Камикадзе на прогулке - Олег Кукса

— Хорошо, попробую. Вот только не знаю — получится ли?

— Я верю в то, что у тебя получится, — покачал головой Лайт, исчезая.

Ой! Даже Натали жалобно пискнула. Теперь и я верила, что у меня получится. Лайт сказал эти слова так… Если бы я не знала до этого, что ментальная команда-приказ первого уровня — это максимум, то сказала бы, что Лайт в своих словах высказал именно ее. Но, судя по реакции Натали — ее ментальная сила была на порядок меньше, чем у Лайта. Интересные встречи порой случаются на Новой Женеве! Неет — лучше я ничего Дэниелу обьяснять не буду. И так уже проговорилась ему об этой Экспедиции. Еще в самом начале — при нашей с ним встрече. Надеюсь, он уже забыл про мою оговорку. Нет уж, лучше я сверну в мнемофайл нашу встречу. И наши последующие встречи — тоже. Настрою активацию мнемофайла на новое появление Лайта, и все будет в порядке. Так мне будет спокойнее. Потому что мелю иногда языком лишнее.

Не то, что Дэниел…

End 2ур. 88

К тому моменту, когда я полностью впитала в себя Печать Джатура — новые неизвестные визитеры приблизились к нам на несколько километров. Я уже предупредила Ланса и наших бойцов из Двадцать Пятого форта, что у нас будут гости из полиции гроллов. Из подразделения Харт.

Не знаю почему, но я, впитав Печать Семьи Джатура, словно на мгновение потеряла сознание. И, только очнувшись, почувствовала приближение Раймонда Шогана и его помощников. Почему я так была в этом уверена — понятия не имею. У меня такие непонятные озарения, увы, бывают — того же Дэниела я таким манером и обнаружила за десятки километров от него. Я просто знала — и все. Впрочем, я уже поняла, что произошло, обнаружив в своей памяти новый мнемофайл. На несколько минут длиной. Интересно, с чем же это я столкнулась, что мне потребовалось спрятать часть своей памяти от себя самой?

Просмотрела мнемофайл. Довольно улыбнулась, просматривая вновь освоенный целительский прием. Черный Ветер? Что ж — опробуем. Затем я свернула мнемофайл обратно. Нет уж, лучше пусть так и лежит. Потом, на досуге, просмотрю еще раз.

В пятидесяти метрах от нас вздыбилась от взрыва земля. Главный визитер был очень силен и самоуверен — как всегда, в своем репертуаре. Плюс, за ним по пятам прибыла его свита. Тройка гроллов вышла из-под земли изящными пируэтами. Но что-то еще — большое и сильное, осталось под землей. Неизвестное транспортное средство? Какое-то подконтрольное гроллам чудовище? Ничего толком я разобрать не смогла. На стандартный подземный шаттл Дальнего Перехода, судя по моему сканнингу, эта штука не походила.

То, что второй и третий гролл не послали свои Печати Силы, говорило об их полном подчинении главному визитеру, в опознании которого, к моему сожалению, я хотела бы ошибиться. Он даже не соизволил идти, а левитировал над землей, приближаясь. Затем он резким импульсом вышел в видимый диапазон. Сила его ужасала.

Гролл-Экзекутор Региона Корто, Раймонд Шоган собственной персоной.

Его имя и фото не раз мелькали на первой полосе столичных газет, в том числе и моего еженедельника Новости Федерации. Про телевидение я уж и не говорю — Раймонд был очень фотогеничным, харизматичным собеседником — прямо мечта телевизионщика Федерации. Гроллы-люди охотно скармливали прессе своего национального героя — уверенного в себе, очень эрудированного, с хорошо поставленным голосом. Но я уже сталкивалась с ним несколько раз — в послевоенное время. Такова уж у нас обоих специфика работы — сталкиваться на поле боя, у тел убитых и раненых мной и моими напарниками из Омеги бандитов и гроллов-ренегатов. И мне не нужно было смотреть на эмблему Экзекутора на его левом плече, чтобы распознать его. Но вот подобные эмблемы на плечах его помощников меня огорчили.

Три Экзекутора Линии Воинов сразу — будто одного Раймонда не хватало!

Сейчас, перед тремя Экзекуторами Харта, все мы оказались в явном меньшинстве перед превосходящими силами гроллов. Похоже, придется опять, хоть ненадолго, познакомиться с интерьером тюрьмы. Ведь война с Рейдерами уже окончилась. Сейчас было, хм, мирное время, по мнению гроллов-полицейских. Понятно, ни мы, ни Рейдеры этого мнения не придерживались. А на войне, как на войне.

Одного я, впрочем, знала очень хорошо, и была рада его присутствию — это был Уоллис Шоган. Впервые мы познакомились очень даже банально, во время войны с Рейдерами — он любезно препроводил меня в тюрьму. Сами понимаете, по какой причине. Уоллис мне всегда нравился — молодой, грациозный, умный, красивый, а главное, с едким чувством юмора. Если бы не то, что он тогда застал наш отряд во время штурма базы Рейдеров, нагло впустившей в себя банду с пленными рабами из округи Лос Анжелеса… Но дело свое хорошо знал — так взял в оборот выживших бандитов и наших, что мало нам не показалось. Никаких поблажек я от него не добилась, и, убедившись, что главаря-гролла и десятка два бандитов завалила я, он, выражая явное сожаление, поинтересовался, когда меня в камере предварительного заключения сможет увидеть мой адвокат?

Ну почему он тогда не появился раньше минут на десять, когда я еще могла исцелить умирающих бандитов? Но я была слишком занята лечением своих. Гролл-ренегат, своим Черным Валом так нагадил, что нескольких наших пришлось реанимировать. Кто ж знал, что нас засекли на каком-то сенсоре гроллов и послали к месту боя полицейский шаттл?

Подробнее 2ур. 89

Я потеряла целых три месяца в тюрьме. И это тогда, когда война с Рейдерами была в самом разгаре! Видите ли, мы преследовали и убили этих бедненьких, пушистых, невинных Рейдеров на их територии! Я убила гролла, но не сумела снять его Печать Силы. Слишком быстро он погиб, а я не настолько тогда была умелой. Гролл-бандит погиб истинной смертью.

За это меня и упекли в тюрьму — за военное преступление. Хорошо хоть, уменьшили срок заключения. У гроллов — очень мягкий уголовный кодекс по отношению к детям, не достигшим раскрытия энергоматрицы во взрослую фазу. Зато я за эти долгие нудные месяцы выслушала около пятисот часов реабилитационных лекций лучших гролловских психологов!

Сначала было очень трудно. Затем втянулась. Убедившись, что сама могу выбирать материал лекций и своих психологов, начала, наконец, заполнять пробелы в своем образовании.

Гроллы-психологи очень обрадовались моему проснувшемуся интересу к математике, физике и другим наукам, которые, став Целительницей, я так и не удосужилась выучить. В общем, тюремные преподаватели, увидев мою старательность, не пожалели для моего обучения никаких усилий. Они страшно были возмущены тем, что Федерация отправляет в бой даже своих детей, и это, мол, не в первый раз. По их мнению, я не была пропащим ребенком, и меня еще можно было спасти от неправильного воспитания. Вернуть меня с преступного пути — в лоно мирной жизни. И им действительно удалось привить мне любовь к чтению книг, изучению культуры гроллов и людей. Я, наконец, восполнила многие пробелы в своем образовании, воспользовавшись оказией.

Но по большому счету… Я, конечно, кивала им головой — мол, каюсь, все осознала, и больше не бу…. Потому что — не ду…

Но я прекрасно понимала, что вернусь на линию фронта с Рейдерами, как только откинусь с зоны. Даже не скрывала этого от ставших мне такими родными двух женщин-психологов Семьи Турхат, прививших мне любовь к гармоничному развитию и эмоциональному самоконтролю. Они, конечно, были очень опечалены тем, что я, по их гролловским меркам маленький ребенок — попала в жернова войны. Но я, в восемнадцать лет, уже была совершеннолетней — два года как получила паспорт гражданина Федерации, и жутко этим гордилась. Ведь я была по законам Федерации взрослой!

Но, была б моя воля — лучше бы Рейдеры не начинали эту войну. Потому что закончим ее мы — Западный Федеративный Союз. И точка!

Никогда я еще так хорошо не отдыхала. Не смотря на то, что пришлось семь раз драться на одной из энерготурелей Периметра тюрьмы со Смерчами-Убийцами, напавшими на город Турхат. Я своими Огненными Штормами палила энергосегменты маленьких трехсотметровых Смерчей-Скаутов, подранивая их — это у меня получалось довольно ловко. А порой и сбивала их, наловчившись, немного прибавив в опыте и силе энергонных атак. Гроллы-тюремшики были так довольны тем, что я вызвалась добровольцем в резерв! Ведь работы в случае серьезной атаки Смерчей хватало на всех защитников Периметра. Да и Небесному Куполу города Турхат, Лирии, я очень понравилась. Мы даже очень мило ворковали друг с другом, хотя я понять не могла, как это можно было сделать без усиливающих сенсоров ЦУПа Турхат. Но так и было. И Лирия тоже мне очень понравилась — она очень была опечалена тем, что я здесь нахожусь в тюрьме и не имею права посещать ЦУП, как она бы хотела.

Здесь же, в сражениях со Смерчами, я впервые познакомилась с тем, что же это такое — настоящий гролловский Армагеддон, способный одним залпом спалить пятикилометрового Королевского Смерча-Убийцу! Это на меня, надо признать, произвело впечатление! Но Гордон Шоган даже не соизволил преподать мне урок. Мол, «Тебе еще в детском садике играться, а не пытаться освоить элитарный прием лучших Воинов Cоюза Семей! Матрица еще даже не начала раскрываться во взрослую фазу, а уже — «Покажите мне, как стрелять Армагеддоном!» Совсем малышня обнаглела!»