Горец _ Чужие _ Чернокнижник (сборник) - Рассел Малкахи

— Пока зверь жив, ты не умрешь, — сказал он уже спокойно. — Это — мое последнеё слово!

— Можно подумать, что раньше тебе никого не приходилось убивать.

— А ну прекрати истерику! — крикнул он.

— Не надо утешать меня, Ил.

— Если он действительно не может тебя убить — у нас появится шанс загнать его в ловушку!

— Хорошо. Так — я согласна, Ил. Но давай договоримся сразу же и твердо. Сначала — он. Потом — я. Сразу же, как только мы прикончим зверя, ты убьешь меня. Обещаешь?

— Да! — ответил Ил с загадочной улыбкой. — Ни каких проблем. Я возьму твою жизнь быстро и без боли.

Уцелевшие начали собираться вместе, постепенно стекаясь к цеху. Рили окончательно уверилась, что свой план Пресвитер составил загодя.

— Давайте действовать — потому что в бездействии, сидя на собственных задницах, вы всё пропадете! А так у нас еще есть возможность спастись, — говорил он.

Смит сразу включился в дискуссию.

— Возможность?! Если мы что и можем еще сделать, так это сидеть и не дергаться до прихода спасателей!

— Никто из нас не застрахован от того, чтобы не стать жратвой. Через четверть часа. Или даже через секунду!

При этих словах всё боязливо сгрудились.

— Поэтому единственный выход у нас — убить гадину! — выкрикнул Ил.

И снова Смит прервал Пресвитера:

— Убить? Уже пытались его убить огнем, и что получилось? Вы как знаете, а я не буду в этом участвовать!

— Да на тебя плевать. У тебя же нет Веры! — сказал Ил. — Ты — не брат, ты не один из нас. Ты работник Компании!

Абрам замер с приоткрытым ртом.

— Да? Ну и что же плохого в том, что я работник Компании. Я, между прочим, вышел в офицерский состав, я командовал вами.

— Да, я тоже намерен сидеть на своей заднице! — не выдержал Гик. — Я намерен именно сидеть на заднице, а не заниматься авантюрами!

— Хорошо! — Ил говорил опасно спокойным голосом. — Валяй, продолжай беречь свою задницу. Ты у нас бессмертен, ты будешь жить вечно, правда?

Гик потупился.

— Ну-ну? — Пресвитер обвел взглядом присутствующих. — Кто согласен с мистером Гиком и мистером Смитом?

всё неловко молчали.

— Ладно… — Ил сплюнул, попав на ботинок Смита. — всё вы бабы. Не женщины, а именно бабы. Женщина — вот! — широким жестом он указал на Рили. — Вот с ней мы и пойдем воевать. Вдвоем! Женщина и мужчина. А вы…

В наступившей тишине раздался голос Квина:

— Эй, ребята, а мы-то что себе думаем? Может, кто-то и впрямь собрался жить вечно? Лично я — нет!

— Я с вами, ребята. Я тоже пойду убивать его!

Взгляд Рили упал на перевязанную голову вскочившего, и она с удивлением поняла, что это Грег.

— И я с вами! — поднялся еще один.

Тогда, как по команде, начали подниматься и всё остальные.

— Черт возьми! — воскликнул кто-то.

— Эх, оружие бы нам! А без оружия — как? Чистое самоубийство!

— И впрямь самоубийство, — осторожно поддержали его со стороны.

— Может лучше действительно подождать, пока прибудут представители Компании с огнеметами, автоматами и прочей фигней? Вот они пусть и убивают его!

Рили осознала, что наступает критический момент:

— всё не так просто, как вы думаете. Они-то как раз вообще не собираются его убивать!

— Не мели ерунды, сестра… — недоверчиво протянул Мор.

— Дело в том, что он им нужен, нужен больше, чем вы. Так что если кого они и убьют, так это именно вас, просто за то, что вы видели его.

— Безумие! — Смит в последний раз попытался переключить внимание на себя.

— Ты ведь тоже нежелательный свидетель! — поправила его Рили. — Или ты рассчитываешь, что их растрогает твой рассказ о жене и ребенке? Кто вы для них? Жалкая кучка арестантов, ищущих свой путь к Богу где-то вдалеке, в анальной дыре Галактики. Для Компании вы никто. Меньше, чем дерьмо, меньше, чем мусор.

Только когда она смолкла, один из слушателей решился подать голос:

— И каков же твой план?

— У нас всё еще сохранился запас олова. Значит, нужно заманить Чужого в ванну, перекрыть вход, утопить в кипящем металле!

— Ну, выглядит всё это хорошо. Но чего ради он туда побежит? Что заманит его в металлоприемник?

— Ты сказал — заманить. Вот именно. А что приманивает? Приманка, — она горько вздохнула.

— Ну и что же будет приманкой.

всё догадались одновременно. А догадавшись, молча переглянулись, скованные ужасом.

Ил выдержал паузу.

— Мы выходим не на верную смерть.

— Слушай, преподобный, — не удержался кто-то. — Вот бежим мы в сторону ванны, он гонится за нами, остальные братья закрывают боковые проходы, чтобы ему было некуда свернуть, — это всё ясно. Но кто его заманит в металлоприемник? Среди нас все-таки есть один смертник, да?

— Это уже не твоя забота, брат, — отвечал Пресвитер — Можешь мне поверить — всё продумано.

— Чтобы приготовить расплав, уйдет не меньше часа. Он за это время не пробьется?

Ил усмехнулся:

— На этот счет можешь не волноваться. Мы установили печь на нагрев уже давно. Задолго до того, как вас уговаривать начали.

Внезапно еще один из сидящих робко поднял руку словно школьник на уроке.

— Так в чем дело, Дус? — спросил Ил.

— У нас будут факелы, но скажи, ты уверен, что факел поможет?

Ответа напряженно ждали все. Дус явно попал в самое больное место.

— Видишь ли, убиенные на поле брани сразу же предстают перед престолом Господа. Так что, кто умрет держа горящий факел в руке, никогда не увидит полыхания адского огня. А это ведь очень возможно, несмотря даже на Веру, если вспомнить, какую жизнь мы прожили

— Будем бороться! — хором подхватили все.

— Нy так поджарим же наконец эту падлу! Преподобный — раздавай факелы!

— А разве можно сейчас передумать?

Рили вздохнула. У неё не было полной уверенности, что каждый участник предстоящих событий правильно запомнил свою роль.

— Заманиваем сюда. Потом — рубильник, приводящий о движение гидравлику. Зверь оказывается в ванне, за ним опускается дверь. Потом кто-то из ребят польет его сверху оловом. Ему конец, — убедительно говорил Ил.

— Ясно, — для Рили этот факт тоже разумелся сам собой. — На меня можешь положиться. Ребята, только вы не подведите, ладно?

— Надеюсь, ты все-таки не ошиблась в том, что он не хочет тебя сожрать, — когда Ил говорил это, на лице его не дрогнул ни единый мускул.

— В конце-концов, я ничего не теряю, — эти слова Рили помимо своей воли произнесла вслух.

Ил скривил уголок рта:

— Сестра, ты опять рвешься умереть красиво.