Украина: моя война. Геополитический дневник - Александр Дугин

9. Такой анализ показывает, почему шестая колонна в России так переполошилась и бросила главного ликвидатора всех политических патриотических начинаний на центральную позицию в кураторстве Новороссии. Если сейчас не подавить в корне православное евразийство, рост его влияния в российском обществе будет представлять серьезную угрозу для всей атлантистской и либеральной сети в российской элите. Отсюда вытекает все остальное, в том числе и моя недавняя отставка. Мы встретились с символическими жестами, имеющими серьезное значение. Удар по православным евразийцам выгоден только либеральным атлантистам. Разве не так?

10. Где место Путина в этой идеологической схеме? Он всегда предпочитал быть над схваткой либералов и консерваторов, атлантистов и евразийцев, шпионов и патриотов, делая знаки то тем, то другим. В этом его загадочная тактика. Обычно сам Путин изъясняется двусмысленно, так что его можно перетолковать как в евразийском, так и в атлантистском колюче. При этом лояльность Путину или, напротив, оппозиция ему не имеет идеологической окраски: среди его сторонников и среди его противников могут быть православные евразийцы и либеральные атлантисты. Конечно, подавляющее большинство идейных православных евразийцев за Путина, а подавляющее большинство идейных либеральных атлантистов против Путина. Но сам Путин своей идеологии не выявляет. Он произносит нечто уклончивое, что тут же интерпретируется. Не Песковым, тот только еще более все запутывает, ничего не разъясняя. Нет. В верхах власти есть фигура либерально-атлантистского ИНТЕРПРЕТАТОРА любой речи Путина. Если в этой речи есть намек на атлантизм, он будет раздут. Если вся речь (как во время «прямой линии») будет выдержана в православно-евразийских тонах, она будет интерпретироваться «яко не бывшая» — все, что последовало за «прямой линией» было ПОЛНЫМ ОПРОВЕРЖЕНИЕМ слов Путина действиями его же политической элиты. Но по мере подъема православного евразийства в Новороссии и в самой России постепенно возникает фигура ВТОРОГО ИНТЕРПРЕТАТОРА путинских высказываний. Теперь все сказанное им в православно-евразийском ключе начинает фиксироваться, так как для этого возникает мировоззренческая среда. Главная задача ПЕРВОГО (либерал-атлантистского) ИНТЕРПРЕТАТОРА в том, чтобы замедлить появления ВТОРОГО или вообще не допустить его. Так как ранее двусмысленные высказывания Путина или даже его однозначные патриотические декларации (как Мюнхенская речь или «прямая линия») интерпретировались российскими элитами ТОЛЬКО В ЛИБЕРАЛЬНО-АТЛАНТИСТСКОМ ключе. Даже консерватизм Путина сурикаты умудрялись превратить в нечто либеральное. Сейчас эти же опытные фокусники черного пиара и тотального спойлерства пытаются переинтерпретировать даже Новороссию… Поэтому бессмысленно спрашивать, кто Путин, с кем он? Он над схваткой. Он не хочет интерпретировать самого себя. Он настолько сжился с ролью загадочного непредсказуемого Правителя, что не снизойдет до мировоззренческих пояснений, он говорит противоречивыми самоуничтожающимися коанами, а делает то, что делает (в критических ситуациях — всегда делает правильно — с точки зрения православного евразийства). Путин принципиально не возражает против православного евразийства, как, увы, не возражает он и против либерального атлантизма. Первое ему близко, второе чуждо, но терпит он и то и то. Но вот в элите до самого последнего времени либерал-атлантисты в идейной и технологической сфере доминировали. Они имели самоприсвоенную монополию на ИНТЕРПРЕТАЦИЮ. И этой монополии грозит опасность. Она исходит из Новороссии (стремительность воссоединения с Крымом не позволила там обозначиться той же ситуации, а теперь он погружен в технические детали выживания, будучи захлестнутым валом российской бюрократии). И название этого явления — «православное евразийство».

28 июня 2014 в 9:20

Хроника. Впечатления. Эмоции

Кстати, про МГУ. Плюсы Садовничего в том, что не позволил либералам захватить власть. Это чисто реакционно и консервативно, но лучше, чем либералы. Он боролся против ЕГЭ. Он поддерживал естественные факультеты. И именно там все как минимум сохранилось. Гуманитарные науки он считал чисто институциональной бессмыслицей, не обращал на них никакого внимания. Но что важно: именно МГУ может и должен стать центром патриотической консервативной парадигмы в российском образовании. Это наилучшая площадка для возрождения полноценного российского образования с опорой на традиции. Садовничий молодец в том, что не позволил разорить МГУ. Он сохранил все в законсервированном состоянии. Там нет ни малейшего признака духовной или интеллектуальной жизни, но нет и смерти и извращения, которые неизбежно несут с собой либералы (ВШЭ — это злостный русофобский террариум, типа филиала «Эха Москвы»). Как почти везде в зонах реакционного консерватизма. Садовничий скоро уйдет, и его заслуги на самом деле требуют скорее позитивной оценки. Самое важное, что будет после Садовничего. Вот что является предметом следующего этапа борьбы за образование истинной патриотической элиты Новой России. И здесь гуманитарный блок становится ключевым. Все только начинается. Борьба за МГУ — это часть нашей единой борьбы за Русский Мир, за Евразию, за Новороссию. I will be back, I hope… Правда, геополитики почти наверняка знают, что и где, но не знают когда — тайминг процессов не в нашей компетенции. Таковы правила анализа постоянных (вечных) величин, которыми являются Идеи.

28 июня 2014 в 9:51

Збигнев Бжезинский: главное не дать Путину шанса ввести войска!

Начиная с двадцать шестой минуты Збигнев Бжезинский ясно говорит: главная задача Запада (США и стран НАТО) — «предотвратить использование Россией военной силы в Новороссии». Вам ясно, что значит призыв к Путину «не вводить войска»? Вам ясна цена визга «США хотят спровоцировать Путина на введение войск»? Вам ясно, что такое шестая колонна и как она действует изнутри Кремля? Или не ясно? Опять не ясно? После потери СССР и вступления стран Балтии в НАТО? После создания блока ГУАМ? После Евромайдана и атлантистского переворота в Киеве? Снова будете повторять «Нас провоцируют, а мы не поддаемся, закрывая глаза на трупик маленькой убитой нацистами снарядами ни в чем не повинной русской девочки!»?

Вчера на «Лайф ньюс» беседовал с какой-то дамочкой — ведущей, которая построила разговор так: вы призываете убивать представителей хунты, карателей и нацистов, убивающих мирное население Новороссии, и тем самым сами подпадаете под статью. Значит, этого делать не надо. Кроме того, не надо призывать Путина вводить никакие контингенты, чего он сам себе делать запретил. Если их ввести, как в Крыму, не придется никого убивать, они сохранят жизнь людям Русского Мира. Если не вводить миротворцев, то убивающих наших людей сотнями из всех видов вооружения придется убивать самим ополченцам и добровольцам. Дамочка из «Лайф ньюс», точнее, ее кураторы предлагают отказаться и от того и от другого. Не вводить миротворческий контингент, не убивать тех, кто нас убивает, самим. Я предлагаю либо то, либо другое: либо сопротивляться и помогать сопротивлению (убивать врагов самим), либо вводить миротворческий контингент, чтобы самим больше никого не убивать. И за то и за другое меня травят нещадно. Увольняют из МГУ, банят в патриотических пабликах, угрожают и преследуют как только можно. И вот мы видим, наконец, на этой пресс-конференции в Уилсонцентре, как главный теоретик атлантизма, геополитик Збигнев Бжезинский прямым текстом сообщает: «Главная задача Запада (США и стран НАТО) — предотвратить использование Россией военной силы в Новороссии». Когда я говорю о шестой колонне, я имею в виду именно это: исполнение в России, в центре российской власти четких приказов, исходящих из заокеанского центра. Этот центр управлял Россией на 90 % в течение всех 1990-х годов. После прихода Путина влияние этого центра стало неуклонно сокращаться. Сегодня атлантистская агентура существенно ослаблена, в противном случае мы сдали бы ДНР и ЛНР с самого начала и вообще не оказывали бы им никакой поддержки. Но в то же время она чрезвычайно, чудовищно для суверенной страны сильна: она способна торпедировать проект Новороссии и нанести серьезные потери его наиболее последовательным сторонникам. Степень этого могущества шестой колонны можно оценить по этой речи Бжезинского: она строго и подчас эффективно выполняет атлантистские проекты внутри России, делает все возможное и невозможное, лезет из кожи вон, чтобы не допустить СИЛОВОГО ПЕРЕЛОМА в пользу Новороссии и Русского Мира.