряет путь бредущих во тьме…