Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

Последнюю контрольную я написала на два. Гена, выставлявший оценки, мою единственную двойку ставить не стал, сказав что мне тогда будет не закрыть четверть. Когда я подняла руку и спросила, что же мне делать, он сказал: «Приходите после шестого урока ко мне в кабинет, будем беседовать с вами отдельно»,

Я не могу сказать, что меня это предложение обрадовало. После уроков у меня были другие планы — мы договорились с подружкой идти на танцы, да и накануне вечером в большой компании я накурилась планом, так что в этот день по математике точно ничего не соображала. С другой стороны, воспоминание об увиденном в лаборантской заставляло топорщиться соски под топиком, и внизу живота приятно теплело.

После шестого урока я, уже не размышляя ни о чём, побежала наверх в кабинет математики. По пути забежав в женский туалет, накрасила блестящей помадой губы, а потом, повинуясь какому-то безотчётному импульсу, стянула трусики и спрятала их в сумке, оставшись в одной юбочке.

Однако моё романтическое настроение сразу же попало под холодный душ. Геночка встретил меня хмуро и озабоченно, выдал мне листок и напечатанные на карточке задачи, чтобы я их решала, усадил за стол на кафедре, а сам ушёл в лаборантскую с кипой работ, видимо, проверять. Наверное, он хотел дать мне возможность воспользоваться учебником в его отсутствие, но знал бы он, что творилось в моей голове, он бы понял, что мне совсем не до алгебры.

Сидя на учительском месте, я тихонько обдумывала дальнейшие варианты. Придумала я вот что: сесть, обернувшись к двери в лаборантскую, задрать как можно выше юбочку, а когда Геночка наконец выйдет оттуда — как бы случайно развести ножки. Поскольку кафедра стоит на небольшом возвышении, перед его глазами как раз оказалась бы моё маленькое сокровище.

Пока я настраивалась, садилась поудобнее и задирала юбку в ожидании Гены, в классе неуловимо что-то изменилось. Я даже вздрогнула от неожиданности, когда услышала негромкое покашливание почти над ухом, а обернувшись вообще замерла: директор! Олег Павлович! Как он здесь оказался?

Пока я сидела, ни жива ни мертва, он окинул меня внимательным взглядом, сказал:

— Ну что, занимаетесь? Отлично, отлично.

Потом крикнул в сторону лаборантской:

— Гена, выйди на минуточку! У меня к тебе пара дел.

Геночка показался в двери лаборантской, с дымящейся кружкой чая в руке.

— Слушай, сынок, я к тебе вот по какому делу: выясни, пожалуйста с завучем своё расписание на будущую неделю, а то у неё стоят зачёты в одиннадцатом классе как раз в те часы, когда у тебя пары матанализа.

— И потом, что ты забиваешься всегда в свою лаборантскую? — уже совсем другим тоном, улыбаясь, продолжил Олег Павлович. — Смотри, какая у тебя шикарная сучка в классе сидит.

Вначале мне показалось, что я ослышалась. Но директор всё с той же милой улыбкой продолжал:

— Смотри, какие у неё глаза блядские! (я не могла поверить, что я слышу это от директора лицея!) Она же ебаться хочет, сразу видно! Ты что, не хочешь её выебать?

Я сидела покрасневшая до корней волос, но не могла сказать ни слова, только глупо улыбалась, и смотрела при этом во все глаза не на директора, а на Геночку.

Геночка же стоял довольно флегматично, и смотрел то на меня, то на отца, как бы не в силах решиться на что-то. Наконец, он поставил свою кружку и подойдя поближе встал рядом с директором.

— Ну, сынок, смелее! Она сейчас тебе всё сделает, что ты захочешь. Ну-ка, иди сюда!

Я подошла на ватных ногах.

— Ближе, ближе! А теперь на колени, подстилка малолетняя.

Я рухнула на колени как подкошенная. Несколько секунд, звук расстёгивающихся молний — и перед моим лицом закачались два мужских члена, терпко пахнущих, стоячих хуя!

— Ну, смелее, соси!

Я даже сейчас закрывая глаза вижу эту восхитительную картину. Вы даже не представляете, как волнующе и приятно было в первый раз сосать мужской член, и не один, а сразу два!!! И самая прелесть была в том, что они были совершенно разные — у Олега Павловича короткий, тупорылый ствол, твёрдый как железо и весь увитый тёмно-синими венами, а у Геночки — изогнутый, как стебель, гладкий и немного мягкий, напоминавший спелый банан. Я брала их в рот по очереди, на минуту-другую, обсасывала головку, громко причмокивая губами, густо намазанными блеском, потом отважилась заглотить один поглубже, но поперхнулась и закашлялась.

— Да, неопытная у нас соска, сынок, но всё равно приятно, правда? — директор явно был доволен происходящим. — А теперь давай раком стань!

Я развернулась задом, нагнулась, Олег Павлович задрал мне юбку и сильно ущипнул за зад.

— Смотри-ка, вот блядь похотливая! Она же даже без трусов! Так и хочет кому-нибудь дать, верно? — в голосе Олега Павловича явственно сквозило торжество. — Ты уже ебалась с кем-нибудь или целка? — спросил он, грубо ощупывая мою киску.

Я нашла в себе силы только промычать что-то отрицательное, но происходящее меня настолько выбило из колеи, что я с трудом даже могла стоять на подгибающихся коленях.

— Тогда будем тебя ебать в жопу!

В мой девственный анус сразу же за этой фразой проник твердый палец директора. Пошуровав у входа, он исчез, потом вернулся уже чем-то смоченный (наверное старый развратник просто поплевал на него) и ввинтился на всю длину. На глаза мои навернулись слёзы, но я терпела.

— Ну, давай сынок, ты первый!

Вслед за этим я ощутила, что в мою попочку упирается что-то гораздо большее чем палец. Геночка (это был он) пытался надавить и войти, ввести хотя бы головку, но она всё время соскальзывала по мокрой поверхности, а недостаточно твёрдо стоявший член не мог надавить со всей силой.

— Да, Генка, всему тебя надо учить! Ладно, смотри, показываю как надо!

И вдруг мне в жопу ворвался таран! Толстый, твёрдый, он вошёл сразу во всю небольшую длину, но так резко, что я не удержалась и заорала, правда мне сразу зажали рот ладонью. Я помню, что плакала и пускала слюни в эту волосатую пахнущую табаком и мелом ладонь, но хуй директора неумолимо драл мою жопу, пока он, сдавленно закряхтев, он не навалился и не кончил в меня (попке сразу стало немного легче, когда её разодранную внутренность смочила сперма).

— Видал, сынок! Давай вторым номером.

Гена наверное возбудился от зрелища, потому что член его уже не был мягким, да и в растянутую дырочку войти было гораздо легче. Так что когда меня стал ебать Геночка, я почувствовала разницу — было уже не больно, но тепло внутри, а потом постепенно стало приятно, и с каждым толчком Гениного хуя, становилось всё приятнее. Ещё немного — и я даже стала наддавать попкой навстречу замечательному члену Геночки. Я хотела кончить, и он почувствовал это — его рука проникла между моих ножек и стала ласкать писечку, особенно клитор, так что через несколько секунд я была уже на вершине. Он не кончал ещё минуты три, и за это время я сотрясалась в оргазме не меньше пяти раз: