Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

чернилами. Филпот надел очки и стал вчитываться в написанное. Там было всего несколько слов: «Вашу жену убила женщина».

Филпот поднял глаза.

— Поразительно! — пробормотал он. — А первая записка, которую вы получили, тоже была написана печатными буквами?

— Не помню. Я даже не помню, что там было написано. Мы тогда не сомневались, что это дело рук местной шпаны. Но это уже не похоже на хулиганскую выходку.

— Вы считаете, что камень бросил человек, который что-то знает?

— Скорее, кто-то решил надо мной поглумиться. Знаете ведь, как любят в деревнях писать анонимные письма, — одно из лучших развлечений.

— По-моему, вы правы, — сказал он, протягивая мне обрывок, — эту записку надо отнести сержанту Кину. В анонимках он разбирается куда лучше меня.

Сержант Кин был явно заинтригован.

— Странные тут творятся дела, — заметил он.

— Что, по-вашему, все это значит? — спросил я.

— Трудно сказать. Может, просто со злобы хотят кого-то подставить?

— А может, намекают на миссис Ли?

— Нет, не думаю. Скорее… Скорее дело было так… Возможно, кто-то что-то видел или слышал — шум, крик или лошадь промчалась мимо, — и сейчас же после этого наткнулся на какую-то женщину. Но тогда выходит, что та женщина не была цыганкой, про цыганку не стали бы писать — все и так уверены, что именно она все это устроила. Нет, здесь же, похоже, говорится о совершенно другой женщине.

— А что насчет цыганки? — спросил я. — Есть какие-нибудь новости, нашли ее?

Он медленно покачал головой:

— Нам известно несколько мест, куда она обычно ездит. В восточную Англию. У нее там друзья — среди цыган. По их словам, нынче она туда не приезжала, но особенно верить им нельзя. Они всегда предпочитают помалкивать. Мы опросили местных жителей — они ее там довольно хорошо знают. Они тоже говорят, что в последнее время миссис Ли не появлялась. Да, по правде говоря, я и не думаю, что она отправилась… в восточную Англию. Последние слова он произнес с особенным нажимом.

— Я не совсем вас понимаю, — признался я.

— Логично было бы допустить, что она боится. Оснований для этого вполне достаточно. Она угрожала вашей жене, пугала ее, а сейчас, скажем, не без ее участия, произошел несчастный случай, и ваша жена умерла. Конечно, она смекнула, что полиция бросится ее разыскивать. Поэтому она уж постаралась скрыться. Она попытается убежать от нас как можно дальше. Не будет показываться в общественных местах и пользоваться общественным транспортом.

— Но, надеюсь, вы ее найдете? У нее такая приметная внешность.

— Разумеется, найдем. Только на это требуется время. То есть если все произошло именно так.

— По-вашему, все могло произойти иначе?

— Видите ли, меня все время смущает одна мысль. Не давал ли ей кто-нибудь денег, чтобы она доводила вашу жену угрозами?

— В таком случае она приложит еще больше усилий, чтобы исчезнуть, — сказал я.

— Но тогда существует и еще кто-то, заинтересованный в том, чтобы она исчезла. Об этом тоже следует помнить, мистер Роджерс.

— Вы имеете в виду того, кто ей платил?

— Да.

— А если этот человек — женщина?

— И похоже, кто-то ее вычислил. Вот и посыпались анонимные записки. Теперь эта женщина тоже затаится. Она-то точно не ожидала, что такое случится. Как бы она ни хотела, чтобы ваша жена уехала отсюда, она никак не думала, что угрозы подкупленной ею цыганки обернутся смертью миссис Роджерс.

— Да, — согласился я, — о таком исходе она наверняка не думала. Все делалось только для того, чтобы запугать нас с Элли и заставить уехать отсюда.

— А кто, по-вашему, должен теперь бояться больше всех? Тот, по чьей вине произошел этот несчастный случай. То есть миссис Эстер Ли. И она может чистосердечно во всем признаться. Сказать, что это была вовсе не ее затея. Повиниться, что ей за это заплатили. И назвать того, кто ей платил. И кому-то это может очень не понравиться, а, мистер Роджерс?

— Вы имеете в виду того, кого мы с вами вычислили?

— Главное, мы вычислили, что кто-то цыганке платил. Вот этот кто-то и постарается заставить ее замолчать как можно быстрее.

— Вы полагаете, цыганки уже нет в живых?

— Не исключено, — сказал Кин. И вдруг совершенно для меня неожиданно спросил:

— Вам известно, что в самой чаще вашей рощицы есть причудливый павильон? Его называют «Каприз».

— Да, — ответил я, — а что? Мы с женой его отремонтировали и обставили. Мы иногда заходили туда, но не очень часто. А почему вы спрашиваете?

— Мы, знаете ли, прочесали все вокруг. И заглянули в «Каприз». Он не был заперт.

— Да, — подтвердил я, — мы его не запирали. Там ничего ценного не было. Всего лишь немудреная обстановка. Диван, шкафчик, стулья.

— Мы подумали, не скрывается ли старая миссис Ли там, но никаких следов ее пребывания не обнаружили. Однако мы нашли вот что. Я как раз собирался показать эту вещь вам. — Он открыл ящик и вынул изящную, отделанную золотом зажигалку. Это была дамская зажигалка, и на ней брильянтами была выложена буква «К». — Эта вещица не принадлежит вашей жене?

— Нет, раз на ней буква «К», — ответил я. — У Элли вообще такой не было. И у мисс Андерсен тоже. Ее зовут Грета.

— Мы нашли зажигалку в «Капризе». Кто ее там оставил? Вещица примечательная, наверное, стоит немалых денег.

— «К»? Не знаю никого, чье имя начиналось бы с этой буквы. За исключением Коры, — задумался я. — Это мачеха моей жены, миссис Ван Стивизант, но я просто не представляю, чтобы она сумела отыскать «Каприз», ведь к нему ведете крутая и сильно заросшая тропинка. И, кроме того, она давно не была у нас. Около месяца. Да я и не видел, чтобы она когда-нибудь пользовалась зажигалкой. Конечно, может, я просто не обратил внимания, — добавил я, — Мисс Андерсен, вот кто у нас всегда все знает.

— Что ж, возьмите зажигалку с собой и покажите ей.

— Хорошо. Но если это действительно зажигалка Коры, странно, что мы с Элли ее не увидели. Там не так много вещей, и мы сразу бы ее заметили. Кстати, мы совсем недавно заходили туда… Зажигалка валялась на полу?

— Да, возле дивана. Но туда мог зайти кто-то еще. Местечко очень удобное — например, для любовного свидания. Я, конечно, имею в виду местных жителей. Но у них вряд ли нашлась бы такая вещь.

— Есть еще Клодия Хардкасл, — вспомнил я. — Но и у нее вряд ли имеются такие дорогие вещи. И что ей делать в «Капризе»?

— Она ведь дружила с вашей женой, правда?

— Да, — подтвердил я, — она была здесь самой