Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

– Хвойное какое-то, – ответила я. – Нижние ветки чуть не до земли, шалашом, густые такие лапы. И иголки в мой палец длиной. Что вы на меня так уставились?

– То ж хват-дерево! – выпалил мужчина.

– И что? – не поняла я причины его удивления.

– Так оно ж хищное! – пояснил он и явно вознамерился отъехать от меня подальше. – Оно, говорят, и днем поймать может, а уж ночью… бывало, находили таких… неудачливых!

– Значит, я удачливая, – пожала я плечами и чуть придержала лошадь, чтобы отстать от наших провожатых. Лауринь, заметив мой маневр, тоже натянул поводья.

На всякий случай я накинула на нас простенькое заклинание – теперь наши провожатые не могли нас услышать, да и не замечали, что мы поотстали.

– Госпожа Нарен, что на самом деле случилось? – негромко спросил Лауринь. – Вы ведь не могли заблудиться, я же знаю…

Я в двух словах обрисовала лейтенанту ситуацию, особенно заострив внимание на том, что происходило со мной ночью. Пришедшая мне тогда в голову идея уже не казалась столь фантастичной, как поначалу.

– Вы думаете, Лес тут ни при чем? – спросил Лауринь, выслушав меня.

– Я полагаю, этот Лес – создание, вовсе не враждебное людям, – ответила я. – Как бы это попроще изложить… Вам трудно будет понять, Лауринь, вы не маг. Но поверьте мне на слово, магия этого места очень странная, я никогда прежде не сталкивалась с такой, но она определенно не направлена на то, чтобы причинять вред людям.

– А как же те, кого Лес убивал? – не понял Лауринь. – Какой он после этого не враждебный?..

– Лес их не убивал, – покачала я головой и покосилась на лейтенанта. Выглядел он в точности как ребенок, которому рассказывают страшную сказку: и интересно ему узнать, чем дело кончится, и жутко – вдруг хорошего окончания у истории не будет! – Но они были чужаками, и Лес просто их не защитил.

– Вы хотите сказать… – Лейтенант аж рот приоткрыл от изумления. Золотистые искорки в глазах у него разгорались все ярче, похоже, Лауринь не на шутку увлекся. – Вы хотите сказать, что Лес защищает тех, кто здесь живет, от… Но от кого?

– Это-то мне и хотелось бы узнать, – вздохнула я. – Есть здесь что-то еще, гадость какая-то, и, полагаю, связано это как раз с тем древним храмом. Так или иначе, но Лес хранит людей от этой дряни. Тех, что здесь родились, и тех, кого ему представили как своих. Или тех, кто сам догадается попросить защиты.

– А если бы вы не догадались… – Лейтенант не закончил фразы.

– Думаю, меня бы сожрали, – вздохнула я. – Так просто я бы не далась, конечно, но кто знает, что за мерзость тут обитает? Вполне вероятно, что она и боевому магу не по зубам… Ладно, Лауринь, а как ваши успехи? Нашли нашу вышивальщицу?

Вышивальщицу Лауринь нашел, затем и сунулся ко мне – доложить об этом, меня не нашел и поднял тревогу, как я и предполагала. Итак, это оказалась одна из старших над служанками, женщина суровая, пользующаяся большим уважением у слуг. Или, вернее сказать, не уважением даже: просто ее побаивались, говорили, что она сглазить может, а то и специально кого-то «испортить», а потому предпочитали с ней не связываться попусту. Положим, таких глазливых теток в каждой деревне по десятку наберется, но уж больно все одно к одному сходилось. Прежде эта женщина служила в няньках у благородной девицы, которую звали – вот так совпадение! – Олорой, и, говорят, очень ее любила. Девица благополучно выросла, надобность в няньке отпала, в горничные взяли молодую девушку, а пожилая женщина отправилась присматривать за служанками. Тем не менее, как слышал Лауринь, Олора старую няньку не забывала, то и дело звала ее к себе пошушукаться о чем-то и щедро оделяла подарками.

– Хорошо, Лауринь, – одобрила я. – Не так уж мало, на мой взгляд, да еще для неумехи вроде вас.

От моей сомнительной похвалы лейтенант пошел алыми пятнами, но промолчал.

– Вас там насмерть не закормили? – поинтересовалась я. – Вы, должно быть, весь день на кухне просидели, уж больно много вам выболтали…

Лейтенант покраснел еще гуще, очевидно, я угадала.

– Вот что, – сказала я. – В Замок мы возвращаться через ворота не будем. Пускай наши провожатые едут себе спокойно домой, скажут, что меня не нашли, а вы возвращаться отказались, решили меня искать.

– Думаете, поверят? – осторожно спросил Лауринь.

– А почему нет? – пожала я плечами. – Поверили же, что я в Лесу заблудилась. А вы, Лауринь, с головой не дружите, это по вам сразу видно, так что никто и не удивится, ручаюсь.

– А они не проболтаются? – Лауринь кивнул на провожатых, пропустив мимо ушей мою характеристику.

– Лауринь, я маг все-таки, – усмехнулась я. – Они и не вспомнят, что меня видели. Лошадь только им вернуть придется, ну да ничего, тут уже недалеко, пешком дойдем.

– Вы хотите вернуться через подземный ход? – угадал Лауринь.

– В точку, – сказала я и не выдержала: – Лауринь, да оставьте вы в покое повод! Кто вас верхом ездить учил?

Лауринь снова вспыхнул, но промолчал и перестал теребить поводья. Неудивительно, что его жеребчик такой нервный, я бы на его месте тоже бесилась. Впрочем, так большинство военных ездят, им главное, чтобы лошадь слушалась, а что она при этом ощущает, их не волнует.

– Так-то лучше, – сказала я. – Лауринь, я вас очень прошу, не мучайте лошадь. Если не умеете ездить верхом, возьмите пару уроков, это недорого. Усвоили?

Лауринь неопределенно мотнул головой, очевидно, мои замечания были ему не по нраву, но мне, если честно, было наплевать. Если уж он ко мне приставлен, то придется ему выучиться обращаться с лошадьми прилично, а не как обычный солдафон. Впрочем, этим вопросом мы займемся попозже, а пока следовало решить, каким путем возвращаться в замок.

Идти через тот ход, что показала мне Олора, не хотелось. Прежде всего, до него было далековато, затем мне почему-то казалось, что войти в замок этим путем не так просто, как выйти, а своему чутью я привыкла доверять. Ход под основанием восточной стены меня тоже не устраивал; я уже говорила, со стен прекрасно видно, что делается внизу, а от случайного наблюдателя заклинание не спасет. Ну а возвращаться тем лазом, что выводит в конюшню, вовсе никакого резона не было, если только я не хотела отводить глаза паре десятков человек. А я не хотела. Оставался тот ход, что считался заваленным. Где он начинается, я знала, Фейна мне рассказал, а вывести он должен был на