Снежная королева - Джоан Виндж

- Мы вовсе не хотели вас обидеть, - быстро сказал Сайрус, пытаясь восстановить мир. - На вашей планете вы считаетесь святой, а потому заслуживате того же уважения и от нас. - Легкая виноватая улыбка промелькнула у него на губах. - Но где она выучила сандхи, комиссар?

- Это я ее научил, - сказал Гундалину, прежде чем Джеруша сумела подыскать нужный ответ, и обнял Мун за плечи, снова притянув ее к себе и словно пытаясь заслонить собой. - И при всем моем уважении в высокочтимому спикеру я вынужден заявить, что если бы Мун согласилась стать Гундалину-эшкрад, если бы она согласилась стать мне женою, то оказала бы честь всей моей семье!

На сей раз удивлению гостей не было конца; оно, пожалуй, даже граничило с ужасом. Джеруша не сводила с Гундалину глаз.

- ..Отвратительно! - послышался чей-то женский голос.

- Гундалину-эшкрад, - Сайрус неловко попытался сменить тему, - я понимаю, вы подверглись тяжким испытаниям, так что...

Гундалину вздрогнул, чувствуя всеобщую недоброжелательность. Плечи его поникли, однако руки по-прежнему лежали на плечах Мун.

- Да, садху, вы правы, - сказал он извиняющимся тоном. - Но я не желаю слушать, как ее здесь оскорбляют. Она спасла мне жизнь.

- Разумеется. - Сайрус снова улыбнулся. - Но вы ведь не собираетесь жениться на ней?..

- Она любит другого. - Ответ Гундалину звучал так печально, что Мун вывернулась из-под его руки и заглянула ему в глаза.

- Значит, вы бы на ней женились? - снова пошел в атаку спикер. - Что ж, у вас и гордости совсем не осталось? Неужели вы настолько опустились, что не стыдясь говорите подобные вещи! Вы, самоубийца-неудачник! - Это слово в системе понятий Харему означало только одно: "трус".

Гундалину глубоко, со свистом вздохнул и закашлялся.

- Я хотел сохранить свою честь. Не моя вина, что я потерпел неудачу! - Он протянул вперед изрезанные руки.

- Вина всегда лежит на высокорожденном! - Это сказал кто-то из незнакомых Джеруше гостей. - Самоубийца-неудачник не заслуживает права жить дальше.

Достоинство Гундалину было смято, как шит, не выдержавший натиска противника. Он отшатнулся от сказавшего это и уцепился за край стола, ^словно каждое следующее слово могло сбить его с ног.

- Простите меня, садхану бхаи, за то.., что я опозорил свой класс и свою семью. - Он не мог поднять глаз. - Я не заслуживаю ни вашего уважения, ни вашего присутствия здесь. Я заслужил лишь всеобщее порицание. Вы правы: после случившегося я ничуть не лучше раба, бессловесной скотины... - Руки у него дрожали; Джеруша быстро подошла к нему и успела вовремя подхватить, когда он потерял сознание.

- Что с вами, граждане? - бросила она презрительно, через плечо. - Что вам от него нужно? Неужели вы хотите, чтобы он снова вскрыл себе вены? Чтобы оставшаяся у него "честь" на глазах у вас утекла с кровью в эту раковину? Она только рукой махнула. - Он же ваш соотечественник! Храбрый, порядочный офицер! Он прошел через все круги ада и оказался достаточно силен, чтобы выжить. А вы способны лишь сказать ему на это: "Лучше бы ты умер!"

- Вы родились не на Харему, комиссар, - тихо проговорил Сайрус. Гундалину.., он понимает.., но вы, видимо, никогда не сумеете понять!

- Да уж, хвала богам! - Джеруша помогла Гундалину лечь, решив больше не обращать внимания на негодующих высоких гостей, гуськом направившихся к выходу. Она услышала лишь, как спикер громче остальных сказал что-то гнусное в адрес Гундалину, но поняла только последнее слово, обозначавшее самую низшую касту Харему. Гундалину скривился и судорожно сглотнул.

- Секретарь Сайрус! - воскликнула вдруг Мун. Джеруша не выдержала и все-таки отвернулась от Гундалину, чтобы, во-первых, посмотреть на девчонку, а во-вторых, дать Гундалину возможность взять себя в руки. Она видела, как Сайрус, замешкавшись на пороге, оглянулся, и как девушка с белым от сдерживаемого гнева лицом смотрит на него. Потом на лице ее отразились иные чувства.

- Я.., я должна поговорить с вами.

Сайрус поднял брови, покосился на Гундалину.

- По-моему, и так уже сказано слишком много слов. Мун решительно и упрямо помотала головой; ее вьющиеся светлые волосы рассыпались по спине.

- Это о.., совсем другом человеке!

- Вы просите меня как сивилла? Она снова помотала головой.

- Я прошу вас как ваша племянница! - Сайрус застыл на месте. Высокие гости и их охрана уже удалялись по коридору, смеясь и ворча по поводу происшедшего. Джеруша зажмурилась, почувствовав, как напрягся Гундалину. - Я хочу поговорить с вами о вашем сыне. Который родился на Тиамат после прошлого Фестиваля.

Глаза Сайруса подернулись странной дымкой, он коротко кивнул и жестом пригласил Мун в соседнюю комнату. Она последовала за ним, быстро оглянувшись на Гундалину, который не сводил с нее глаз. На лице его была написана полнейшая безнадежность.

- БиЗед.., инспектор Гундалину! - Джеруша окликнула его нарочито резким тоном.

- Да, мэм? - Он тут же послушно повернулся к ней, однако внимание его было приковано к той двери, за которой исчезла Мун.

Джеруша колебалась.

- БиЗед.., неужели ты.., действительно влюблен в эту девушку?

Он судорожно сглотнул.

- А что если это так, комиссар? - сказал он чересчур спокойно. - Может быть, это вызовет скандал, но это не преступление!

- БиЗед, разве ты не понимаешь, кто она?

Он с виноватым видом вскинул голову, но не ответил.

- Ведь она - та самая девушка, которую мы с тобой потеряли из виду, когда пять лет назад пытались взять группу контрабандистов с Харему, - Джеруша поняла, что ему это известно, но все же надеялась, что сумеет убедить его. Ей законом запрещено сюда возвращаться. Ее нужно немедленно депортировать.

- Комиссар, я не могу...

- Если ты действительно любишь ее, БиЗед, то это не такая уж сложная проблема. - Она ободряюще улыбнулась ему. - Женись на ней. Увези ее отсюда как свою жену.

- Не могу. - Он взял с подноса тонкий, как игла, зонд и попробовал его острие на ладони. Она торопливо продолжала:

- Ты же не допустишь, чтобы эти лицемерные снобы...

- Дело вовсе не в этом. - Лицо его окаменело. - И нам не стоит говорить так о вождях Гегемонии. У этих людей были все основания порицать меня.

Джеруша открыла было рот, потом снова закрыла.

- Мун никогда не выйдет за меня замуж. - Он положил зонд на место. Она.., хм, связана клятвой верности. - Он сказал это так, словно в глубине души все еще надеялся, что эта клятва недостаточно прочна. - Со своим двоюродным братом.., который оказался сыном секретаря Сайруса... - Он снова недоверчиво посмотрел в сторону двери. - Она его любит. Все эти годы она пыталась попасть в Карбункул и отыскать его. - Он словно донесение читал. Его имя Спаркс, Покоритель Зари.