Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

появилась при дворе некая девица Лауринь, арнайя, – сказал он наконец, пожевав губами. – Потом вышла замуж за какого-то остолопа и пропала из виду. Кстати сказать, этот мальчишка здорово на нее похож. Должно быть, какая-то родственница по отцу, тетка, к примеру.

– И все? – удивилась я. – Больше никого не помнишь? Должен был быть какой-то офицер…

– Не помню таких, – недовольно ответил дед.

Очень интересно! Если дед не помнит офицера по фамилии Лауринь, вполне может оказаться, что его и не существовало вовсе. На дедову память можно положиться даже больше, чем на королевский архив…

И тут-то наконец я нашла нужную страницу в атласе, вгляделась в трудночитаемую надпись и протяжно присвистнула. Вот оно как! На карте не было никакого имения Лауринь. То есть имение-то было, вот только принадлежало оно, если верить карте (а отчего бы ей не верить?), семье Лагарста. Совершенно незнакомая мне фамилия, но это еще ничего не значит.

– Что ты там нашла? – поинтересовался дед. Его донимало любопытство, но признаваться в этом он не желал.

– Фамилия Лагарста тебе ни о чем не говорит? – спросила я в ответ.

– Мы что сегодня, книгу дворянских родов наизусть повторяем? – каркнул дед, но тем не менее ответил, почти не раздумывая: – Припоминаю такого. Арнай Ференц Лагарста, если не ошибаюсь. Блестящий был офицер, вот только…

– Что – «только»? – заинтересовалась я.

– Только пропал бесследно лет пятнадцать назад, – хмыкнул дед. – Признаться, меня светские забавы уже мало занимали в то время, однако ходил слух, что этот Лагарста совершил преступление против чести. Сама знаешь, что за это полагается.

Да, в самом деле. Формулировка обтекаемая, под нее многое можно подогнать, но, если честно, это сейчас не важно. Выходит, Ференц Лагарста был осужден за преступление против чести. Серьезно… За это как раз и полагается разжалование, лишение дворянских привилегий, а также, в лучшем случае, ссылка. Лагарста еще легко отделался, будучи сослан в свое имение, а не изгнан за пределы Арастена. Итак, офицер Ференц Лагарста исчезает, будто его и не было вовсе. А некоторое время назад в столице объявляется офицер Лауринь. Если исходить из эмпирических наблюдений, наш лейтенант приходится сыном сосланному Ференцу Лагарсте. Кстати сказать, становится понятно, отчего у лейтенанта даже шпага казенная – согласно утвержденной процедуре, фамильную шпагу ломают над плахой, заменяя тем самым обезглавливание. Ритуал красивый, конечно, но мне любопытно – как поступали лет двести назад, когда в ходу были двуручные мечи? Но я отвлеклась. Итак, наш лейтенант является отпрыском семьи Лагарста, однако выступает под чужой фамилией. Хотя… почему чужой? Вовсе нет!

– Ну? – грозно спросил дед, недовольный затянувшимся молчанием. – Что ты еще выдумала?

– Видишь ли… – Я села на полу, скрестив ноги. – Та девица Лауринь, которую ты помнишь, скорее всего, приходится нашему лейтенанту не родственницей по отцовской линии, а матерью.

– И что с того? – удивился дед. – С каких пор ты увлеклась генеалогией захудалых дворянчиков? Или это ты по работе?

– Да какая там работа… – отмахнулась я. – Так. Тренирую мозги.

Однако хитер бывший офицер Лагарста! Он ведь не был мне представлен, я сама начала обращаться к нему – «арнай Лауринь», справедливо полагая, что отец лейтенанта должен носить ту же фамилию, а он вовсе не возражал. Оба не возражали, кстати сказать!

– Делать тебе нечего, – фыркнул дед. – Тратить время на подобную чепуху. Фе!..

Сие междометие означало у него высшую степень неодобрения. Впрочем, выслушивать его гневные тирады я не собиралась, поскольку выяснила почти все, что хотела, и могла откланяться.

Итак, что получается? Чтобы хоть как-то обеспечить семью, сын ссыльного Лагарсты отправляется в столицу под фамилией матери. Что ж, это разумно и вполне позволительно; в конце концов, во многих странах род исчисляется по материнской линии, а не по отцовской. Разве кто-то будет спорить, что любой человек всегда является ребенком своей матери, независимо от того, кто был его отцом? Кстати, отцовство-то поди еще установи!

На службу юношу принимают, руководствуясь, видимо, тем, что сын за деяния отца не отвечает. Надо полагать, высшие чины прекрасно знали, кто он такой на самом деле: невесть откуда взявшегося арная должны были проверить от и до, правда выплыла бы мгновенно. И Его величество тоже был в курсе: приказы подписывает он. Этот же приказ непременно должен был идти с некой сопроводительной бумагой, обрисовывающей ситуацию, а уж не вспомнить фамилию того, кого сам же и вычеркнул из списков, Арнелий не мог…

В мысли мои закралось неясное сомнение. Уловить его суть я пока не могла, поэтому решила разобраться позже.

Пожалуй, главное, что удивляло меня в этой истории – участие, принимаемое Его величеством в судьбе Лауриня. Это никак не вязалось с характером Арнелия, не видела я и иных объективных причин для подобного поведения. Да и странное какое-то было участие. Если предположить, что Лауринь и в самом деле внебрачный сын Арнелия (хотя я уже говорила, вероятность этого ничтожно мала!), тот мог бы и получше заботиться о своем бастарде. А если это не так – тогда я опять перестаю что-либо понимать…

Глава 15

Кара

Лошадь моя спокойно цокала копытами по мостовой, направляясь к дому. Она давно привыкла к тому, что хозяйка периодически забывает про поводья, и никогда не позволяла себе никаких шалостей. Что и говорить, с лошадью мне повезло…

Путь мой лежал мимо казарм, и, по любопытному стечению обстоятельств, на глаза мне попался знакомый капрал. Свободные от дежурства гвардейцы – в основном младшие офицеры – торчали у ворот, развлекаясь болтовней, то и дело слышались взрывы хохота – очевидно, обсуждалось нечто далеко не целомудренное. Капрал же скучал в сторонке, не принимая участия в общей беседе.

– Ивас! – окликнула я. Капрал встрепенулся и уставился на меня, как на привидение. Согласна, ночью меня можно испугаться, но средь бела дня-то что так таращиться?

– Добрый день, госпожа Нарен, – сказал он наконец. – Что вам угодно?

– Передайте лейтенанту Лауриню, – велела я, – чтобы явился ко мне немедленно. В ближайшее время он мне понадобится.

– Простите, госпожа Нарен, – замялся капрал. Гвардейцы в отдалении навострили уши. – Боюсь, это никак не получится…

– Что значит «не получится»? – удивилась я. – Он что, при смерти? Однако это входит у него в привычку!

– Нет, госпожа Нарен, господин Лауринь здоров, только прийти не сможет, – неуверенно произнес Ивас. – Он… в общем…

– Да скажите вы уже наконец! – рассердилась я. – Что вы заикаетесь? У Лауриня заразились, что ли?

– Господин Лауринь не в состоянии прийти! – выпалил капрал и уставился на меня с укоризной.

– Весьма