Феникс - Анастасия Ястребцова

Она просто не могла поверить, что после всего, что она натворила, ей удастся так легко отделаться.

— Радуйся и скажи «спасибо» своему Ариену! Вон отсюда! — рыкнула Мать Ар'тремон, указав им обоим на выход из кабинета Совета.

* * *

— Что ты сказал Совету, что они меня отпустили? — идя по Центральной площади, Ная всё ещё продолжала прокручивать в голове сказанную Матерью Ар'тремон фразу: «своему Ариену» — тем самым женщина действительно признавала, что больше не имеет к ним двоим никаких претензий. Ная в каком-то смысле всё-таки победила в сражении за него. Если бы не ситуация, она бы, наверное, невероятно собой гордилась, а так оставалось только радоваться про себя и не кичиться.

— Что они сами неизвестно сколько лет просидели бок о бок с Демоном и ничего не заметили. И что, учитывая это, тебя как молодую и неопытную предводительницу они вообще не имеют права в чём-либо обвинять, — невинно улыбнулся Ариен.

— Хорошо быть неприкасаемым, да? — усмехнувшись, поражённо покачала головой предводительница. — Кого б другого уже выпороли за то, что Совет носом ткнул.

— Да, — неожиданно серьёзно подтвердил мужчина, — теперь я хотя бы так могу тебя защитить.

Ему сколько раз ему приходилось ощущать собственную беспомощность перед судьбой, когда Ная была в опасности, что теперь, наконец-то чувствуя в своих руках силу, он был намерен сделать всё возможное, чтобы такого больше не повторялось.

— А вот я тебя — нет… — Ная сейчас думала примерно о том же, о чём и он. — Феникса я потеряла…

— Ты потеряла его, спасая мою жизнь. Если это не защита, то что тогда? — возразил мечник. — Ты и без него со всем справлялась и прикрывала свой отряд. Твоя-то магия никуда не делась?

— Моя осталась, да… — подтвердила женщина. — Но внутри пусто, как будто всю мою магическую систему просто вырвали с корнем, хоть это и не так…

Ариен вздохнул:

— Как бы там ни было, главное, что ты жива и с тобой всё хорошо.

— Сперва у меня шрамы были снаружи, а теперь внутри… — задумчиво произнесла Ная, смотря на город перед собой и снующих по торговой площади тёмных эльфов: раньше она и не предполагала, что её жизнь будет чем-то отличаться от тысяч других, но с другой стороны, может, она и сейчас ничем не отличалась?

— И то и другое можно убрать, — попытался снова поддержать свою предводительницу Ариен, — где моя дерзкая, несгибаемая госпожа, которая готова вызвать на бой любого, кто считает, что она может с чем-то не справиться?

Он уже с трудом придумывал, как ещё её опять заставить поверить в себя: казалось, женщина, никак не могла собраться и оправиться после всего, что наговорил ей Демон. Или дело было в смерти Эмиэля. Возможно, Ариен требовал от неё слишком многого, и ему просто стоило дать ей немного времени, но видеть её такой было для него невыносимо.

— Не знаю. Похоже, ей сильно досталось по самоуверенной морде, и теперь она не знает, как смотреть на неё в зеркало, — фыркнула Ная.

— Ребята ждут нас в трактире. Ты к ним так идти собираешься? — настаивал мечник.

— Как? — подняла бровь женщина.

— Им нужна предводительница, Ная. Сейчас им нужна предводительница, которая скажет, что отряд по-прежнему вместе, что нас не расформировали, что ты по-прежнему будешь рядом и будешь вести нас всех вперёд, — уговаривал её взять себя в руки Ариен.

— А что, если их три года вёл вперёд Демон, а не я? — в упор глядя ему в глаза, спросила Ная.

— Что за чушь? — мужчина даже скривился, настолько нелепо это для него прозвучало. — Демон способен защищать? Демон способен рисковать собой ради них? Демон способен их любить и прощать им все слабости и ошибки? Их всегда вела ты. Ты и никто другой. И сейчас им снова нужна ты.

— Мне страшно… — опустив голову, вдруг призналась Ная. — Я не готова увидеть, как кто-нибудь из них снова умрёт из-за меня. Второго такого шанса, как дали Эмиэлю, не для кого другого не будет.

— Не будет, — согласился Ариен, — но в твоих силах сделать так, чтобы этого и не потребовалось. Неужели ты хочешь вручить жизни своего отряда в чьи-то чужие руки?

Женщина глянула на мечника так, будто готова была прямо сейчас вцепиться этому его «чужому» в глотку:

— Я скорее этого кого-то убью, чем позволю распоряжаться вашими судьбами, — прорычала она.

— Ну наконец-то! — Ариен с облегчением выдохнул: если Ная начала огрызаться, значит всё было в относительном порядке. — Пойдём, а то если Кьяр напьётся раньше, чем мы придём, и не залезет танцевать на стол, все точно решат, что с нашим отрядом что-то не так.

— Ты так и будешь мной манипулировать Кьяром? — закатила глаза предводительница, но в сторону таверны, тем не менее, повернула.

— Да, — уверенно кивнул мечник, — ты же ведёшься.

— Только потому, что от него будут одни проблемы, если не угомонить вовремя! — фыркнула Ная, быстро зашагав в сторону Кольцевой улицы впереди Ариена. Только он мог безнаказанно так с ней разговаривать, остальные бы уже точно получили по наглой физиономии. Но ему она была благодарна. Конечно, он использовал все рычаги давления на неё, которые только мог найти, но, тем не менее, этим он не давал ей забыть о том, что было важнее её переживаний и эмоций, о том, о чём она всегда должна была заботиться в первую очередь: с ней могло происходить всё что угодно, но оставлять отряд она не имела права. Достаточно было того, что она уже один раз этим правилом пренебрегла, когда одна уходила в Ущелье Фениксов, — больше такого не должно было повторится. Ариен был прав: у неё сейчас не было времени на слабость и сомнения — она была и будет предводительницей. С Ариеном она могла себе позволить быть какой-угодно, но только с ним одним: все остальные должны были видеть в её лице опору, защиту и поддержку, а не то, что она, не справившись с собой, показала Ариену. Но, наверное, каждому нужен был кто-то, кто мог бы подставить в такие моменты плечо и вытащить из собственной Бездны. Для Наи таким кем-то был Ариен, а для Кьяра — Ная, и Ариен