Опасное искусство (СИ) - Кэмерон Кальтос

На самом деле это Тэниэрисс переживал за неё, поэтому не собирался больше отпускать дочь ночью. Габриэль не мог не восхититься тем, как этому мужчине удавалось оставаться таким рассудительным и спокойным.

— Хватит стоять там, садись, — вдруг приказал альтмер, и Габриэль, с трудом сумев согнуться, опустился на высокий обитый мягкой тканью стул.

Тэниэрисс снял с верхней полки керамический горшочек и добавил в своё зелье едко пахнущий мелкий порошок, после чего наполнил маленький восточный чайник водой и поставил рядом на жаровню. Габриэль, наблюдая за ним, всё же рискнул спросить:

— Меня никто не искал?

— Нет. — Тэниэрисса, кажется, удивил такой вопрос. — Ты кого-то ждёшь?

— Не жду.

Альтмер бросил в чайник травы и плотно закрыл его крышкой. Потом он приблизился к Рэлу, присел перед ним и начал снимать бинты, чтобы посмотреть, как залечивается рана, и заново её обработать. Результат ему понравился, и он удовлетворительно кивнул.

— Заражения нет, ткани регенерируются… хорошо. В столь молодом возрасте ранения переносятся на удивления легко. — Тэниэрисс вдруг безобидно добавил: — Или это просто ты такой живучий.

Габриэль усмехнулся и предположил:

— И то, и другое, думаю.

Альтмер улыбнулся, поднялся, чтобы взять чистую салфетку, смочить её водой и смыть остатки мази с кожи. Когда он принялся обрабатывать рану, Габриэль вздрогнул. Тэниэрисс тут же отдёрнул руку.

— Ещё больно? — Рэл неопределённо кивнул. — Терпи. Скоро станет легче.

Габриэль и не собирался жаловаться. Чудо, что он вообще остался жив.

Когда Тэниэрисс достал из ящика небольшую стеклянную баночку с густым содержимым тёмного цвета и толстым слоем смазал им края раны, Габриэль почувствовал приятный мягкий холод. Но как только альтмер наложил новую повязку, кожу начало нестерпимо жечь.

Тэниэрисс не доводил чай до кипения, снял с огня раньше времени, разлил по чашкам и передал одну Габриэлю. Потом он вернулся к своему зелью, уже начавшему недовольно бурлить в миске.

Чай всё же был очень горячий, и Габриэль поставил чашку на стол, опасаясь обжечь пальцы. Тэниэрисс, сосредоточенный на своём загадочном занятии, неожиданно произнёс:

— Тебе повезло с Дафной. Она так о тебе заботится, что не жалеет собственных сил. Хотя, наверное, для неё это обычное дело: вряд ли она впервые помогает тебе выкарабкаться. — Габриэль ничего не ответил. Голос Тэниэрисса звучал угрюмо, и его слова казались предисловием к какому-то другому рассказу. — Мне с Элисаэль всегда было сложнее. С самого рождения она практически невосприимчива к большинству типов магии. Это явление называется “magicka latentis”, то есть латентная магия, а несчастные дети, рождённые такими, навсегда становятся изгоями альтмерского общества. В саммерсетской культуре быть чистокровным высшим эльфом и не быть магом считается… недостойным. Рождение такой дочери и стало причиной, почему мы с Лиансинэй покинули её дом на Ауридоне и поселились здесь.

Габриэль не сразу сумел ответить. Что-то в словах Тэниэрисса показалось ему странным, и он только через несколько минут сообразил, в чём дело.

— Лиансинэй — это полное имя Анси?

Альтмер кивнул и добавил в зелье очередной ингредиент. Рэл всё ещё не совсем понимал, почему его так тревожит эта история, но подумать и найти на это ответ ему не позволил настойчивый стук в дверь. Это точно была не Элисаэль.

Тэниэрисса приход незваных гостей тоже озадачил. Он не мог оторваться от процесса приготовления снадобья, поэтому заинтересованно взглянул на Габриэля и предположил:

— Может, это к тебе?

— Я открою.

Габриэль в самом деле ожидал увидеть на улице Люсьена. Через силу заставив себя подняться, Рэл вернулся в коридор и отворил входную дверь. На пороге стоял высокий незнакомый мужчина. Он был вооружён, носил старую кольчужную рубашку, уже помятую и подлатанную в нескольких местах, на его спине кожаными ремнями крепился круглый деревянный щит. Мужчина был намного старше Габриэля, но в нём совершенно не было стариковской дряблости. Из-за частых физических нагрузок его тело оставалось крепким, а натруженные руки без особых усилий могли свернуть человеку шею. Перед Габриэлем стоял воин, привыкший к дорогам и сражениям, и вид этого человека вызывал странное желание лишний раз с ним не связываться.

— Я ищу женщину, — без приветствия сказал странник. — Невысокая, темноволосая. Она прибыла в город три дня назад, и люди говорят, будто видели, как она заходила в этот дом.

Габриэль покачал головой и спокойно соврал:

— Люди часто ошибаются. Здесь нет никого, кто подошёл бы под твоё описание.

— Все сразу? — с ледяным недоверием спросил мужчина, а потом его взгляд остановился на шее Рэла, где остался уродливый продолговатый шрам от вампирского укуса. Он кивнул на него: — Откуда это у тебя?

Габриэль понял, кто перед ним. Оставаться дружелюбным больше не хотелось, и он ответил очень холодно, не отводя пристального взгляда от охотника:

— Налетел на ветку в лесу.

— Крупная, должно быть, оказалась ветка.

— Да. Крупная.

Подошёл Тэниэрисс, прекрасно слышавший этот разговор с кухни. В отличие от Габриэля, альтмер был очень вежлив.

— Добрый вечер, странник. Я чем-то могу вам помочь?

Охотник не стал церемониться:

— Вы укрываете вампира в своём доме.

— Вампира?.. — Тэниэрисс немало удивился такому обвинению. — Это исключено, уверяю вас. В этом доме только я и мой друг, и мы точно не вампиры. Можете проверить, если знаете какие-то способы.

— Вы меня не интересуете. Мы ищем женщину.

Тэниэрисс мягко улыбнулся ему и признался:

— Скоро придёт моя дочь. Но она абсолютно точно не вампир.

— Надеюсь, что вы не пытаетесь меня обмануть. Вампиры — хитрые твари, они могут благополучно жить среди людей и не вызывать подозрений. Женщина, которую мы разыскиваем, угрожает здоровью всех жителей.

— Друг мой, мы не пытаемся тебя обмануть! Я служитель Богов, и благополучие и здоровье местных жителей мне важны, как никому другому. Если я вдруг услышу что-то или увижу, то обязательно сообщу вам. Поверьте, поимка этого вампира и в моих интересах тоже.

— Очень надеюсь, что это так, — хмуро отозвался охотник и в очередной раз с нескрываемой ненавистью посмотрел на Габриэля. Будто это он мог оказаться вампиром.

Тэниэрисс, заметивший это, гостеприимно предложил:

— Может, зайдёте на чай? Он как раз разварился и уже успел немного остыть.

— Нет, — сразу же отозвался мужчина. — Моё дело требует большой ответственности.

— Конечно. Я понимаю.

Охотник развернулся и сошёл с крыльца. Тэниэрисс плотно закрыл за ним дверь и, будто ничего не случилось, вновь направился на кухню. Габриэль остановил его. Он имел право знать.

— Тэниэрисс.

— Да?

— Почему ты защитил её?

— А почему я должен был её выдать?

— Но это правда.

— Я знаю.

Рэл не стал удивляться. Было бы странно, если бы Тэниэрисс не знал.

— Нужно сообщить ей.

Вслед за альтмером Габриэль поднялся на второй этаж. Преодолеть ступени оказалось не так просто, как представлялось сначала, потому что рана под повязкой болела при каждом движении. Тэниэрисс открыл дверь в свою комнату и, быстро подойдя к окну, первым делом задвинул шторы.

Дафна спала очень чутко и проснулась сразу же, как только мужчины вошли в комнату. Она открыла глаза, тревожно осмотрелась и села, свесив ноги.

— Что-то случилось? Габриэль?..

Он не собирался говорить о себе, опустился перед ней, и, коснувшись руки, тихо сказал:

— Ты привела за собой охотников, Даф. — Трудно было сказать, что изумило её больше: его слова или его действия. — Как это возможно?

— Невозможно!

— Однако они здесь. — Тэниэрисс обернулся. Его голос звучал твёрдо и уверенно. — И они следят за этим домом.

Габриэль тревожно посмотрел на занавешенное окно. Вряд ли альтмер ошибался.

— Кто-то предупредил их о тебе. Они знают, как ты выглядишь, и уверены, что ты скрываешься здесь.