"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Хорватова Елена Викторовна

— А все одно выбора нет, — сказал Торонкан. — Значит, будем эфир содрогать. Но у меня еще другой вопрос, попроще. Как это все сделать? К воротам же не подступиться. Нет, может, ночью к ним и подлезешь, но пока будешь камни выворачивать да копать — точно услышат внутри. И тогда чары из окошек заклинаниями тебя закидают, и кибздыц тебе... — он повернулся к Хуго и пояснил: — Это наше северное слово такое. Означает — полный...

— Значит, нужно шум устроить, чтоб не услышали, — возразил Чаттан.

Создавалось впечатление, что Эрик и Гело Бесон так и сидели на сундуках, не шевелясь, с тех самых пор, как Хуго с Торонканом и карлами пошли на площадь. Как только накрывающий вход полог лег на свое место, Чаттан, встав перед лавкой, решительно заговорил:

— Карлы обещают джигу запустить. Для этого на краю площади нужен короткий настил, наклонный. Джига с него подскочит ввысь... — Хуго провел ладонью снизу вверх, показывая предполагаемый прыжок деревянной птицы. — Полетит к пирамиде. Сейчас снова в квартал карл придется идти. Нужно отыскать мастерскую Доктуса Савара, там у него должна быть манна. Далее, когда джига долетит почти до стены пирамиды, на высоте балкона необходимо будет перекрыть этот... клапан, то есть закрыть манну, тогда джига пукать перестанет, пролетит еще чуток и упадет на балкон. Понимаете? Эти двое, — он указал на стоящих рядом братьев, — обещали все так рассчитать, птицу так направить, чтоб она прямиком до балкона долетела. На ней должны отправиться трое самых лучших, самых сильных и ловких воинов. Самых-самых, каких найдем. У них будут такие мешочки с песком и фитилями. Фитили — это веревки особые. Воины должны убить охрану на балконе и дальше спускаться через пирамиду вниз. При этом поджигать фитили и бросать мешочки перед собой. Те будут взрываться. Это значит — огонь и грохот на всю Гору Мира. Как только джига взлетает, карлы с четырьмя воинами, у которых будут большие шиты, подбираются к воротам. То есть делать все ночью надо. Они вырывают из-под ворот два камня, копают норки, кладут туда другие мешочки с фитилями, поджигают. Пока они этим заняты — воины их и себя щитами прикрывают, на случай если из окон заметят. Но будем надеяться, что ночью, да из-за шума, который поднимут те, кто на балкон полетят, их никто не услышит и не заметит. Карлы утверждают, что от взрыва эфир содрогнется и ворота своротит. Тогда внутрь и прорываемся. Все.

Эрик и Гело некоторое время молчали, глядя перед собой неподвижными взглядами. Наконец, медленно повернув головы, посмотрели друг на друга. Эрик кивнул. Гело тяжело выпрямился и сказал:

— Побратим выберет лучшего воина клана. На птице полетит он и мы двое.

— Вот этого я и опасался, — пробормотал Торонкан позади Чаттана.

Глава 4

— Нам холодно, — объявил Сол Атлеко. — Нам нездоровится.

— Уже ночь, и погода портится, — сказал Буга Тэн. — Здесь не слышно, а снаружи буря. Зима, Великий Владыка…

— Без тебя знаем, что зима, — брюзгливо откликнулся Сол. — Наши кости чувствуют это.

В пещере под пирамидой все так же горели факелы, но щелканье бичей и крики надсмотрщиков смолкли. Всех рабов согнали под стену, они сидели там, сбившись тесной толпой, а чернокожие с обнаженными саблями стояли вокруг. Лишь двое остались у колодца: пожилой строитель и карла. Первый на четвереньках стоял возле кладки, пристально вглядываясь во что-то, второй медленно пятился на коленях, удерживая перед собой за концы недлинную палку. На середине ее была намотана бухта из тонкой веревки — гибкого фитиля. По мере того как гномороб двигался, бухта разматывалась, веревка прямой линией ложилась на камни.

Стоящий на четвереньках поднял руку, карла остановился. Поправив что-то, горожанин махнул рукой — гномороб стал пятиться дальше.

— Долго они собираются там копаться? — не выдержал Атлеко. — Надо приказать, чтоб начинали!

Буга Тэн лишь улыбнулся. Хозяин всегда был таким — тревожным, порывисто-суетливым. Но Буга терпеливый, Буга привык и мирится со вздорным коротышкой. Он воспринимал Сола как взбалмошного, капризного, мстительного ребенка, которому нужно подчиняться, потому что ребенок этот, во-первых, платит Тэну деньги, а во-вторых — могучий чар. Но не все его поспешно отданные приказы стоит выполнять, потому что огненноволосый человечек часто сам забывал, какое именно приказание отдал совсем недавно. И потому Буга Тэн стоял молча, наблюдая, как карла медленно приближается к сооруженной рабами каменной стенке высотой чернокожему по грудь. Тэну-то она была по грудь, а вот макушка аркмастера едва виднелась над ней. Солу приходилось вставать на цыпочки, чтобы выглянуть. Камни не были скреплены раствором: чтобы соорудить баррикаду покрепче, не хватало времени — потому с одной стороны поставили еще вертикальную стенку из сколоченных досок, подперев ее двумя бревнами.

Фитиль в бухте закончился, когда между гноморобом и баррикадой оставалось несколько шагов. Карла выпрямился, отбросил палку. Горожанин лег плашмя, заглянул по очереди в два глубоких отверстия у основания кладки, наконец встал и направился к карле. Фитили от сосисок выходили из этих отверстий и соединялись в один, который и разматывал сейчас гномороб.

— Готово, — буркнул он, поворачиваясь и недобро глядя на двоих, прятавшихся за баррикадой.

— Великий Владыка, я бы посоветовал закрыть уши ладонями, — сказал горожанин, приближаясь.

— Шум великий будет, — согласился карла.

Сол кивнул Тэну. Выходя в город, чернокожий надевал длинный тяжелый кафтан и сапоги, но в пирамиде носил лишь шаровары из красной ткани и сандалии. Из-за покатого правого плеча через грудь шла шелковая перевязь, крепко охватывающая жирный торс. На ней свободно болтались покрытые сафьяном деревянные ножны с саблей, острие которой было направлено наискось вверх, к левому плечу. Штаны поддерживал широкий полотняный пояс, там висел кошель, где Буга обычно носил деньги, которые платил ему за службу Атлеко. Тэн достал из кошеля кресало с кремнем и протянул карле.

Все, кто находился в пещере, затаили дыхание. Гномороб нагнулся, чиркнул раз, второй. Раздалось шипение. Карла выпрямился, и тогда стало видно, что по фитилю быстро бежит сине-зеленый огонек.

Рабы, глянув друг на друга, поспешно отступили за баррикаду.

— Куда? — рявкнул на них Атлеко. — Пошли прочь, оба! Вон отсюда! — он пнул строителя ногой в колено.

— Но, Великий Владыка...

— Туда, к остальным!

Буга Тэн до середины обнажил саблю. Карла с ненавистью поглядел на людей, развернулся и бросился к толпе сидящих рабов. Горожанин, прихрамывая, поспешил за ним.

Тэн вложил оружие в ножны. Они с Атлеко наблюдали за тем, как огонек бежит по фитилю, оставляя за собой извивающуюся струйку серого дыма.

Он достиг узла, почти погас, тут же вспыхнул ярче и разделился на два огонька — шипя, они разбежались вдоль сторон треугольника.

Буга поднял взгляд, оглядел колодец. Улыбка покинула его лицо, и он заорал так, что Сол испуганно присел:

— Всем лечь!

Надсмотрщики переглянулись и попадали на пол. Схватив Атлеко, Тэн присел и уложил аркмастера под баррикадой лицом вниз.

— Ты как смеешь прикасаться к нам... — завизжал Атлеко, но Тэн не слушал. Он взглянул на баррикаду, смекнул, что если камни осыплются, то могут своротить доски и тогда неминуемо завалят хозяина. Буга стал толкать Атлеко обеими руками, подпихивая к стене пещеры, но так, чтобы баррикада при этом оставалась между ними и дырами с зарядными сосисками.

Которые взорвались.

Скрючившись в три погибели, Чшанка приложил щеку к нижней части круто наклоненного короткого помоста, поглядел вдоль него — взгляд уперся в вершину пирамиды, едва различимую во тьме. Пошел снег, но хоть ветер пока не усиливался; в противном случае затея с джигой, работа над гибким фитилем и все другие приготовления оказались бы бессмысленными.