Вторжение - Андрей Олегович Романов

останешься здесь, охраняй «детей». – Повернувшись, я осмотрел трех женщин, которые на детей никак не тянули, и даже в соответствии с местными обычаями могли возмутиться, и сказать, что они вдовы и сами способны о себе позаботиться, но все трое молча склонили головы, принимая свой статус, причем с радостью.

- И займись обустройством пещеры, дети тебе помогут, только осторожно, мы сейчас на холме, и расширяться надо осторожно, чтоб не затопило. Но открытый выход перекрыть необходимо он демаскирует.

- Сделаю, муж мой. – Кивнула Шестипалая.

- Мы вернемся до заката. Фрося…

- Мряу…! – Мяукнула кошка, энергично замотав хвостом, опять мокнуть ей совершенно не хотелось.

- Эм, остаешься здесь. – Сжалился я над котейкой. – Нюхач, за мной! – Приказал я и, протянув к парню тонкий духовный жгут, чтоб не потеряться, активировал, скрыт и вышел наружу, он последовал за мной.

Я внимательно прислушивался ко всем ощущениям, но демонов рядом не было, да и дождь сильно ограничивал обзор, что скорее плюс, чем минус. Едва отойдя от каменистого холма наши ноги по щиколотку стали вязнуть в грязи, затрудняя движение. На охоту сходить еще, куда не шло, но долгий переход в таких условиях даже местным людям не выдержать. Ладно, прочь несвоевременные мысли, надо быстро найти добычу, чем меньше мы на открытой местности, тем меньше шанс нарваться на демонов, а со скрытностью у парня, откровенно говоря, плоховато.

Поэтому я даже не стал пытаться искать бродивших тут по словам Шестипалой Ширшей, эти длинноноги даже по такой грязюки могут умотать в неизведанные дали, и вообще стая слишком опасна, я могу не успеть разобраться со всеми, а мой напарник… Не знаю, может он и справится в одиночку, с ширшем, я его навыков пока не видел, но лучше не рисковать. Повернув в сторону зарослей колючих кустов, я повел парня на большую дичь.

Всего около часа понадобилось на то, чтоб обнаружить броненосца, точнее эта тварь как-то умудрилась заметить нас первой, стандартно залепив духовной молнией. Но я был готов к такому развитию событий, ведь ловил зверька ради ускорения процесса на живца. Нет, Нюхач плелся, сзади держа дистанцию, живцом был я сам, поддерживая всю доступную мне защиту, благодаря которой, а так же возросшей силе с момента первого знакомства с этими молниями удар я выдержал без особых потрясений. Броненосец, выскочивший, сминая кусты, также не стал неожиданностью, и на всем ходу, провалился мордой в сотворенную перед ним магией яму.

- Бей! – Скомандовал я, позволяя ошарашенному, и кажется, слегка задетому молнией парню принять участие в охоте, что он и сделал, совершив несколько интересных, но совершенно бесполезных против броненосца духовных ударов.

Посчитав, что этого достаточно и мы и так излишне нашумели, я подскочил к уже выбирающейся твари, удачно подставившей слабо защищенную морду, и уничтожил ее, несколькими сконцентрированными ударами разворотив всю голову, и повредив энергетику.

Дальше все было просто, быстро разделать, уплотнив, сколько возможно, выцарапать призму, и нагрузившись, как волы поспешить, прочь, пока на парящую энергией тушу не сбежались все кому не лень. Однако на обратном пути, Нюхач оступился, и познакомился с колючими кустами, на его счастье удар пришелся в огромный кусок духовной плоти, что он волочил на спине и парень не пострадал. Если не считать моральной травмы от моего выговора, но сам виноват. Больше никаких препятствия нам не встретилось, и мы благополучно вернулись в пещеру, уже изрядно преобразившуюся, усилиями Шестипалой. Теперь временный лагерь действительно обеспечивал не только защиту от дождя, но и маскировку духовной силы.

Наше скорое возвращение с богатыми трофеями обрадовало девушек, я быстро поделил добычу на три кучки, самую большую – Родовую, отдал мастерицам, на общие нужды. Одну небольшую порцию вручил лично Нюхачу, ну а последняя была моей собственностью, и тут я тянуть не стал, оторвав достаточный кусок, сразу подошел к Грозноокой и вручил ей свой свадебный подарок, под завистливыми взглядами оставшейся парочки. Надо ли говорить, что она его с радостью приняла, и пообещала сделать себе одежду и оружие еще до конца дождей? После чего я обратил внимание на Быстрые Пальцы, переминая в руке еще кусок духовной плоти, раздумывая, что делать. На самом деле мне и Шестипалой хватало, ну теперь Грозноокая добавится, что тоже неплохо, но вот третья. Быстрые Пальцы меня совсем не привлекала. Женщина была очень высокой, почти ростом с местных мужчин, и сейчас необычайно худая, что ее совершенно не красило. Я бы с радостью поделился с Нюхачом, но тут тоже не все так просто, не может быть у Вождя, да еще и осененного Светом столько же женщин, как и у едва повзрослевшего пацана. С одной стороны можно забить на все местные условности, но облегчения это не принесет, и только посеет смуту в умах людей, поэтому придется обозначить, что она моя, и точно не третья жена, ведь развод тут не предусмотрен. Шестипалая правильно подсказала, наложница, по статусу практически как самая младшая жена, но разница в том, что мужчина в любой момент может от нее отказаться. В таком случае дарят пояс, как символ положения и оружие. В случае расставания пояс забирают, а оружие остается у женщины и она в теории может жить дальше самостоятельно.

Пока я стоял перед девушками переминая в руках комок духовного материала, они кажется даже не дышали, причем все трое, включая только что осчастливленную Грозноокую, и когда я развернулся, оставив их заниматься трофеями услышал два грустных вздоха и один радостный. Но девочки печалились не долго, это для них обработка духовной плоти занимает дни и недели, мы с Шестипалой работали куда быстрее, и уже через пару часов я вернулся к Быпе, как я ее сокращенно назвал, замучившись со слишком длинным именем, держа в руках длинное копье с широким наконечником и поясом с бахромой прикрывающей интимное место.

- Прими это оружие, воительница и войди в мой дом. – Произнес я, даря подарок, и дожидаясь ответа.

От статуса наложницы женщина легко может отказаться, так что в теории я мог бы получить отворот, но только в теории. Быпа, буквально вцепилась в копье, вокруг которого был обмотан пояс, и, схватив его, защелкнула на талии.

- Я принимаю защиту твоего дома, и покуда на мне этот пояс буду чтить тебя как мужа, а жен твоих как старших. – Протараторила она, широко улыбаясь.

В ответ я кивнул, уловив на себе молящий взгляд последней свободной девушки, да непорядок.