Опыт революционной борьбы - Эрнесто Гевара

4) отсутствие контактов распространяется также на партию, хотя мы сделали через Паулино попытку, которая, может быть, даст желаемый результат;

5) вокруг Дебре продолжается большая шумиха, но теперь его имя связывают с моим, а меня называют руководителем движения. Посмотрим, будет ли нам на пользу или нет такая новая постановка вопроса правительством [Боливии];

6) моральный дух партизан на высоте, и их решимость бороться растет. Все кубинцы стали примером в боях, и только два или три боливийца выглядят слабо;

7) армия с военной точки зрения действует малоэффективно, однако она ведет работу среди крестьян, которую мы не можем недооценивать, так как при помощи страха или лжи относительно наших целей она вербует среди местных жителей доносчиков;

8) кровавая расправа на рудниках сделала более ясной для нас панораму, и, если наше воззвание будет распространено среди шахтеров, оно станет очень важным фактором.

Наиболее срочная задача: установить контакт с Ла-Пасом и пополнить наши запасы оружия, боеприпасов и медикаментов, а также добиться присоединения к нам 50-100 человек в городах, даже если за их счет количество бойцов в нашем отряде увеличится только на 10–25 человек.

Июль

Продолжают действовать те же отрицательные моменты, что и в прошлом месяце: невозможность установления контактов с Хоакином и с нашими друзьями, а также потери в личном составе. Теперь нас уже только 22, включая двух лежачих больных, в том числе и меня. Это ограничивает нашу подвижность. Мы провели три боя, а также захватили Сумаипата. Армия потеряла при этом семь человек убитыми и десять ранеными, если исходить из путаных армейских коммюнике.

Мы же потеряли двух человек, и один наш боец ранен. Наиболее важные особенности месяца таковы:

1) продолжающееся полное отсутствие контактов;

2) крестьяне по-прежнему не вступают в отряд, хотя имеются некоторые ободряющие признаки; наши старые знакомые среди крестьян принимали нас хорошо;

3) легенда о партизанах распространяется по континенту. Онганиа перекрыл границу, а Перу принимает меры предосторожности;

4) попытка установить контакт через Паулино потерпела неудачу;

5) моральный дух и боевой опыт партизан растет от боя к бою. Слабо выглядят Камба и Чапако;

6) армия ведет свои действия неудачно, но некоторые ее подразделения стали более боевыми;

7) в правительстве [Боливии] углубляется политический кризис, но Соединенные Штаты предоставляют ему небольшие займы, которые по боливийским масштабам весьма значительны. Это несколько умеряет недовольство.

Наиболее важные задачи: восстановить контакты, набрать новых бойцов, достать медикаменты.

Август

Это был, безусловно, самый тяжелый месяц, который мы пережили с того момента, как начали вооруженные действия. Обнаружение армией всех наших тайников с документами и медикаментами явилось для нас очень тяжелым ударом, особенно с психологической точки зрения. Потеря двух бойцов и последовавшие за этим трудные переходы, во время которых мы держались только за счет конины, деморализовало людей. Дело дошло до того, что Камба ставит вопрос об уходе из отряда. Мы бы от этого только выиграли, но не при данных обстоятельствах. Отрицательно сказывается на моральном духе бойцов и отсутствие контактов с Хоакином, а также тот факт, что пленные из его отряда выдали армии все, что знали. Моя болезнь также посеяла среди многих неуверенность и все это сказалось на единственном нашем бое, в котором мы могли нанести армии серьезные потери, но только ранили одного солдата. С другой стороны, трудные переходы по горам без воды выявили некоторые отрицательные человеческие черты у бойцов.

Наиболее важные характеристики:

1) мы по-прежнему лишены каких бы то ни было контактов и не имеем надежды установить их в ближайшем будущем;

2) крестьяне по-прежнему не присоединяются к нам. Это естественно, принимая во внимание тот факт, что в последнее время мы мало встречались с ними;

3) в отряде наблюдается упадок духа, но, надеюсь, это временное явление;

4) армия не действует более эффективно и напористо. Мы переживаем момент упадка нашего боевого духа. Легенда о партизанах также тускнеет. Наиболее важные задачи – те же, что и в прошлом месяце: восстановить контакты, увеличить свои ряды за счет новых бойцов, обеспечить себя медикаментами и оружием.

Надо указать, что Инти и Коко все более проявляют себя как твердые и боевые революционные кадры.

26 сентября

Разгром. Мы пришли на рассвете в Пикачо. Там все отмечали праздник. Это самый высоко расположенный пункт, которого мы достигли – 2280 метров. Крестьяне очень хорошо встретили нас. Мы продолжили свой путь без всякого страха, хотя Овандо накануне заявил, что я вот-вот буду захвачен. Когда мы дошли до Игераса, то почувствовали, что все вокруг как-то переменилось. Все мужчины куда-то исчезли, и мы только изредка встречали женщин. Коко направился в дом телеграфиста, в котором есть телефон. Возвратясь, он сообщил, что 22-го числа помощник префекта Валье-Гранде передал коррехидору, что в этой зоне появились партизаны.

Местным властям было приказано незамедлительно сообщать о нашем появлении в Валье-Гранде, где оплатят все расходы. Телеграфист куда-то сбежал, но его жена сказала, что сегодня по телеграфу ничего не передавалось, так как в ближайшем селении – Хагуэй – все веселятся по случаю праздника.

В час дня наш авангард вышел на Хагуэй, чтобы там отделаться от мулов и решить судьбу Врача. Вскоре после этого я допрашивал единственного мужчину, обнаруженного в поселке. Он был очень напуган. Затем в поселке появился еще один мужчина – торговец кока-колой. Он сказал, что пришел из Валье-Гранде через Пукару и ничего не видел. Когда я стал подниматься на вершину горы – это было примерно в полвторого – по всему склону холма зазвучали выстрелы. Мы попали в засаду. Я организовал оборону в селении, чтобы подождать тех, кто уцелеет в этом бою, и велел отходить затем по дороге, ведущей в Валье-Гранде. Через несколько минут появился Бениньо. Он был ранен. Затем пришли Анисето и Паблито, которому пуля угодила в ногу. Они сказали, что Мигель, Коко и Хулио убиты, а Камба пропал, бросив свой рюкзак. После этого авангард пошел по намеченной нами дороге. За ним двинулись мы, ведя с собой двух мулов. Арьергард прикрывал наш отход, стреляя по приблизившимся вплотную солдатам. Инти потерял с нами связь. Мы подождали его полчаса, устроив небольшую засаду против солдат, которые продолжали обстреливать нас со склона. Затем Инти присоединился к нам. В этот момент мы заметили, что Леон исчез. Инти сообщил, что он видел его убегающим по каньону без рюкзака. Мы тоже видели человека, быстро идущего по каньону, и решили, что это был Леон. Чтобы сбить солдат с толку, мы пустили вниз по каньону мулов, а сами пошли дальше по узкой расщелине, в конце которой нашли горькую воду. В двенадцать часов заснули, так как не могли идти дальше.