Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

— Нет, — промямлила Таня. Вопрос уже был не риторический.

— Тогда, что? Я уж и не знаю, что делать.

— Евген Николаич… — вступилась Ленка. — Позаниматься ей надо!

— Семакова, ты сама далеко от нее не ушла. А тебе разрешил остаться, исключительно в поучительных целях.

— Ага! Далеко не ушла, — взвилась Ленка и парировала, — не знаете, что делать? Вот взяли бы и позанимались с девушкой, подтянули ее хотя бы по своему предмету. Слабо, да? Не видите, человек прррападает?

Евгений Николаевич не ожидал такого отпора, часто заморгал, покраснел не находя, что сказать в ответ. Ну и права же эта Семакова, чем давить авторитетом, взял бы сам, засучил рукава и дал бы несколько дополнительных занятий.

— Как ты, это себе представляешь?

— Обыкновенно, Танька возьмёт книжки и придет к Вам домой…

— Неееет! — протянула Таня.

— Почему нет? Вот сегодня и придешь к нему.

— Хорошо, — сказал Евгений Николаевич немного подумав. — Сегодня я вообще-то занят. Вот если бы завтра…

— Ну да, — Ленка почуяв слабинку, распоясалась. — Как оставлять после уроков и ругать, так пожалуйста, как дело до ответственности, завтра. Ага, ага.

— Хорошо, хорошо, пусть приходит сегодня, — раздраженно поставил последнюю точку в перепалке Евгений Николаевич.

Ну что же он такой мягкотелый? Сказал не могу, значит не могу. Он же Даше… Дарье Петровне назначил встречу сегодня в парке. А, чёрт! Ну ладно, пару часов с девчонкой позанимается, успеет. Ну и ладно, что брюки не погладит.

— Приходи, Семакова, ровно в четыре часа. Где живу, знаешь? Возьми учебники за шестой класс, седьмой, восьмой и девятый.

— Да, да, Евген Николаич, она придет в четыре, — радостно выпалила Ленка схватив Таню за рукав выволокла её в из кабинета в коридор.

— Что ты надумала? — прошипела Таня уже в коридоре вырываясь из цепких рук, — мы же на дискотеку сегодня собрались.

— Дура! Какая, в пизду, дискотека, если такой вечер намечается? Ты же сама глазки закатывала. «Ах, Евгений Николаич, Ох, Евгений Николаич. Лапочка» А тут такая удача, домой к нему пойдёшь. Может, что и сотворишь над ним.

— Но… Это было в начале года, сейчас я так не думаю. Козёл, он и рожа противная.

— Правильно, вот и докажи ему это. А вдруг он на тебя полезет? То-то разговоров в школе будет! Сразу его и опустишь. Враг он тебе или как?

Таня немного подумала, взвесила.

— Боюсь я…

— Чего? Если он тебя выебет, так ты, сама, этого хотела. Правда?

— Ну да, хотела, а сейчас боюсь.

— Вперёд, гардемарины! Балахуев где ваш меч?

— Боюсь… Ле, пойдем со мной?

— Ёбнулась? Да? Ты зачем к нему идёшь? А тут я еще припрусь, чтоб малину всю обосрать.

— Пойдём… А, когда подойдёт к делу, ты и свалишь. А?

— Гы… Вот свечку я еще не держала… Ладно. Организую тебе сегодняшний вечер.

Они пришли домой, к Тане, бросили портфели у дивана.

— Господи, — простонала Таня озадачено, — надеть-то, что?

— Хе, хе. Одень парадную, школьную форму, все они, учителя — скрытые педофилы, обожают девочек в школьной форме.

— Да ну, тебя, ехидничаешь… Блузку? Юбку? Ажурные трусики?

— Надевай, что хочешь, только, чтобы было вызывающим.

— А ты, что оденешь?

— Я? Я что ли его, ебать иду?

— Так ведь… Сразу же заметно будет, зачем я пришла…

— И хорошо. Давай быстро, и ко мне зайдёшь, я тоже переоденусь. Подмыться не забудь, горе… И лифчик не одевай.

— Это почему, же?

— Так, у тебя, сиськи классные, стоят, как жеребячий хуй, это мне нужно, у меня не сиськи — вымя…

— Чего ты выдумываешь? Нормальные у тебя сиськи.

— Это я, так, спонту — самокритичная, — Ленка любовно погладила свою грудь.

Лена ушла, а Таню охватила паника. Чай, не к простому мальчишке, с параллельного класса, собирается, к учителю. И что бы она ни говорила раньше, в своё оправдание, всё равно Евгений Николаевич ей нравится, до сих пор. Может быть даже по этому она не может нормально учиться. Когда он ведёт урок, такой красивый, с одухотворенным лицом, глаза сияют знанием и… голос, ровный, чуть с хрипотцой, льётся, льётся, убаюкивает. Наверное, его голос — чистый баритон. Так Ленка сказала. Надо будет в словаре порыться и посмотреть, что значит баритон. Ну не бас же! Как звучит бас она знает. Она слушает голос, но не понимает ни единого слова. Его взгляд. Это отдельная песня. Он смотрит так, так, как никто не смотрит, загадочно, и как бы сквозь тебя, как бы сразу на всех. Глаза… Ооооо. И все же, что надеть?

Она искупалась в ванне, тщательно и придирчиво помыла каждый клочок тела, особенно подмышками, ноги, спину. Времени маловато, уже половина четвёртого, а столько предстоит еще сделать; высушить волосы феном, дезодорантом в нужных точках. Ах! Еще подстричь, кое где волосы, губы накрасить, отполировать ногти. Да… еще она так и не решила с одеждой. Ленка сказала, вызывающе. Это уж слишком! Вызывающе… А вдруг, сразу просечёт и выпрет, лишь они на порог и он скажет, знаете девочки, идите-ка вы, лучше на дискотеку. Неее, поскромнее надо. Одела ажурные трусики, алый лифчик, полупрозрачную блузку и желтую, короткую юбочку, ну ту, что дерматиновая. Сапожки, красные или желтые? Пожалуй красные, как раз под цвет просматривающегося сквозь блузку лифчика. Красный ремень, подчеркнуть хороший вкус. Готово. Да! Ещё надушиться нужно, совсем недавно купила шикарные французские духи, «Аманте» называются, что в переводе означает, «Любовники». Запах — обалдеть! У кого хочешь встанет.

— Куда ты, так нафуфырилась? — спросила ее мать.

— А. Наш классный устроил нам продленку.

— Давно пора.

Она бочком выскользнула на лестничную площадку, стремительно спустилась на второй этаж, там Ленка живёт. Уф. Страшно-то как! Позвонила в дверь.

— А! Нарядилась, — сказала Ленка критически ее осматривая, — сойдёт.

— Что? Не нравится? Я переоденусь сейчас!

— Да, нет, же, классный прикид.

— Так я мигом, пойду поменяю одежду.

— Да, хорошо, же, тебе говорю.

Сама, Ленка одела платье с сиреневыми и малиновыми пятнами в стиле Пикасо. Это платье особенно подчеркивает ее зрелую грудь и шикарную задницу. Ленка знает свои достоинства и умеет их выделить. Вот с такой девушкой особенно хорошо танцевать, положишь руки на талию и ладони инстинктивно сползают ниже, ощутить замечательное, упругое тело, пальцы сжимаются, чтобы удостовериться не сон ли это… И короткое платье выставляло напоказ всю эту прелесть, ну вот, как цветок тюльпана бесстыдно демонстрирует свой пестик. Точеные ноги облаченные в тугой капрон чулок, абсолютное совершенство облаченное в лепестки тюльпана.