"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Леженда Валентин

Как бы там ни было, но в ответ на мою просьбу надутый гном буркнул под нос:

— Не расскажу!

— Расскажешь, расскажешь, куда ты денешься, — не согласился я.

Римбольд прищурился:

— А почему ты в этом так уверен?

— Да потому, что тебя просто распирает от желания рассказать об этом. И не только мне, но всем и каждому.

— Да ты… ты… — От возмущения мой приятель стал заикаться.

— Прав? — ехидно осведомился я. И как в воду глядел.

— Ты, конечно, помнишь ту коробочку, что вручил мне Лесничий? — скорее утвердительно, чем вопросительно, произнес Римбольд после секундной заминки. Я кивнул. — А если помнишь коробочку, то должен помнить и то, что мы с Элейн после этого немного поговорили на гномьем.

А ведь и верно! Мы с Боном, как единственные в компании, не знающие языка бородатых сквалыг, даже потребовали перевода, но получили решительный отказ и даже слегка обиделись. — Так вот. Добрался я до Стоунхолда, с трудом пробился к Друллу на аудиенцию и честь по чести все выложил. Ты бы видел его лицо! Аж фальшивая борода от изумления отклеилась и набок съехала! Впрочем, бороду все равно пришлось бы отдирать. В коробочке была какая-то густая мазь зеленого цвета и неописуемого запаха. На словах же магесса велела князю дословно: «Намажь харю и возрадуйся!» Ну, поскольку Друлл — гном осторожный, то сначала он закатал рукав и весьма густо намазал правую руку от запястья до локтя.

— И что? — с интересом спросил я.

— А ты как думаешь? Разумеется, мазь моментально впиталась, и уже через пару минут десница Друлла была настолько волосатой, что обзавидовался бы даже тот монстр, про которого вы с Боном мне так вдохновенно врали.

Под монстром Римбольд явно имел в виду Большого Волосатого Ы — существо, как принято выражаться, «дикое, но симпатичное». С ним мы познакомились, проезжая через Лохолесье по дороге в Спящие Дубравы.

Даже если гном и преувеличивал — а с него бы сталось! — я не удержался и захохотал. Римбольд воспринял мой смех как должное и продолжал:

— Да, теперь нашему князю впору именоваться не только Долгобородым, но и Мохноруким. Впрочем, его это не сильно расстроило. В конце концов, руку можно время от времени брить, да и под одеждой дефект почти не заметен. Зато какая восхитительная борода выросла на княжеской физиономии, когда ее обработали чудесной мазью! Я, как искушенный парикмахер, мог бы долго о ней рассказывать, но ты все равно не оценишь. Как бы там ни было, но после такого подарка Друлл не только повелел раз и навсегда оставить ваш паршивый Гройдейл в покое, но и полностью реабилитировал твоего покорного слугу, вручив ему этот браслет.

Гройдейл — это маленькое королевство на востоке, совсем рядом с княжеством. Впрочем, когда-то давно Гройдейл входил в его состав, но потом через горы перевалило воинственное племя варваров-гройлов во главе с серьезным дядькой по имени Уг-Вот-С-Такими-Зубами. Впрочем, судя по легендам, «вот такими» у дядьки были не только зубы, но и все прочие части тела, а также тяжеленная двулезвийная секира, прозываемая «Гаплык». Все прочие гройлы если и отличались от своего вождя, то не сильно. Понятное дело, что против такого противника у гномов шансов не было. Изрядно уделав бородатых в нескольких больших сражениях, Уг сложил из черепов убитых нехилую пирамиду, а выживших оттеснил на север. На освободившихся территориях возникло поселение с незамысловатым названием «Гройлы тут», с течением времени превратившееся в королевство.

Гномы, надо вам сказать, существа отнюдь не злопамятные. Они просто злые, и память у них хорошая. Так что, хотя время шло и от Уга и его варваров остались лишь воспоминания, горный народ упорно не желал оставлять их потомков в покое. Войны гремели одна за другой почти семьсот лет, но ни одна сторона не могла окончательно взять верх. И вот совсем недавно, когда на троне Гройдейла восседал мой драгоценный тесть Лейпольдт XIV (монарх, между нами говоря, так себе), его королевство едва не досталось бородатым вообще без кровопролития. Положение спасла лишь Элейн, лично заплатившая князю Друллу выкуп. Впрочем, сдается мне, одними деньгами дело бы не решилось, но из прекрасной магессы, если она не хочет, и слова не вытянешь…

Выслушав мои искренние поздравления, Римбольд поблагодарил и неожиданно вздохнул:

— Вообще-то, Сэд, — ты только никому не говори! — ты отчасти прав. На моем браслете выбито: «Римбольд! Братан! Век не забуду! Друлл». Но уж на Колонну великих деяний нанесли все, что я тебе рассказал, честь по чести.

— Ну, тогда не велика разница! — великодушно согласился я, даже не скрывая улыбку. — А что было дальше?

— Дальше, — Римбольд мечтательно закатил глаза, — я, как доверенное лицо князя, мотался по всему материку с крайне секретными и ответственными поручениями. Суть их, разумеется, составляет государственную тайну, но ты и представить себе не можешь, сколько раз за это время я был на волосок от верной смерти! Какого мужества, ловкости и смекалки требовали от меня обстоятельства! Какие опасности подстерегали меня на кажд…

— Достаточно! — взмолился я, по опыту зная, что только дай этому болтуну волю, и он будет расписывать свои подвиги часа три.

— Ну вот, и слова не дает сказать! — недовольно буркнул мой бородатый приятель. — Ты, конечно, мне друг, Сэд, и все такое, но при этом начисто лишен совести! Мы ведь с тобой не виделись Пругг знает сколько времени!

— Не ворчи, это тебя старит! — Я слегка хлопнул гнома по плечу. — А моей совестью работает Глори.

Глори — это как раз моя жена, урожденная принцесса Глорианна-Теодора Нахаль-Церберская.

— Оно и видно! — фыркнул тот и демонстративно потер плечо. — Ну и ручища у тебя, долговязый. Теперь ведь синяк будет, как пить дать… М-да, а я ведь, между прочим, заявился сюда по твою душу.

— Серьезно? А я-то думал, что ты просто соскучился.

— Ага! Держи карман шире! По твоей милой жене — кстати, до сих пор не пойму, что она в тебе нашла! — и впрямь соскучился, но что касается тебя, невоспитанный варвар… Впрочем, я, быть может, и прощу тебя, но потребую в виде компенсации за моральные издержки, чтобы меня накормили обедом. Прошу заметить: не каучуковой подметкой, которую в этой забегаловке втюхивают клиентам под видом мяса, а нормальным обедом. Как минимум — из четырех блюд. Десерт приветствуется.

— А то ты сам не знаешь, что Глори оторвет мне голову, если я не приведу тебя к обеду. Тем более что сегодня она собиралась печь твои любимые пирожки с ягодами.

— Да что же ты сразу-то сказать не мог?! — всплеснул руками гном. — Бессердечный ты всё-таки тип, Сэдрик! Если бы ты знал, сколько раз я, как волшебный сон, вспоминал чудесную стряпню Глори, когда жестокие клеши голода стискивали мой желудок, в то время как я пробирался, ежесекундно рискуя жизнью…

— Стоп, стоп, стоп! — поднял я руки, чувствуя, что гнома опять понесло. — Глори тоже наверняка желает услышать о твоих подвигах. Так что, если ты хочешь, чтобы я съел все пироги сам, то можешь сидеть дальше, а я пошел.

— Эх, не будь я так голоден!.. — Римбольд, притворно охая, встал, взвалил на плечо объемистую дорожную сумку и направился к выходу.

Не тут-то было.

Малыш Черч, бывший профессиональный костолом и хозяин трактира «Золотая кружка», в котором мы в настоящий момент находились, не зевал. С неожиданной для такого грузного тела проворностью он перегнулся через стойку и схватил гнома за шкирку.

— В чем дело?! — взвизгнул тот. — Мы торопимся!

— Ничего не имею против. Заплати за еду и кувшин вина — и можешь торопиться дальше, — ухмыльнулся Черч, подмигивая мне.

— Но я думал, что Сэд…

— Извини, приятель, но я, кажется, оставил дома кошелек, — с сокрушенным видом развел я руками, прекрасно поняв, откуда ветер дует.

Обреченно вздохнув, гном полез в карман и после продолжительного исследования его содержимого выложил на стойку две серебряные монеты. Однако Черч и не думал его отпускать.

— У тебя, кажется, плохо с арифметикой. Одна монета покрывает овощной салат, ростбиф, пшеничную лепешку и две большие груши. Но кувшин муската стоит две.