Кости мотылька. Книга 1. Я умру завтра - allig_eri

сионы, а потом наблюдали за тем, как мы помогали сделать их жизнь чуточку лучше. Думаю, это здорово влияет на собственное мировоззрение.

К тому же, у них уже был корабельный маг, Бирус, к которому моряки привыкли и обращались за помощью. Правда сам паренёк сказал, что людей не баловал и всякую ерунду им не лечил, посылая подальше и отмахиваясь важными делами — всё-таки ещё зелья варил.

— Теперь не знаю, как себя вести начнут, — жаловался он, — наглеть будут, вот Хоресом клянусь. А мне не слишком хочется свои последние дни на это вот всё тратить.

Так и хотелось высказать этому нытику пару-тройку фраз, но кто тогда будет учить меня и Люмию тонкостям алхимического и лекарского искусства?

Благо, что через две недели наворачивания кругов, Долдрих скомандовал двигаться к Пойт-Нору, а значит скоро наше морское «путешествие», занявшее почти месяц, вот-вот закончится. Рад ли я? Скорее да, чем нет, хотя что-то в душе подсказывало, что эти две недели, которые я провёл в одной каюте с Люмией, ещё покажутся мне самым настоящим раем на земле.

От этих мыслей стало холодно и самую капельку жутко. Почему я так думал? Что ожидает меня впереди?

Глава 10

«…побеждённые народы живут и умирают, зная, что их выживание не сопряжено с честью. Они предпочли стыд погребальному костру, медленное пламя — быстрому».

Велес II «Отступник». «Хроники Летних войн».

* * *

— Так вот ты какой, Пойт-Нор, — улыбнулся я, рассматривая большую и длинную пристань, к которой медленно и аккуратно подходил «Индевос». Рядом со мной стоял переминающийся целитель Каратон, неизменно хмурый Ресмон и слегка растерянная Люмия. Последняя о чём-то задумалась, а потому, когда перед глазами неожиданно возник порт, то недоуменно ойкнула.

Лично мне в этот момент сразу вспомнилось отплытие «Кромолоса». Как я точно также стоял на палубе, с группой магов, наблюдая за людьми, копошившимися на берегу. Где теперь те, кто был со мной тогда? Ушли на дно? Стали кормом для рыб, как говорил Долдрих?

Погода стояла солнечная, отчего начинало откровенно припекать, а чтобы рассмотреть подробности места, где мы скоро окажемся, не помешала бы подзорная труба. Была она у меня? Нет, не было. Не то чтобы я жалел или она так уж сильно мне необходима… Иногда пригодилась бы. Как сейчас.

Берег был наполнен самыми разными людьми, что естественно для любого места, обслуживающего корабли. Плавательные средства были повсюду, самых разных форм и размеров, от маленьких лодок, до аналогичных нашему «Индевосу» пароходов. Правда последних здесь находилось всего два.

Зато лодок!.. Рыбацких, очевидно, что нисколько не мешало им подплывать к самому берегу, игнорируя пристани, где бодро разгружаться, чуть ли не на месте торгуя уловом. К ним уже стояла приличная очередь покупателей, желающих приобрести свеженького. Мне удалось рассмотреть сверкающие монеты, в основном медные, но встречались и серебрушки.

На пристанях работа велась уже именно что с кораблями, пусть некоторые из них и были достаточно миниатюрными. Глядя на одну белую изящную яхту, с красивыми парусами, которая стояла, зажатая между пароходами, у меня возникла ассоциация с моей бывшей невестой, Миреллой, которая ходила по улице, пока за спиной тяжело топали инсурии охраны.

Не сдержал улыбки. Да, она умерла, так что с того? Мне нужно горевать каждый раз, как о ней вспомню? Скоро лицо этой девчонки окончательно сотрётся из моей памяти. А может не успеет и я умру раньше? Кто знает…

— Возможно, уже завтра? — прикинул я. — Скоро день единения Империи, а мы — в Кашмире. И если уж эти ублюдки не боятся творить дерьмо прямо на военных транспортниках и в Тасколе, то что же они придумают на своей родине?

— Чего ты там бормочешь? — спросил Ресмон.

— Думаю, друг мой, тебе не понять, — отмахнулся от него, под беззлобные смешки остальных магов.

Выбросив лишние мысли из головы, перевёл взгляд на другие корабли и пристани Пойт-Нора, возле которых те расположились. Там проходила привычная глазу погрузка-разгрузка, громкие крики, где-то уже что-то уронили или сломали (мне не видно!). Почти десяток менее длинных пристаней был завален огромными тюками и ящиками. Грузчики тащили товар на больших телегах, складируя рядом с судовым трапом.

— Зачем мы пытаемся пристроиться к самой здоровой пристани? — спросил Ресмон. — Вон там, чуть дальше, есть почти свободные, а мы тут толкаемся, словно стадо оленей в жару на водопой.

— Погляди на размер нашей посудины, — хмыкнул я. — Думаешь, «Индевос» сможет причалить так близко к берегу? Нет, нужна самая длинная пристань или пароход зацепит дном мель. Так что или так, или разгружать корабль придётся при помощи лодок. Представляешь, как это будет здорово?

Ресмон усмехнулся, но кивнул. Объяснение оказалось понятно и смогло найти дорогу к его маленьким, недоразвитым мозгам.

— Вот вы где, — услышал я слова Сидика. — Стоило догадаться.

Вместе с ним шло и трое остальных сионов. Всего четверо, как и нас, волшебников. То есть, суммарно нас восемь человек. Все, кто выжил с «Кромолоса». Отличное число!

«Манёвры» парохода, больше напоминающие какой-то сраный танец, длились вокруг пристани почти целый час. На двадцатой минуте я сплюнул за борт, а потом взял Люмию за руку и под насмешливый свист ушёл в тень, посадив улыбающуюся девушку рядом.

— Ты как? — спросил у неё имея в виду… всё.

— М-м? Хорошо, — улыбка Люмии стала шире. — Только… — и замолчала.

— Только? — приподнял я бровь.

— Ощущение, что столь же тихо и мирно мы уже нескоро посидим, — по лицу девушки пробежала тень.

— У тебя тоже? — удивился я, ведь сам думал об этом ранее.

— Странно, да? — положила она мне голову на плечо. — Вроде бы всё в кое-то веки наладилось, а я тут…

— Это называется меланхолия, — дунул на её волосы, а потом пригладил их. Наши руки переплелись, давая мне возможность ощутить нагретую солнцем кожу.