STAR RAIL: Дикое пламя - Борисов

— Но…

— Будем действовать по ситуации.

Джон молча слушал и переводил взгляд с Сервал на Дань Хэна, Март, а затем обратно.

«Завтра обещает быть очень интересным», — подумал парень. Следом его мысли перекочевали к Гепарду. Ему было очень любопытно, как в итоге поступит капитан. Послушает Безымянных? Решит спасти Белобог и «предаст» Хранительницу? Или останется верен присяге?

Джон хмыкнул.

«Нелёгкий перед тобой выбор, парень, ох, и нелёгкий».

Возможно, это прозвучит странно, но Джон как никто другой понимал Гепарда. Когда-то судьба так же поставила его перед жестоким выбором между честью, долгом и человечностью.

«Тяжелый был выбор», — вспоминал он. С высоты прожитых лет, Джон сделал бы всё иначе. Однако даже все накопленные знания, увы, не позволяли ему вернуться в прошлое. — «Что ж, посмотрим какой выбор сделаешь ты, парень», — хмыкнул он, мысленно пожелав Гепарду удачи.

В общем, если подводить итог, то весь план, кроме финальной части, весело насвистывая пошёл через жопу.

— И-и… что будем делать? — Март обеспокоенно вглядывалась в лица свои товарищей. Однако вместо ответа в этот момент появилась командующая Броня. Девушка всё так же была укутана в одеяло, шла медленно, переваливаясь из стороны в сторону, чем отдалённо напоминала пьяного пингвина. Всё такая же сонная и не адекватная.

— Броня? — удивилась Сервал и в два шага оказалась рядом. — Ты почему не в постели?

Девушка остановилась, взглянула на блондинку пустыми глаза и двинулась дальше по направлению стола.

— Я… Я должна быть здесь.

— Зачем?! Иди поправляйся! — вновь потянула её Сервал за край одеяла.

— Нет. Я должна быть здесь. Капитан Гепард… мы должны убедить его.

Джон усмехнулся.

— Он уже ушел.

— Ушёл? — девушка взглянула на Джона самым жалостливым и расстроенным взглядом, который по ощущениям может растопить все снега на Ярило. — Как ушёл?

— Вот так ушёл! — Сервал выдвинула стул из-за стола вместе с сидящей на нём Броней. — И ты сейчас пойдешь!

— Куда пойду? — прозвучал рассеянный голос.

— Спать.

— Но я не хочу.

— Хочешь. Мистер Джонатан, будьте добры, командующую нужно уложить в постель.

Джону два раза повторять не нужно было.

В общем, с горем пополам, но им удалось напоить Броню лекарством и уложить спать. Сам Джон вместе с Безымянными остался ждать рассвета в главном зале. Сервал решила не открывать сегодня мастерскую. К слову, её подмастерье Полли очень обрадовалась новости об оплаченном выходном.

Брокс внезапно открыл глаза. По меркам Подземья сейчас была ночь и все спали, но если говорить откровенно, то местные жители только и делали, что спали последние три дня.

Голова противно ныла, тело ощущалось ватным и слабым. В целом состояние было болезненным.

— Па-а-ап, папа. — прозвучал тихий голосок, который и был причиной пробуждения. Брокс почувствовал, как его дёргают за рукав. С трудом перевернувшись на бок, он взглянул на свою дочь.

Девочка стояла рядом с родительской кроватью в одной ночнушке и смотрела на него жалобными глазами.

— Что такое, солнышко?

— Я кушать хочу. Очень сильно хочу. — кроха потёрла свой впалый животик.

Здоровяк на секунду замер, но затем улыбнулся. Огромная рука легла девочке на голову и взъерошила волосы.

— Сейчас что-нибудь придумаем.

Шёл четвёртый день, когда у всего Подземья закончилась еда. Сперва казалось, что вот-вот и подъемник включится. Что стражи спустятся, принесут с собой провизию и всё вернётся на свои места, однако ни на первый день, ни на второй никто не явился. Шахтёры были в ярости.

Они кричали. Они проклинали. Они грозились. Обещали, что заморозят город, что никто больше не получит ни камня геосущности. Но все их угрозы летели в пустоту. Их даже никто не слышал кроме самих шахтёров. Голод страшная штука. На третий день многие уже были готовы принять любое наказание и условие, лишь бы стражи снова принесли еду.

— Почему вы с мамой не едите? — задала резонный вопрос девочка, шлёпая тапками по каменному полу.

— Как не едим? Хах, разве можно не есть? — наигранно усмехнулся Брокс. — Конечно же едим, солнце, просто ты так увлекаешься своими играми, что не замечаешь.

Мужчина подошёл к кастрюле, положил руку на крышку, а затем закрыл глаза и загадал желание. Это было не свойственно для Брокса, но он знал, знал, что в кастрюле уже второй день ничего нет. Там ко дну прилипло три рисовых зёрнышка и кожура от помидора. Всё. Это он действительно знал, но не знал, как сказать об этом дочери, ради которой вставал каждое утро и шёл в ненавистную шахту.

— У нас нечего есть, да? — тихонько поинтересовалась девочка, глядя исподлобья.

Рука Брокса дёрнулась. Хотелось сорваться и закричать во всё горло какая же Хранительница сука и как он её вертел на своем огромном елдаке, но он лишь улыбнулся.

— Конечно же есть! Ещё как! У нас много еды, солнце. — мужчина присел рядышком с крохой и вновь положил руку на её голову. — Сейчас папа за ней сходит. Иди ложись к маме, а я скоро вернусь.

Уложив дочь, Брокс накинул свою старую рабочую куртку и вышел на улицу.

«Нам нужна еда», — он брёл по пустой безлюдной дороге. Подземье всё ещё спало. На самом деле утром вряд ли что-то измениться, сейчас каждый старался экономить силы. Надежда, что подъемник вот-вот включиться не угасала даже у самых пессимистичных жителей.

Брокс сам не заметил как пришёл к больнице. Сегодня и тут было тихо. Парочка больных, в остальном койки пустовали. Правда это почему-то не вызывало радости.

— Броксигар? Что вы здесь делаете? — неожиданно раздался голос доктора из-за спины.

— Я… я просто гулял, а потом… не знаю, как здесь очутился.

Наташа подметила, что вид у мужчины был весьма потерянный. Не трудно было догадаться почему.

— Постойте здесь, я сейчас вернусь. — женщина махнула рукой.

— Да нет, я, пожалуй, пойду.

— Ждите. — раздался строгий голос с лестницы.

Наташи не было буквально минуту,