500 знаменитых исторических событий - Владислав Карнацевич

Южане долгое время сохраняли остатки раннехристианских верований, преданность арианским идеалам, демократическое устройство церкви. Еще в 1150 г. в южнофранцузских городах были зафиксированы выборы епископов городской общиной. Характер же тулузского правления, вообще, отличался светскостью. Именно на юге Франции появились первые трубадуры, исполнявшие песни нерелигиозного содержания.

Священники здесь, как и везде, претендовали на значительные земельные угодья. Следует отметить повсеместный упадок нравственности среди католического духовенства той эпохи. Сексуальные извращения, безмерная роскошь, которой окружали себя епископы, жадность и пьянство… Борьба мирян против этих пороков часто принимала форму ереси.

В 1163 г. на соборе в Туре местные диссиденты, близкие к катарам по вероучению, были впервые названы «альбигойцами» (в честь одного из центров движения — города Альби). Церковный собор постановил, что альбигойцы должны быть арестованы, а их имущество конфисковано. В альбигойское движение были вовлечены изначально крестьяне, ремесленники (например местные ткачи) и низшее духовенство. Вскоре Раймунд VI Тулузский начал оказывать покровительство альбигойцам. Его примеру последовали и другие аристократы региона. Католическая церковь быстро теряла влияние в Южной Франции.

Альбигойцы верили в существование двух взаимно противоположных начал — доброго и злого. Доброе начало (Бог) создал душу, а злое — человеческое тело и грех. Мир, в котором мы живем, по их верованиям, это место наказания, но все души будут спасены. Чтобы это избавление свершилось, Бог послал на землю Иисуса Христа. Его страдания и спасение были не действительными, а поучающими, дающими пример.

Еретики предписывали строгое воздержание, терпимо относились к идее самоубийства. Продолжение рода было противно альбигойцам. К этому добавлялось воздержание от животной пищи. Война и убийство любого живого существа порицались. Все эти суровые моральные законы в точности выполняли лишь так называемые «совершенные». Основная же масса верующих женилась, ела все, что угодно, и смело бралась за оружие. Еретики проклинали католическую церковь, не признавали необходимость десятины, храмов, икон, мощей и т. д.

С приходом папы Иннокентия III (1198) преследование еретиков началось с новой силой. События 1205–1206 гг. свидетельствовали об определенных успехах Иннокентия. Раймунд VI вынужден был поклясться изгнать еретиков из своих владений. На юге начал активно действовать неумолимый монах Доминик де Гусман, но уничтожить очаг ереси не удалось.

В 1207 г. Иннокентий III призвал короля Франции прибегнуть к силе. Он повторил свою просьбу после получения известий об убийстве своего легата Пьера де Кастельно, в котором он обвинил Раймунда. Многочисленные бароны Северной Франции, Германии и Бельгии присоединились к крестовому походу против еретиков. Французский король Филипп II Август, занятый борьбой с Англией за северофранцузские земли, отказался возглавить поход. Военным лидером крестового похода против альбигойцев стал Симон де Монфор, граф Лестерский.

Раймунд VI согласился сдаться и выступил против своих прежних друзей. Альбигойские крепости Безье и Каркассон были взяты в 1209 г. Крестоносцы перерезали в Безье 20 тысяч горожан. После собора в Авиньоне (1209) Раймунд VI был повторно отлучен от церкви за невыполнение обязательств, наложенных на него при прощении. Его имущество было объявлено конфискованным в пользу того, кто сможет его захватить. В ходе Альбигойских войн Лангедок был опустошен и в значительной мере обезлюдел. Погибло много альбигойцев и просто «сочувствующих», крестоносцы не жалели ни женщин, ни стариков, ни детей. Борьба с крестоносцами из религиозной превратилась в национально-освободительную войну провансальцев против северных захватчиков.

На стороне Раймунда выступил Пьер Арагонский. Войска этого монарха и рыцари Симона де Монфора столкнулись в битве при Мюре в 1213 г. Арагонец был сокрушен. Раймунду VI удалось удержать за собой лишь Тулузу, Ним, Бокер, Ажен. Однако в 1215 г. Тулуза пала. Раймунд бежал. Симон на соборе в Монпелье (1215) был назначен владельцем всех завоеванных территорий в качестве вассала французского короля. Но через два года Тулуза восстала, граф Тулузский вернулся, под его властью снова оказалось много городов Лангедока и Прованса. Жестокий каратель Симон де Монфор погиб при осаде Тулузы в 1218 г.

Папа попытался перевести борьбу в более спокойное русло. Раймунда и жителей Тулузы милостиво вернули в лоно церкви. Но папство обложило налогом все дома еретической провинции. Кроме этой ежегодной дани Лангедок должен был единовременно внести в кассу понтифика тысячи марок.

Военные действия против упорствовавших еретиков продолжались. В 1224 г. Раймунд VII (сын Раймунда VI) изгнал из Каркасонна войска сына Симона де Монфора. Добившись принятия своих условий (главным образом, невмешательства папы в светские дела и в дела местного духовенства), против южан выступил французский король Людовик VIII, воздерживавшийся ранее от помощи Монфору (опасаясь образования на юге сильного государства). В результате двух успешных походов Тулузское графство было присоединено к владениям Людовика VIII. Многие еретики ушли в горы и продолжали сопротивление там. Окончанием Альбигойских войн можно считать падение в 1244 г. после 10-месячной осады крепости Монтсегюр. Альбигойские войны ускорили объединение Франции, но нанесли большой урон экономике юга.

КРЕСТОВЫЙ ПОХОД ДЕТЕЙ

Легендарный Крестовый поход детей дает прекрасное представление о том, насколько менталитет людей Средневековья отличался от мировоззрения наших современников. Реальность и вымысел в голове человека XIII в. были тесно переплетены. Народ верил в чудеса. Более того, он их видел и творил. Сейчас идея детского похода кажется нам дикостью, тогда в успех предприятия верили тысячи людей. Правда, мы и до сих пор не знаем, было это или не было.

Не следует думать, что борьбой за Иерусалим духовенству удалось увлечь только жадное до наживы и ищущее подвигов рыцарство и столь же жадное итальянское купечество. Крестоносный дух поддерживался и в низших слоях общества, где обаяние его мифов было особенно сильным. Поход юных крестьян стал воплощением этой наивной приверженности ему.

В начале XIII в. в Европе распространилось убеждение, что только безгрешные дети способны освободить Святую землю. Пламенные речи проповедников, оплакивавших захват «неверными» Гроба Господня, нашли широкий отклик среди детей и подростков, в основном из крестьянских семей Северной Франции и Прирейнской Германии. Религиозный пыл подростков подогревали родители и приходские священники. Папа и высшее духовенство противодействовали предприятию, но пресечь его не смогли. Священники же на местах зачастую были так же невежественны, как и их паства.