"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович

Самобранка развернулась, но вместо еды на ней забился десяток мелких живых рыбешек.

— Ты что это, милая, своевольничаешь? — укоризненно посмотрел на нее Добрыня.

— Да другого что-то нет вокруг ничего… Одна сплошная муть. Рыбку вам из-под корабля выловила, и на том спасибо скажите.

— Как это ничего вокруг нет? — удивленно уставился на нее Змей. — А раньше ты где брала?.. Во-он там, на севере, должен быть берег. А на берегу Мореград. Наверняка люди еду готовят…

— Может и готовят. Только мне ничего не видать. Словно метель какая вокруг… Уж не околдовал ли нас какой злодей? — заволновалась Самобранка.

Рыцари и богатыри затравленно переглянулись.

— Ох, лучше сидел бы я у Филиппа Егорыча в башне, — вздохнул Баюн. — И что меня потянуло на приключения? Сырой рыбы, что ли, я не едал?..

— Точно! Филипп Егорыч! Это, наверное, его Хренератор чудит! — всплеснул руками Добрыня. — Говорил он мне, да я забыл совсем. Как завертится машинка, как закрутится, вокруг нас встает пурга непроглядная. Непроглядная, да непролазная. От чужого колдовства закрывает нас. Так и нашей Самобранке, видно, ходу нет. Чтоб могла она добыть нам пропитание, надо нам Хренератор этот выключить.

Добрыня быстро вскарабкался на мачту и, добравшись почти до самого верха, шепнул под лопасти машинки:

— Ветер, молчи.

— Вот! Это же совсем другое дело! — радостно прокряхтела Самобранка. Живые рыбки с нее тут же исчезли и на скатерти появились краюха хлеба, соленая рыба, свиной окорок, солидная корчага с пивом и бутылка рома.

Товарищи подкрепились кто окороком, кто рыбой. Пиво радостно выпили рыцари с богатырями. А вот ром вызвал у них подозрение. Персиваль, хлебнув немного из горла, закашлялся и замотал головой. На глазах его выступили слезы.

— Не пейте эту гадость. Отрава какая-то. Глотку жжет, и внутри все огнем горит. Может, мне живой водицы хлебнуть, а то помру ведь?

— Тут же на бутылке написано: «Ром», — Горыныч взял бутыль в руки и понюхал. — Это такой напиток, крепкий очень. Я, правда, ни разу не пил еще, но, помню, где-то слышал. Ну-ка… — отхлебнув немного, Змей расплылся в радостной улыбке. — Помните, перцовую настойку из Карасиков? — рыцари стыдливо переглянулись, а богатыри улыбаясь, закивали. — Так вот, этот ром еще крепче.

Ивейн, взяв бутыль в руки, попробовал ром на язык и поморщился:

— Это не питье, это мазь от ран. Мне Мерлин такой штукой рану лечил. И говорил еще, что пить ее нельзя, а то ум за разум зайдет.

— Самобранка нам еды добыла, правильно? — Илья взял бутыль в руки и принюхался. — Ну, а Мерлина в глаза я не видывал, — Муромец приложился к бутылке и, отхлебнув, довольно крякнул. Сощурился и потряс головой. — Злой яд. Сильно крепче зелена вина.

Добрыня с Алешей тут же потянулись к бутыли, но Илья погрозил им пальцем и отдал бутыль Горынычу:

— Вам, друзья, сейчас такого пить не надобно, — богатырь прислушался к себе и икнул. — Да и мне пока глоточка достаточно.

— Ну, если никто больше не хочет… — Горыныч хорошенько приложился к бутылке рома. Поставив ее, довольно выдохнул. Запахло, почему-то паленым.

«Ты бы пил поменьше, Змеюшка» — мысленно обратилась к нему Алена.

«Да я не пьянею с него, в отличие от вас, людей. А перцовочка у меня кончилась. Так что буду пока этим ромом боеспособность поддерживать» — и Горыныч еще раз с удовольствием отхлебнул из бутылки.

Плотно поужинав, друзья решили, что настало самое время пообщаться с Черномором. Добрыня достал из сумки медное блюдо и уже собрался, было постучать в него, но тут Горыныч поймал его за руку.

— Не спеши… За нами, кажется, следит один наш знакомый.

Змей «приветливо» улыбнулся в пространство:

— Ну, здравствуй, Филипп Егорыч. Как там у вас, в Мореграде дела?.. Да вижу я. Все вижу… Нет, не надо… У нас?.. У нас все в порядке. Плывем вот… А Мордреда что, не поймали? Ловите-ловите, а то он еще натворит вам дел… Обязательно передам… От Баюна тебе привет. Только сейчас вспоминал тебя добрым словом… Ну все, счастливо! — Горыныч помахал ручкой пространству перед собой, кивнул и стер с лица приветливую улыбку.

— Все? Больше не смотрит? — поинтересовался у Змея Добрыня, занося руку, чтобы постучать по медному блюду.

— Не смотрит и не посмотрит, пока я сам ему не позволю… И ведь хороший, вроде, человек, но до того любопытный… — Горыныч утомленно вздохнул. — Вот ведь, рассказали ему про меня, не подумали…

— О чем рассказали? — живо заинтересовался Персиваль.

— И ты туда же? — Змей посмотрел на рыцаря и криво ухмыльнулся. — Ох уж эти мне любопытные… Давай, Добрыня, стучи. Сейчас еще одному любопытному будем докладываться.

Выслушав отчет Ильи Муромца о похищении летучего корабля, Черномор укоризненно покачал головой:

— Ох, нарвешься ты, Илья, когда-нибудь. Я же говорил тебе — ничего не трогай, возьми только летучий корабль. А ты и заложников всех из каземата выпустил, и корабли все из пиратской гавани… — Черномор тяжело вздохнул. — Фэн тебе никогда этого не простит.

— Ну а пусть он нападет на меня теперь, — глаза Ильи гневно сверкнули. — Ишь ты, моду взял, на море пиратствовать, да держать в плену годами заложников. Я его повадки все повыучил. Пусть теперь передо мной появится. Я ж его поймаю, да в бараний рог согну!

— Вы не горячитесь понапрасну, — покачал головой Черномор. — Сейчас держите курс все время на запад. А скорость турбины поставьте самую большую. Там красненький вентиль есть. Так его покрутите по солнышку, до упора…

— Да знаем уже, — махнул рукой Алеша. — Подкрутили…

— Как? Кто научил? — всполошился волшебник.

— Неважно, — отрезал Горыныч. — Ты давай, рассказывай, куда нам дальше плыть?

— Так я и рассказываю… Если все время держаться далеко от берега, но не терять его из виду, то можно не опасаться — ни во что не врежетесь… Сперва к югу от вас будут Змеиные острова. Туда соваться не надо. Места опасные. Скалы, туман… Не дай Род еще утопите там кораблик. Потом будет большой, выдающийся в море мыс. Потом вдоль берега пойдут горы, потом равнины… А потом прямо по курсу появятся острова. За островами уже будет большая земля, а в ней бухта. У этой бухты стоит Равен-Порт. Большой город. Это уже царство Ворона Вороновича. Самому Ворону и его прислужникам лучше на глаза не попадаться. Оставьте кораблик где-нибудь в укромном месте, или сдайте кому на хранение. Дальше морского пути все равно нет. От Равен-Порта пойдете дальше на запад. Там по дороге Золотое царство. Оно небольшое. Правит там любимая дочь Ворона Вороновича. Ей тоже на глаза не лезьте… Ну, а оттуда вам прямая дорога на северо-запад, к Соленому Озеру… — друзьям показалось, что за спиной у Черномора появился какой-то человек. Он нетерпеливо кашлянул. Волшебник, оглянувшись, нервно дернул куцей бородкой и поспешил завершить инструктаж. — Ну, некогда мне. Вы хоть до Равен-Порта сперва доберитесь. А остальное потом…

Как только изображение Черномора в блюде пропало, Добрыня полез на мачту, чтобы завести генератор помех.

— А то что-то не по себе мне немного, — пробурчал он, спускаясь. — И Филипп за нами подглядывает, и Фэн ищет, наверное.

— Эх, мне бы врагов, хоть сотню, но нормальных, а не колдунов, — вздохнул Гавейн и почесал грудь в том месте, где она была разрублена черным мечом Мордреда.

— А мне бы на зе-емлю, — простонал Баюн. — Сколько можно? Качается и качается, — он с ненавистью посмотрел на поскрипывающую палубу. — Никогда не думал, что морское путешествие такая отвратительная штука… Ну ничего. У меня в Равен-Порте один знакомый кот есть, — он мечтательно сощурился. — Живет на ферме у местной ведьмы… Молочка там попью, сметанки поем. А то с вашим походом и отощать недолго.

— Да ты ж ничего не делаешь! И в походе всего только день. А жрешь вон, за двух рыцарей, — хохотнул Ивейн, глянув на кота. — И куда столько лезет, не знаю…

— А нервы?! — взвизгнул кот и поежился. — Я, кажется, за этот час так похудел, что меня того и гляди унесет ветром в море.