Илоты безумия - Николай Чергинец

Исаака пока не было, и ученые вели неторопливую беседу:

— Как думаешь, сработает наша установка при нападении на тоннель? — спросил Стрельцов.

— Думаю, что да, — Левин привычно пальцем поправил очки. — Главное, чтобы только сигнал прошел в эфире.

— Не подведет нас Керим?

— Ты имеешь в виду радиостанции?

— Конечно.

— Не должен. Надо заметить, что слово свое он держит. Наше предложение о вручении каждому участнику операции портативной радиостанции совпало с его мыслями. Ты же видел, как он победоносно взглянул на своих помощников.

— Да, но Анохин…

— А что Анохин? Он сейчас сам под подозрением. Пропал, Керим не исключает, что он удрал. Целых два дня в его жилище и кабинете шел обыск.

— Как будто нашли немало секретных документов, которыми не должен был пользоваться Анохин.

— Говорят, что только из-за этого Керим передвинул срок нападения на тоннель. Даже приказал, чтобы его отряды и группы, которые находятся в районе тоннеля, сменили места своих убежищ.

— Кто тебе об этом сообщил?

Левин улыбнулся, притронулся пальцем к очкам и только после этого ответил:

— Мой крестник.

— Кто?

— А помнишь, когда меня застиг в лаборатории Филк, а я вынужден был воспользоваться изобретением Хинта?

— Еще бы. Чего это нам стоило. Каждый день ждали, что за задницу возьмут.

— Тебя есть за что взять, — снова улыбнулся Левин.

— Давай не будем анализировать отдельные части наших тел. Поверь, ты не окажешься в выигрыше.

— Согласен, — улыбнулся Левин. — По некоторым параметрам мне с тобой не потягаться. Кстати, Филк утверждает, что его группа добилась больших успехов в сооружении лазерной пушки двадцать первого века.

— Но для ее применения Кериму остается малость: заиметь с десяток спутников, да и ракетоносителей одолжить у России, американцев или французов… — пошутил Стрельцов.

— Зря смеешься, Андрей, Кериму и не нужны спутники. Ему достаточно разместить лазерное оружие вокруг акватории, где размещено его подводное убежище, добавь к этому его мощные подводные средства уничтожения, и Керим будет чувствовать себя в безопасности.

— Точнее безнаказанным.

— Да, так будет точнее, — согласился Левин и пошутил: — Максим Горький был прав, когда изрек: «Если на технику не надеть намордник, то она всех перекусает», — и вдруг встрепенулся: — Внимание, Исаак!

Стрельцов посмотрел чуть левее и увидел Исаака. Через несколько минут Исаак скрылся за выступом скалы, Левин шепнул:

— Ну что, пошли?

Не медля, они стали действовать по плану. Прошло чуть более часа, и ученые встретились с Мельниковым и Полещуком. Рассказав, где спрятаны радиоуправляемые мины, Левин сообщил:

— Приятная новость, друзья! Человек из «Моссад» сказал, что Россия, Израиль, Америка, Англия, Франция и Германия объединились для борьбы с организацией Керима. Анохин захвачен израильской и российской спецслужбами.

— Ну, этот должен много чего рассказать, — заметил Полещук и настороженно осмотрелся: — Надо уходить, командир, намаячили мы здесь, могут засечь.

Мельников посмотрел на ученых:

— Когда рванем, шум будет большой. Готовьтесь к допросам и к провокациям. На пушку будут брать — не поддавайтесь.

— Не беспокойтесь, ребята, не впервой. Смотрите, вы будьте осторожными, дело серьезное задумали, — ответил Стрельцов. — Ну что, Абрам, пошли? Ты не забыл, что у нас сегодня встреча с коллегами?

— Помню. У нас еще почти тридцать минут есть, — ответил Левин и пояснил Мельникову и Полещуку: — Нас отловил Панкевич и передал просьбу группы ученых, которые трудятся с нами в тоннеле. У них есть к нам какое-то предложение.

— Интересно, чего они хотят? — насторожился Мельников. — Будьте осмотрительны, среди них могут быть и люди Керима.

— Понимаем, — кивнул головой Стрельцов, — не беспокойтесь, братцы.

Через полчаса к Левину и Стрельцову присоединился Панкевич, и они втроем направились к приземистому длинному, узкому зданию, где жили ученые многих стран, большинство из которых были доставлены сюда насильно. Панкевич по дороге сообщил:

— Их будет семеро.

— Из тридцати трех. Кто инициатор? — спросил Левин.

— По-моему, Хинт. Он сказал, что будут абсолютно надежные люди. Только те, кто пользуется полным доверием.

— У кого? — поинтересовался Стрельцов.

— Наверное, он имел в виду себя.

— Поживем увидим, — глубокомысленно изрек Левин, поправил очки и добавил: — Лично я верю Хинту, но меня беспокоит, чтобы он не проболтался.

— Тогда повесят нас с тобой, Абраша, на одном суку, — грустно пошутил Стрельцов, — или сводят к расстрельным скалам.

— Кстати, — помрачнел Панкевич, — мне Хинт сказал, что вчера у этих скал боевики Керима расстреляли группу людей.

— А Бугчин не мог оказаться среди них?

Левин даже остановился.

— Его же дня четыре не видно!

— Ты думаешь, что причина расстрела — пропажа Анохина? — спросил Стрельцов.

— А хрен его знает. Ты же сам видишь, какое оживление в лагере.

— По крайней мере, охрана раза в два увеличена. Я очень беспокоюсь за наших ребят, в первую очередь за Мельникова и Полещука. Анохин с ними общался нередко, а тут еще Бугчин… От этого уголовника чего хочешь можно ждать.

Панкевич улыбнулся:

— А знаете, как его наши ребята прозвали?

— Как?

— Ночной горшок с ручкой внутри.

— Это точно, — рассмеялся Левин, — возьмешься, и руки в дерьме будут. Так что если Бугчин был в той группе, то сильно печалиться не стоит.

— Да, слишком много у себя дома людям нагадил, — согласился Стрельцов и пояснил: — Мне Мельников рассказывал о проделках с изотопами — изверг какой-то.

Они уже приближались к месту встречи и через минуту оказались возле небольшой группы людей. Стрельцов глазами пересчитал их:

— Семеро. Все на месте. Ну, посмотрим, что хотят господа.

Они поприветствовали друг друга, и Хинт предложил:

— Господа, я считаю, что нам прятаться от глаз охраны не стоит. Давайте расположимся возле тех скал и сделаем вид, что ведем праздный разговор, просто болтаем…

Они устроились на скамейках, изготовленных из металла и дерева, ножки которых были врыты в землю.

Наступившую паузу нарушил Хинт. Он сразу же перешел к делу:

— Джентльмены, наступила пора нам, ученым, вместе думать о наших судьбах, определиться, что надо делать, как быть дальше. Мы с вами оказались в одной лодке, плывущей во враждебной среде. Одно неверное движение любого из нас, и мы все — на небесах.

— А торопиться туда не следует, — хмуро заметил Филк и, взглянув на Левина, неожиданно улыбнулся: — Хотя меня уже туда подталкивали.