Ричи - Владимир Алексеевич Абрамов

этот псих устроил из школы ловушку на кого-то, кого его разум обозначил в качестве врага. В качестве приманки он использует философский камень. Нам не стоит лезть в это дело — целее будем.

— Я уверен, что Дамблдор украл философский камень у Фламеля. Ричи, мы не можем оставлять такую вещь сумасшедшему. Представляешь, что будет, если безумец еще и бессмертным станет?

— Конец света, думаю, он способен устроить, — задумчиво протянул Гросвенор. — Но это слишком опасно, Гарри. Предлагаю всё-таки не лезть в пекло, а придумать способ устранить опасного волшебника иными способами.

— Как?! — Гарри Поттер был ошарашен. — Ричи, что мы можем сделать взрослому сильному волшебнику?

— Пока не знаю, Гарри. Не знаю, но обязательно придумаю. А до поры до времени нам стоит затаиться.

— Пока ты будешь думать, Дамблдор может стать бессмертным, — нахмурился Поттер. — Ричи, я считаю, что всё же нужно спасти философский камень.

Ричард задумчиво потер подбородок. Он не был уверен, что именно Дамблдор является угрозой миру, но вероятность подобного очень высока. Иметь проблему в лице безумного и опасного волшебника — плохо. Но одно дело противостоять старику, а совсем иное — ему же, но молодому и на пике сил. Философский камень так и так нужно изымать.

Ричард, которого воспитывали в качестве серьезного бизнесмена и политика, думал более масштабно, чем обыватель, которым он являлся в прошлой жизни. Ему пришла в голову мысль о том, что раз не знаешь, откуда исходит угроза существованию планеты, лучше всего действовать наверняка — устранять всех, кто в теории может уничтожить мир. Нет, не устроить геноцид волшебников, а вычислить потенциально опасных магов и обезвредить их теми или иными методами. И если вдруг среди них окажутся невиновные… Что поделать? Дрова рубят — щепки летят. На фоне пяти миллиардов человеческих жизней судьба двух-трех-десяти волшебников — сущие пустяки. Сокращение персонала в крупной компании приносит больше бед, чем исчезновение нескольких потенциально опасных волшебников.

— Хорошо, — сказал он. — Гарри, я предоставлю волшебные гаджеты, которые позволят на равных сражаться со взрослыми волшебниками и не погибнуть в ловушках. Дамблдора получится выманить из замка только к концу учебного года. Я уже всё организовал. Осталось устранить некоторых учителей и обеспечить алиби. Но до рождественских каникул я ограничен в средствах. В общем, ждите лета, пока ни во что не ввязывайтесь и не привлекайте к себе внимание.

— Хорошо, — согласился Поттер. — А что сейчас делать?

— Если в целом, то учиться, — ответил Ричард. — А если ты про настоящий момент, то есть одна идея, которая уже давно нуждается в проверке.

— Какая?

Гарри было скучно, и он готов был на любую авантюру, лишь бы развеяться.

— Скажи, Гарри, у вас живой портрет на самом деле управляет открытием двери?

— Ну да, — пожал плечами Поттер. — А что?

На лице Ричарда растянулась широкая улыбка.

— Великолепно! — радостным голосом сказал Г. — Потрясающе! Меня и раньше терзало чувство, будто что-то упустил. А ведь выходит, что портреты разумны и могут каким-то образом взаимодействовать с окружением, например, открывать те же двери.

— И что такого? — с недоумением спросил Гарри, уже привыкший к тому, как приходится проходить в общежитие Гриффиндора.

— Разумный портрет, Гарри!

— Ну да, там же волшебники нарисованы, — пожал плечами Поттер. — Не пойму, к чему ты ведёшь, Ричи.

— Пойдем, друг мой, найдём какой-нибудь живой портрет.

Гарри кивком головы выразил согласие и двинулся вслед за Ричардом. Холодный коридор замка продувался сквозняком и заставлял мальчиков ежиться. Вскоре они остановились возле портрета мужчины, облаченного в нарядный тёмно-зелёный камзол шестнадцатого века. Каштановые волосы на голове мужчины были редкими и короткими, лицо худым, а подбородок острым. На шее висел массивный крест.

— Добрый день, сэр, — обратился к портрету Ричард. — У вас найдется немного свободного времени для общения?

— Юноши, — вежливо поклонился мужчина с портрета. — Подрик Крукшанк к вашим услугам.

— Граф Гросвенор, Ричард, — вежливо поклонился в ответ Ричард. — И мистер Гарри Поттер. Рады знакомству, сэр.

— О, граф! — обрадовался Подрик. — Для меня большая честь общаться с вами. У вас есть ко мне какие-то вопросы?

— Да, мистер Крукшанк, — произнёс Ричард под недоуменным взором Гарри. — Если не возражаете, я бы хотел провести небольшой тест. Вы можете ответить на несколько вопросов?

— Тест? — удивился Подрик. — Граф, вы не похожи на равенкловца. Что же, задавайте ваши вопросы.

— Вы волшебник?

— Да, Граф. Какие могут быть сомнения? — возмутился Подрик.

Дальше со стороны Ричарда понесся поток вопросов. На какие-то мужчины с портрета отвечал охотно, на какие-то нет. Примерно через полчаса Гарри Поттер потерял интерес к сути беседы. Он стоял с потерянным видом, считал камни в стеновой кладке. Он так долго стоял на одном месте, что ноги замерзли и налились усталостью. Внезапно его за плечо потряс Ричард.

— Гарри, ты чего залип? Или там что-то интересное?

— А? — обернулся к другу Поттер. — Нет, ничего. Вы закончили?

Ричард сиял от счастья. Он кивнул в ответ.

— Ричи, так зачем всё это было? — спросил Поттер. — Ты просто хотел побеседовать с портретом?

— Гарри, ты что, не понял, что происходит?

— Надеюсь, ты объяснишь, — Гарри не хотел признаваться в том, что ничего не понял и не хотел понимать.

— Легко! — ответил Ричард. — Я провел с портретом уважаемого Подрика Крукшанка тест Тьюринга. И он прошел все три стадии!

— А?!

В стеклянных глазах Гарри Поттера читалось недоумение.

— Тест Тьюринга, Гарри!

— Э-э-э… А что это?

Вопрос Поттера заставил Ричарда картинно закатить глаза к потолку и сделать глубокий вдох.

— Грубо говоря, проверка искусственного интеллекта. И портрет её прошел. Ты понимаешь, что это значит?

— Нет… — Гарри задумался и схватил свою непослушную шевелюру. — Портрет разумный, да?

— Да, Гарри, портрет разумный. Только он не обладает всеми воспоминаниями оригинала. Но это ерунда. Главное, что живые портреты могут принимать решения и при помощи особых чар взаимодействовать с реальностью. Это прорыв, Гарри! Осталось найти информацию по созданию живых портретов, и искусственный интеллект у меня в кармане.

Сам Ричард не стал заниматься поиском