'Фантастика 2025-170'. Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов

десятку на завтрак ест. Помню, когда была маленькой, к моему деду приходил такой. И убил его одним ударом. Просто распылил на атомы. Тогда то мой отец и стал главой рода.

— Я понял, мам. Пойду, переоденусь. — услышанное мне не понравилось. Какой-то служитель, непонятно кому подчиняющийся, может вершить суд над любым смертным. Очень похоже на поведение слуги одного из старших богов. Именно тех, кто посадил меня в астральную клетку.

То есть, мне предстоит встреча со слугой врага, а я столь слаб, что даже не способен постоять за себя физически. Что ж, в этом есть свои плюсы. Во мне сейчас от прежнего — лишь знания и опыт. И праны осталось столько, что её вряд ли почувствует даже бессмертный.

— У тебя полтора часа, сын. — уже в спину крикнула мне графиня. — Поторопись!

— Успею! — ответил я, и покинул ангар. Тяжелый бронескаф с усиливающими сервоприводами позволил мне без труда добраться до помещения, где совсем недавно Анастасия просила взять её с собой. Тут меня ожидали две девушки медсестрички. Что ж, очень хорошо, помогут добраться до покоев.

— Ваша милость, у вас просто стальная сила воли! — с придыханием произнесла одна из красавиц. — никто не смог бы так долго держаться на ногах с такими ранами. Вы — настоящий глава рода!

Ох уж эта лесть. Наивная, детская, но подана предельно искренне, и потому подкупающая. Впрочем, уж эти девушки точно не причинят мне вреда. Хотя бы потому, что уже многократно имели такую возможность, но не воспользовались. Так что я смело отдался на волю красивым помощницам.

Полтора часа пролетели незаметно. Меня успели проводить в покои, где я принял тёплую ванну, а затем медсестрички позвали мою служанку, чтобы та сделала массаж. А сами, вот бесстыдницы, не удалились, и стали помогать Марте. И вот тут я чуть не совершил ошибку. Устав лежать на животе, перевернулся, и полотенце, накрывающее мои чресла, вздыбилась, словно шатёр. В этот момент аура бога окончательно лишила девушек разума, и они потянулись ко мне, словно рабыни, жаждущие удовлетворить своего хозяина. Пришлось прикрикнуть на них — ну не в том я сейчас состоянии, чтобы поддаваться плотским утехам. Мне ж потом не дойти до зала, где меня ожидает мать.

Медсёстры с трудом, но подчинились, занявшись своими прямыми обязанностями. Так что мне помогли одеться, и я при поддержке Марты направился в зал для приёма. Про себя отметив, что тело всё же восстанавливается, и через день-другой можно будет посетить зал для фехтования. Надо, чтобы тело почувствовало то, что умею я. А опыт — что ж, потрачу всю оставшуюся прану. К тому же она в скором времени должна вновь потечь ко мне от последователей. Пусть и очень тонкой струйкой, но всё же.

Именно для этого я так торопился посетить Кри"Наа. Потому что без праны мне будет крайне сложно победить виконта Студилина. Да и двуручный меч удержать в руках тоже будет непросто.

В зале — длинном, в три десятка метров, было светло и тихо. Ещё бы, ведь кроме Анны Огневой здесь никого не было. Пока Марта вела меня к длинному столу, занимающему центр помещения, я осмотрелся. Высокие, от пола до потолка, окна, светло-зелёные шторы, на белоснежном потолке три больших люстры. Стены бежевые, и тёмно-серый пол.

Стоило мне опуститься на стул, расположенный по правую сторону от восседающей во главе стола графини, как Марта, что-то пролепетав, развернулась и через несколько секунд за ней мягко закрылись двери.

— Ты уже думал о том, как будешь справляться с моим братом? — тут же спросила мать. — Договориться не получится, я уже пробовала. Он намерен убить тебя любой ценой, для этого и прилетел.

— Я сегодня уже говорил, что мне достались знания народа Кри’Наа. — мой голос звучал уверенно, даже слишком. Пусть мать думает, что это подростковая самоуверенность. — Теперь я знаю бой на двуручных мечах. Приёмы, хитрости, уловки. Думаю, с завтрашнего дня начну тренировки, чтобы за две недели привести себя в форму.

— Многие и за годы не восстанавливались от астральных ран. — покачала головой Анна. — Виктор, я хочу, чтобы ты понял. Победа Аркадия для рода Огневых — единственный вариант, при котором Анастасия сохранит достойный статус. Я же отправлюсь назад к отцу, где меня ждёт забвение. Мне такой расклад не по душе. И потому, как единственный твой опекун, буду просить искоренителя первого ранга, чтобы он своей волей перенёс дуэль на следующий день после твоего совершеннолетия. В таком случае ты успеешь посетить родовое гнездо Огневых, и тогда у тебя появится реальный шанс победить.

— Думаешь, искоренитель согласится? — заинтересовался я предложением. — И что он потребует взамен за услугу?

— Честно — я не знаю. — впервые в голосе графини послышались нотки растерянности. — Мне неизвестно, что можно предложить тому, кто и так имеет безграничную власть.

— Раз вопрос стоит о моей жизни и существовании рода Огневых, что мешает мне наведаться в гнездо раньше? — спросил я. — Да, риск не пройти инициацию повышается вдвое. Но ведь ты считаешь, что без неё у меня нет ни единого шанса в поединке.

— А ты готов рискнуть и посетить гнездо до совершеннолетия? — в глазах матери появился интерес. — Слушай, если ты станешь главой рода, то сможешь выставить на поединок своего чемпиона. И даже если он проиграет, то дуэль можно будет отсрочить на неопределённое время.

— Не интересует. — Мда, мать у меня — ушлая дворянка. Везде ищет выгоду. А ведь я всего лишь использовал ситуацию, чтобы наведаться в гнездо раньше срока. Уж очень меня заинтересовала эта тема с предтечами. Нутром чувствую, что там найду много ответов на свои вопросы.

— Почему так категорично? — поинтересовалась Огнева.

— Аркадий нанёс оскорбление лично мне. Выставлю вместо себя чемпиона — покажу свою слабость.

— После астрального отравления? Поверь, даже самый злейший враг нашего рода посчитает такой поступок разумным и рациональным.

Посчитает. А еще он будет знать, что я слаб. А значит на меня можно будет надавить. Придется решать вновь и вновь возникающие проблемы, а это может привлечь ненужное внимание. Оно мне надо? Точно нет.

— Сам справлюсь. — я добавил в голос мальчишеского упрямства. Удачный у тела возраст, любые вспышки неадекватного поведения можно свалить на подростковую глупость. Не говорить же каждому встречному, что я не тот, за