Ангел-наблюдатель (СИ) - Ирина Буря

но временами он вступался за них, одергивая тех детей, которые пытались их обидеть — я думаю, такие случаи давали ему возможность ощутить свою взрослость. Но с переходом в колледж ему снова стало не до них, пришлось завоевывать свое место в нем — с трудом, поскольку школа при садике, как выяснилось, не шла ни в какое сравнение с обычной в отношении опыта социальной жизни.

Даже учиться в том колледже Олегу оказалось совсем не просто — никаких выдающихся способностей ни по одному предмету у него никогда не было, и всех своих неплохих, в целом, отметок он добивался, как всякий середнячок, упорством и старанием. Не выделялся он ни талантами для участия во внешкольной жизни, ни силой или умением для того, чтобы блистать спортивными достижениями, ни притягательной внешностью, ни магнетизмом в общении. Поэтому у себя в классе он был почти невидимкой, не пользуясь ни авторитетом у мальчишек, ни популярностью у девчонок — и даже не задумывался об этом. Пока в среднюю школу не перешли Игорь с Дарой.

Для начала их пути вновь пересеклись территориально — младшая школа в колледже располагается в отдельном крыле и даже имеет свою столовую, спортзал и малый стадион, поэтому, будучи в ней, Игорь с Дарой даже не видели Олега. Но, оказавшись вместе с ним в средней, они начали постоянно, переходя из одного кабинета в другой, встречаться на переменах. Игорь с Дарой всякий раз с восторгом бросались к нему, преданно глядя на него снизу вверх — он к тому времени уже меня на полголовы перерос.

Его одноклассники вдруг с удивлением обнаружили, что у него есть младшие не то родственники, не то друзья-поклонники, для которых он является явным авторитетом. И пользуется он этим авторитетом не просто у какой-то мелюзги — Дара с Игорем к тому времени уже прочно заняли место местных знаменитостей, набросив и на него сияющий покров своей славы. Не говоря уже о выдающейся красоте Дары, которая каким-то чудесным образом обошла стадию неуклюжести девочки-подростка и как-то сразу превратилась из прелестного ребенка в очаровательную девушку, при одном взгляде на которую отваливалась челюсть не у одного парня существенно старше ее.

Не обзаведясь никакими прочными связями среди своих сверстников, Олег просто не мог устоять перед шансом приобщения к этой непревзойденной паре, выступив в роли их старшего брата и покровителя. Тем более что у них вдруг обнаружилась масса общих интересов — по уровню знаний Дара с Игорем нередко превосходили Олега и с удовольствием, в отличие от его одноклассников, делились ими с ним, не глядя на него, как на непроходимого тупицу.

Началось с французского. Олег пришел в колледж в пятом классе, в котором начиналось изучение второго иностранного языка, и мы выбрали, конечно, французский — с ним я ему хоть немного помочь могла. Но практики такой, как у Татьяны, у меня в нем никогда не было, а в садике мне вообще один только английский нужен был, и очень скоро запасы моих знаний исчерпались. Оставшись один на один с новым языком, которому в колледже уделялось отнюдь не столько внимания, как основному, Олег и в нем оказался на самом среднем уровне.

Игорь же с Дарой, прозанимавшись с Татьяной целый год до школы, и на курсах сразу попали в группу более старших детей, и затем пару уровней перескочили — так, что к началу своей средней школы занимались практически с одногодками Олега и ни в чем им не уступали. Однажды, проводив их на занятие, Олег из чистого любопытства напросился на него и вышел оттуда под большим впечатлением от атмосферы, радикально отличающейся от привычных ему школьных уроков. После чего он сообщил нам с Сергеем, что хотел бы улучшить свои знания французского, против чего мы, естественно, не возражали.

С бассейном вышло примерно также. Физкультуру Олег у нас никогда не любил, даже от обычного футбола-волейбола всегда увиливал — не было в нем ни состязательного, ни командного духа, да и типичные для мальчишек в игре грубоватые манеры он крайне болезненно переносил. Поэтому на плаванье его не любопытство привело — Игорь с Дарой его туда почти силком затащили. Но, увидев, что там ни от кого не требуют ни сдачи нормативов, ни ежедневного улучшения своих результатов, он и в бассейн записался — благо, в одно и то же время с группой Игоря и Дары и более старшие ребята занимались. И нужно сказать, что в отсутствие насмешек сверстников и разочарованных гримас тренера, он вдруг и в спорте оказался совсем не плох.

Так и получилось, что постепенно он проводил с Игорем и Дарой все больше и больше времени. Если Анатолию случалось задержаться на работе, они втроем или гуляли где-нибудь возле центра детского развития, или — если холодно было — дожидались его в кафе на первом этаже. Иногда он и на репетиции в театральную студию с ними ходил — большей частью в зале сидел, временами с Игорем, наблюдая за действиями актеров и обсуждая с ним естественность их жестов и мимики. Судя по тому, что вскоре он вдруг начал и за нашими с Сергеем движениями пристально следить, похоже, именно в то время он и начал увлекаться этой своей кинесикой.

А вот на занятия в художественную студию он с ними ходить не стал — по крайней мере, больше одного или двух раз. Сказал, что ему там делать нечего — они все с головой в свое творчество уходили, а через плечо заглядывать как-то неудобно было. Я, правда, думаю, что там, скорее, учитель посторонних у себя на занятиях не жаловал. Поскольку рисунки Игоря и Дары Олег рассматривал с интересом (уж рассказывал о них точно нередко!), я думаю, именно он и предложил им попробовать себя в совершенно новом направлении — в иллюстрациях к любимым книгам.

На самом деле, я практически уверена, что, возобновив знакомство на уже независимом от взрослых уровне, по-настоящему сдружились они как раз на основе чтения. Когда мой Олег пришел в колледж, он попал в сплоченный коллектив, в котором симпатии и антипатии уже давно установились. Самому чем-то выделиться ему тоже не удалось, и ни одна из компаний его одноклассников не стремилась заполучить его в свои ряды — так он ни с кем особо близко и не сошелся. Поэтому, общаясь со сверстниками только в школе и только по необходимости, дома он предпочитал читать.

И вот, что интересно — несмотря на то, что книги он