Сокровище Единорога - Нелла Тихомир

По прошествии семи дней, вечером, к воротам подъехала карета, а еще через пару часов Нимве об руку с Кьоланом поднималась по ступеням Малого дворца, резиденции королевской семьи. Огонь, что горел в каменных чашах по краям, отражался в мраморе, и Нимве вдруг почудилось, будто они всходят на костер. Она сжала ладонь спутника, кутаясь в плащ и пугливо озираясь.

- Не бойся, - тихо молвил Кьолан. - Все будет хорошо.

У огромных, окованных бронзой створчатых дверей стояли гвардейцы. Когда гости подошли, офицеры взяли на караул, и Нимве отшатнулась.

А внутри у нее совсем закружилась голова от яркого света и роскоши. Замок графа Атлана показался бы лачугой рядом с этим. Мрамор, золото и красное дерево, огромные картины, живые цветы и хрусталь на люстрах, восковые свечи в огромных канделябрах…

Пока Нимве ошеломленно оглядывалась, к ним подошли слуги. Нимве не сразу поняла, что нужно куда-то идти, заставила себя выпустить руку Кьолана, ушла, сцепив зубы, чтобы не оглядываться.

Ее разместили в огромной спальне, где она провела ужасную ночь почти без сна, а утром опять пришли служанки. Принесли платье, которое повергло Нимве в трепет: такое в пору принцессам надевать, с полчаса причесывали, и так ухитрились уложить короткие волосы, что казалось, будто у Нимве косы длиной в руку.

Оставшись одна, она долго гляделась в зеркало. Совсем чужая женщина, молодая аристократка в серебристом платье, смотрела оттуда на нее, очень бледная, с растерянным взглядом. Нимве присела в глубоком реверансе, с удовлетворением отметив, что не разучилась, не потеряла равновесие, хотя на ногах такие узкие и неудобные туфли.

- Пора, сударыня, - окликнул тихий голос, и Нимве, вздрогнув, обернулась. Служанка повторила:

- Пора. Пожалуйте за мной.

В огромной зале было полно народу. От многоцветия костюмов рябило в глазах, голова кружилась от терпких запахов духов. Нимве отошла, спряталась за колонной, обхватила себя руками… Ее трясло, но не от холода, меховая накидка из диковинного серебряного меха вгоняла в жар.

Сколько аристократов, и лица всё гордые, холодные, будто и не люди вовсе. Такие, наверное, и не заплачут никогда. Так вот где Кьолан научился…

Подумав о нем, Нимве выступила из тени. Начала лихорадочно озираться в надежде, что, может, он уже пришел. Но разве можно было здесь хоть что-то рассмотреть, в этом фейерверке роскоши! У Нимве сразу потемнело в глазах, и она бессильно прислонилась плечом к стене.

Прошло много времени, и зычный голос возгласил:

- Их высочества наследники престола!

Толпа забурлила, как водоворот, люди расступились, дамы присели в глубоком реверансе, а мужчины низко склонили головы.

Принцев Нимве не сразу узнала. Высокие, в зелено-золотых костюмах, они показались совсем чужими, далекими, как прежде. Небожители с заоблачных высот…

А потом они увидела Кьолана. Он шел следом за близнецами, в ультрамариновом камзоле, невозмутимый и спокойный. "Мафхор… Мафхор…" - пронеслось по залу.

На ступенях, ведущих на балкон, принцы остановились в сопровождении большой свиты. Инис поманил к себе какого-то мужчину, что-то тихо ему сказал. Тот, кивнув, нырнул в толпу.

Нимве гадала, что происходит, когда перед ней возник человек, одетый в коричневый бархатный кафтан. Нимве отшатнулась, а он проговорил:

- Ну, привет. Тебя и не узнать.

У Нимве округлились глаза:

- Ларра? Ты?!

- А то кто ж. Ну, давай, пошли, - он потянул ее за руку.

- Куда?

- На кудыкину гору. Идем, что ли, их высочества ждут.

Бесцеремонно расталкивая придворных, Ларра подвел Нимве к возвышению.

- Ваши высочества! - громко позвал он. - Она здесь.

Принцы обернулись.

Опустив глаза, Нимве присела в реверансе. Стук каблуков. Она едва не упала, когда перед ней возник принц Инис. Подхватил ее, сказал, улыбаясь:

- Нимве… Какая красавица. Я очень рад тебя видеть. Пожалуйте руку, сударыня, пора начинать.

Опираясь на руку принца, не смея глядеть по сторонам, Нимве взошла по ступеням. Пока слуги открывали огромные створчатые двери на балкон, свита расступилась, и Нимве оказалась одна среди придворных.

Рев толпы снаружи, звуки труб, перезвон колоколов, будто шквальный ветер, ударили в лицо. Нимве непроизвольно откачнулась, спиной уперлась, как показалось, в стену. Вскинула голову…

На нее смотрел Кьолан.

- Ничего не бойся, - тихо молвил он. Под меховой накидкой его рука нашла и сжала ее руку. И, прислонясь к его плечу, Нимве немного успокоилась.

На площади, казалось, собралась вся страна. Когда они ступили на балкон, рев сотряс дворец, и Нимве так вцепилась в ладонь спутника, что онемели пальцы.

К перилам, убранным государственными флагами, подошел глашатай. Шум постепенно смолк.

- Граждане Алавинги! - раздался его голос, зычный и чистый, будто звук горна. - В печальный и радостный день собрались мы здесь! Печальный оттого, что великая наша монархиня покинула престол…

Ему пришлось прерваться: площадь взревела, раздались возгласы изумления. Вопли не утихали несколько минут, даже когда глашатай поднял руку.

Дождавшись тишины, он продолжил:

- Да, королева Алавинги подписала отречение. Но мы должны радоваться тому, что не останется королевство без наследника! Их высочества, принцы Сэтнар и Инис, здесь, перед вами - и сейчас они объявят нам свою августейшую волю!

Крики и рукоплескания, быстро сошедшие на нет. Прошла минута, и сделалось так тихо, что слышен был чей-то кашель на краю огромной площади.

Сэтнар выступил вперед, прямой и строгий. Принял свиток из рук придворного. Развернув, стал читать:

- Жители Алавинги, наши верные подданные! В этот день… - он внезапно смолк, опустил свиток. Сотни лиц снизу смотрели на него. Принц вернул бумагу, положил ладони на перила. Секунду помолчал - и заговорил.

- Советники написали все очень красиво, - его голос разнесся над толпой. - Мне, наверное, так не сказать. Но я все-таки попробую своими словами.

Принц мгновение помешкал. С места, где стояла, Нимве видела его профиль, холодный ветер шевелил светлые пряди на лбу.

- Как вы уже слышали, наша мать, королева, отреклась от престола, - выговорил Сэтнар. - Мы с братом долго думали, и вот что решили. Все здесь знают про наше путешествие, и про Пророчество. Так вот, мы вернулись с пустыми руками.

По площади пронесся вздох, но только на мгновение. Потом снова наступила тишина.

- Да, с пустыми, - продолжил принц, - и, кроме того, вернулись одновременно. Но это вы и без меня знаете. Так вот. Наш народ и наша семья так долго полагались на чужие подсказки, что теперь мы не знаем, что и делать. Но разве мы не можем жить своим умом? Я спрашиваю вас, зачем нам вообще слушать предсказания, исходящие от Дома Таэнана? Глава этого Дома пытался нас убить! И убил бы, если бы не… - Пальцы Сэтнара стиснули перила. В толпе прокатился ропот. - Все знают, что эти люди пекутся только о себе, о собственных интересах! Разве хоть кому-нибудь из вас они когда-то помогли? Кого-то вылечили? Сделали хоть что-то бескорыстно? Пусть выйдет тот, кто может свидетельствовать в их защиту, и я возьму свои слова назад!