Фантастика-2009 - Л. Макарова

– Продолжайте, – молвил руководитель.

– Но в данном случае я должен был принять меры, – продолжал старший инспектор. – Они вызваны тем, что данная цивилизация по типу развития, безусловно, относится к особому классу, которому подобное открытие, как и многие другие, полностью противопоказано. Нет никаких сомнений, что с его помощью туземцы непременно принялись бы перекраивать естественный ход развития своей истории, что привело бы к катастрофическим последствиям, поскольку наверняка попытки были множественными.

– Что, тамошние туземцы чрезмерно бойки? – поинтересовался руководитель.

– Не то слово! – в сердцах отозвался старший инспектор. – Знали бы вы, что они творят даже с самыми безвредными вроде бы открытиями!

– Тем не менее даже подобные формы разумной жизни имеют право на существование и развитие, пусть и под постоянным контролем, – задумчиво произнес руководитель. – С Кодексом не поспоришь.

– Не поспоришь, к сожалению! – вырвалось вдруг у старшего инспектора, но он тут же поправился: – То есть именно не поспоришь. Кодекс есть Кодекс!

Дальше старший инспектор заговорил строгими чеканными фразами:

– В полном соответствии с Кодексом и ничуть не выходя за рамки инструкций, исполняя свои обязанности и пользуясь всеми определенными Кодексом возможностями, я принял необходимые меры, чтобы спасти цивилизацию от хаоса.

– Ваша квалификация всем хорошо известна, – ободряюще молвил руководитель Высшей Галактической Инспекции. – Наверняка и на этот раз все было устроено наилучшим образом. Продолжайте!

Старший инспектор продолжал:

– На этой планете, знаете ли, есть временной период, который туземцы называют началом эпохи Великих географических открытий. Все началось с плавания туземца по имени Христофор Колумб.

Старший инспектор немного помедлил:

– Вот мне и пришлось позаботиться, чтобы названный Колумб получил информацию, будто бы некий другой мореплаватель, оставшийся неизвестным, незадолго до самого Колумба уже открыл огромную землю, лежащую на этой планете за океаном, который называется Атлантическим. Вследствие этого названный Колумб проявил огромную волю, чтобы организовать экспедицию на поиски этой земли, точно зная курс, каким вести свои корабли.

– Да, это вполне естественно, – задумчиво протянул руководитель.

– Должен особо подчеркнуть, – поспешно сказал старший инспектор, – что исторические события на данной планете я никоим образом не опережал. Открытие материка за океаном, впоследствии названного туземцами Новым Светом, было уже неизбежно. Однако плавание этого Колумба я превратил в своеобразную ловушку для всех, кому суждено на этой планете в разные эпохи постичь способ перемещения вдоль оси времени.

Старший инспектор еще немного помедлил, ожидая реакции руководителя. Тот пока молчал, но это молчание явно было благосклонным.

– Я исходил из того, что для туземцев данной планеты открытие Нового Света стало одним из самых масштабных исторических событий, – заговорил старший инспектор. – Оно само по себе должно было привлечь любого, кому уже много после него суждено было постичь способ перемещения по оси времени. Вдобавок, связанные с открытием Америки некоторые исторические загадки, о чем я тоже позаботился... Заметьте, речь идет об ученых, стремящихся к истине, а кто же еще способен сконструировать машину времени... на этой планете данное изобретение называется именно так... если не ученый. Словом, в конце концов каждый изобретатель машины времени непременно должен полюбопытствовать, как именно Колумб открывал Америку, и оказаться на корабле Колумба. Иначе какой же он ученый!

– Такая ловушка, конечно, должна работать, – задумчиво протянул руководитель.

– Дальше, собственно, уже детали, – продолжал старший инспектор. – С корабля этого Колумба каждый из путешественников по времени немедленно попадает в устроенный мной плавучий межвременной оазис, который сопровождает экспедицию мореплавателя на всем ее протяжении. Сюда по мере поступления постепенно попадают машины времени всех эпох. Особенно много их собирается в самый момент открытия Нового Света, присутствовать при котором желает большинство создателей машин времени. Хотя некоторые предполагают сопровождать экспедицию с самого начала.

– Действительно бойкий народец, – проговорил руководитель.

– Среди деталей, разумеется, есть такая, – продолжал старший инспектор. – Как только любой создатель машины времени оказывается в плавучем оазисе, в его собственной эпохе об этом изобретении немедленно забывают. Механизм произведенного мной для этой цели воздействия, сами знаете, хорошо отработан. В результате чего машину времени изобретают затем заново, иногда многие десятилетия спустя. Словом, плавание этого Колумба собирает абсолютно все машины времени, изобретенные за всю историю этой цивилизации, начиная с самой первой и до последней.

– Все предельно ясно, старший инспектор! – одобрительно сказал руководитель. – Как только Колумб открывает этот свой Новый Свет, изобретатели возвращаются в свои эпохи, лишенные памяти о сути своего изобретения. Таким образом каждой из машин времени, изобретенных на этой планете, неминуемо суждено там исчезать, словно ее не было вовсе.

– В том-то и дело! – подхватил его слова старший инспектор. – И пусть даже до отправления на корабль Колумба изобретатель успел побывать в каком-то другом временном моменте и, допустим, умудрился изменить ход истории, все исправляется автоматически. Какое же изменение хода истории, если не было вызвавшей его машины времени!

– Великолепная работа, тонкая работа! – воскликнул руководитель. – Впрочем, как всегда!

– Все сконструированные туземцами машины времени, – договорил старший инспектор, – пронумерованные и классифицированные по порядку создания, отравляются в хранилище Высшей Инспекции, открытое для служебного доступа.

– Ну, разумеется, – заключил руководить Высшей Галактической Инспекции, – это уж как заведено. Еще раз повторяю: великолепная работа, поздравляю! А что еще происходит в вашем секторе?

Алексей Талан

Лазерный вихрь

I have a reason to stay here

There’s a way to find a flame

Глава 1

Ненавижу наивных и одержимых. Такие не щадят ничьи жизни, включая свои.

Расчерчиваю взведённый арбалет на две обугленные щепки и сквозь всклокоченную бороду пронзаю горло. Второй противник тянется за мечом. С трудом удержавшись от смертельного укола, безжалостно отсекаю руку.