ДРАКОНЫ СЕВЕРА - Алексей Фирсов

На охоту в горах я сам ходил с арбалетом. Арбалетная стрела или еще как ее называют — болт, летит почти на 300 шагов. Прицельно можно стрелять и с большой уверенностью попадать шагов со ста. Все зависит от размеров цели и, конечно же, от самого стрелка, его глазомера, твердости рук, опыта.

Соревнование вначале мало интересовало Бернадетту, но потом она прониклась общим азартом и, выбрав из десяти стрелков наиболее ей симпатичного — курчавого парня из роты Макнилла, горячо переживала за его неудачи.

Судьей на этих соревнованиях был, как ни странно, мой королевский коннетабль — Сэмюель Жасс. Около двух тысяч зрителей собрали эти состязания. Кое‑кто даже спорил и делал ставки на стрелков.

Скрипели тетивы. Щелчок — и буря восторга или свист и обидные выкрики промахнувшемуся.

Трое стрелков, получивших самое большое число очков, перешли к последнему состязанию. На высоком шесте, локтей в десять, врытом в землю, закреплено чучело птицы, не больше ладони величиной. Стрелки должны выстрелить по очереди с расстояния пятьдесят шагов и тот, кто собьет птицу, будет объявлен победителем и получит звание «Король стрелков».

Трое стрелков готовились обстоятельно, проверяли натяжение тетивы, оперенье стрелы.

Прозвучала команда.

Стрелки, накинув поясные крюки на тетиву, вставили ноги в стремя и почти одновременно взвели до защелки.

Стальной крюк всегда болтается на поясе арбалетчика в специальном кольце. Когда надо натянуть лук, ложе держат вертикально, повернув желобом к себе и направив стремя вниз.

Арбалетчик ставит ногу в стремя и, зацепив коготь за центр тетивы, распрямляя колено, тянет арбалет вниз, тетива натягивается вверх и закрепляется защелкой. Остается только поднять ложе к плечу, вложить стрелу и, прицелившись, нажать на спуск. Пехота обзывает арбалетчиков «топтунами» — так как во время боя арбалетчик топчет стремя своего оружия без передышки, обеспечивая скорострельность.

Стрелки выстрелили, но ни один не попал в птичку.

Гул разочарования пронесся над толпой зрителей.

— Вот же мазилы! За что ты платишь им деньги, Грегори! — возмущалась Бернадетта.

— Выстрелят еще раз, кто‑то да попадет. В бою человек гораздо более крупная мишень, чем эта птичка.

Стрелок из роты Макалистера со второго захода сбил птичку и стал победителем под одобрительные крики присутствующих. Он и получил из моих рук кошель с 500 талерами.

Примерно лет 35 ,коренастый, чернявый, со шрамом на лбу.

— Как тебя зовут, стрелок?

— Джон Комбер, ваше величество.

Я махнул рукой. Трубачи рядом с трибуной подняли трубы, и переливчивые серебристые звуки разнеслись над полем. После того как трубы затихли, я объявил:

— Джон Комбер объявляется «Королем стрелков» и получает главный приз, а также должность сержанта!

Зрители встретили мое объявление одобрительным ревом.

Я вернулся в палатку, что была разбита рядом с построенным домом. Бернадетта отправилась в свою палатку, видимо, опять сплетничать с Молли и играть на ее лютне. Баронесса легко сошлась с девчонкой-певичкой из Гартунга, и они много времени проводили вместе, к моему облегчению.

Перед ужином я планировал перечитать Военные анналы графа де Вилье, что прихватил с собой из Корнхолла. Свежее издание заинтересовало меня. Мемуары полководцев превратились в мое любимое чтение…

Но мои планы были нарушены. Вошел Говард и доложил о том, что ко мне прибыл посланник из Давингтона. В палатке появился нежданный гость — барон Хэрри Эльсинер.

В черненом полудоспехе, но без поножей и шлема, в красном большом берете с перьями, заколотыми золотой брошью.

Он как всегда элегантно мне поклонился. Я поднялся ему навстречу.

— Приветствую вас!

Он не назвал меня никак, ни «государь», ни «милорд».

— Приветствую вас, мой друг! Вы опоздали, только что закончились состязания стрелков, было довольно забавно!

Мы присели напротив друг друга в походные мягкие кресла.

— Говард, пусть принесут вина! Прошу извинить меня, мой друг, но вина из монастыря Святой Жильберты не имеется!

Лицо барона было напряженным.

— Говорите, Хэрри, я не думаю, что вы просто проезжали мимо и решили заглянуть на огонек к старым знакомым!

— Меня послал король Руперт! Мост заблокирован вашими людьми, и они стреляют в каждого, кто приближается!

— Они выполняют мой приказ, Хэрри!

— Поэтому я переплыл Шелл на баркасе в Давингтон и уже из города прибыл сюда.

Я последний вестник мира, Грегори… Король приказывает тебе, как своему вассалу, отвести войска за Клайв, а захваченные города и замки вернуть их хозяевам. Ты должен отречься от короны Севера….В случае отказа ты будешь лишен графского титула и пожалованных короной земель. Армия короля придет, чтобы наказать тебя и твоих людей за мятеж и беззакония…

Хэрри говорил, но не смотрел мне в лицо. Он боялся меня? Или это королевское поручение было тягостным для него?

— Архиепископ готовит послание об отлучении вас от церкви… Вам лично грозит анафема и интердикт всем вашим землям, включая Корнхолл.

Это было уже серьезно. До анафемы мне не было никакого дела, но интердикт грозил опасными и непредсказуемыми последствиями. На территории, находящейся под интердиктом, не работали храмы, не проводились религиозные праздники, не отправлялись обряды — крещение, отпевание, венчание….

— Хэрри, я не вассал короля Руперта! Ни мой отец, ни я не давали вассальную клятву какому-либо государю или сеньору! Я король севера, Хэрри! Руперт или признает это или погибнет! А указ о графском титуле не имеет никакого смысла — я король по праву рождения! Драконы были повелителями этого мира без всяких грамот и вассальных клятв!

Я — дракон и я беру то, что принадлежало моим предкам!

Хэрри наконец поднял голову и посмотрел в мои глаза.

— Я видел дракона… в ту ночь, когда вы исчезли с королевского приема…

Вы ведь обратились драконом?

— Ты сомневался в этом?

— Да… я сомневался… архиепископ сказал, что это было дьявольское наваждение, морок магия…что человек не может превратиться в огромное крылатое существо…

— А сейчас ты продолжаешь сомневаться? Ты веришь священнику, а не своим глазам?

— У дракона были ваши глаза, Грегори…

— Что с королевой-матерью?

— Она отправилась в замок Иглвуд, по велению его величества.

— Ты видел ее после турнира?

— Нет, королева не появлялась на приемах, и ее отъезд был внезапен.

— Переходите ко мне, Хэрри! В моем королевстве ты сможешь занять достойное место!