Месть Ронана. Амулет - Джеймс Бибби

Инспектор следственного отдела Трасса проникся к Миалу неприязнью с первой минуты, как только они поздоровались за руку.

Принц стиснул пальцы полицейского с такой силой, что у последнего хрустнули суставы. Подобное рукопожатие выдавало в нем человека, желающего доказать свое физическое и моральное превосходство. Его холодность, недоброжелательность, высокомерная манера держаться и привычка взирать на всех свысока, словно перед ним не люди, а более примитивная форма жизни, дополняли портрет. С такой характеристикой он едва ли мог рассчитывать на победу в конкурсе «Самый популярный представитель аристократии».

Миал встретил Трассу в неприлично роскошных апартаментах, предоставленных в его распоряжение и расположенных в одной из самых высоких башен дворца. На беседу с сыщиком он отвел несколько минут.

После обмена дружескими рукопожатиями он уселся в мягкое кресло, обитое пурпурным бархатом, по одну сторону от которого находился советник, по другую — капитан личной охраны. Другие стулья в помещении отсутствовали, так что Трассе пришлось стоять.

Сначала инспектор задавал вопросы в тактичной и уважительной форме. Миал давал бесстрастные, но учтивые ответы. Говорил он коротко и сжато. Речь шла о Макоби и Де Венчасе. Но маска благовидности продержалась недолго.

Чутье подсказывало Трассе, что Макоби каким-то образом причастна к убийству полковника. Более того, он считал ее чуть ли не главным действующим лицом. После того, как Миал подтвердил намерение жениться на принцессе, уверенность инспектора в своей правоте значительно выросла, поскольку нашлось объяснение поведению девушки. Принцесса обладала прямолинейным и решительным характером. Если полковник Де Венчас представлял угрозу для ее будущего мужа, то, по мнению Трассы, она могла взять на себя функцию правосудия.

По мере того как подозрения инспектора получали подтверждение, его вопросы делались жестче и откровеннее. В конце концов Миал не выдержал и, вскочив с места, непроизвольно схватился за рукоятку меча.

— Вы что, обвиняете меня в причастности к убийству? — рявкнул он.

— Нет, сэр, — ответил Трасса спокойно. На самом деле интонация, с которой он произнес «нет», на языке полицейских означала прямо противоположное. — Мы просто хотим исключить вас из объектов будущих допросов.

Глаза Миала продолжали метать молнии, хотя меч по-прежнему надежно сидел в ножнах.

— Это вас нужно исключить, — начал он, но тут советник проворно наклонился к своему господину и горячо зашептал что-то на ухо.

Миал сразу как-то сник, и от его спеси не осталось и следа.

— Допрос окончен, — объявил он. — Со мной так не разговаривают. Будьте уверены — ваша наглость не останется без внимания. О последствиях узнаете позже.

— Очень хорошо, сэр, — ответил Трасса. — Я сожалею, что моя работа вынуждает меня задавать вопросы, которые могут показаться дерзкими, и приношу извинения, если нечаянно нанес вам обиду.

Он низко поклонился и, не разгибаясь, как того требовал строгий протокол, попятился к двери, внутренне довольный собственной вежливостью.

Бросив на Миала исподлобья взгляд, Трасса заметил, что такое проявление уважения произвело на принца соответствующее впечатление. Черты его лица смягчились.

— Не будете ли так любезны держать меня в курсе ваших перемещений… — добавил он и, повернувшись, вышел из комнаты, прежде чем Миал успел отреагировать.

За дверью инспектора ждал охранник, который провожал его до покоев принца. Часовой жестом пригласил Трассу следовать за ним вниз по винтовой лестнице, по которой они пришли ранее. Гулкий звук их шагов эхом разносился под сводами темного лестничного пролета.

Этот Миал чересчур нервничает, подумал он. Боюсь, он что-то скрывает.

На следующем этаже их встретил молодой капитан королевской гвардии. Стражник, сопровождавший Трассу, отсалютовал ему. Капитан, ответив коротким приветствием, остановил взгляд на инспекторе. Судя по всему, он хотел что-то сказать. Это был красивый молодой человек с непослушной копной каштановых волос и улыбчивым лицом. Однако, несмотря на внешнее спокойствие капитана, детектив понял, что того что-то тревожит.

— Инспектор Трасса из следственного отдела? — спросил он.

Трасса кивнул.

— Меня зовут Сараккан, — представился офицер. — Можно с вами переговорить? С глазу на глаз?

Охранник тотчас козырнул и заспешил вниз по лестнице, оставив мужчин одних.

— Мне сказали, что вы расследуете дело об убийстве полковника Де Венчаса и что вы подозреваете Макоби в причастности, — начал капитан без предисловия.

— Мы просто хотим установить…

— Она здесь ни при чем! — взорвался Сараккан. — Могу вас заверить! Я слишком хорошо ее знаю. Уверен, она никого не может убить!..

— Господин Сараккан, ее никто не обвиняет в убийстве. Однако убийство имело место, и госпожа Макоби не проявляет доброй воли в общении с нами. Более того, она…

— Она очень боится! Я видел ее вчера в городе. Она прячется от чего-то или от кого-то. Макоби считает, что ее брат Марден тоже был убит и что его убийца теперь охотится за ней. Инспектор, она перепугана насмерть!

Жаркая волна возбуждения обдала Трассу с ног до головы. Неужели господин Марден мертв? Неужели это правда? Он знал, что Марден вместе с армией отправился на войну с орками. Никаких официальных сообщений о погибших пока не поступало. Но если он все же мертв, было ли это убийство? Два убитых военачальника — не слишком ли много для простого совпадения?.. Наверняка эти преступления связаны между собой.

Инспектор опрометчиво прислонился к стене. Она оказалась холоднее и сырее, чем выглядела. Недовольно буркнув, он снова выпрямился и смахнул с рукава влажную зеленую плесень.

— По моим сведениям, принцесса Макоби исчезла два дня назад, — заметил он. — А вы утверждаете, что видели ее вчера.

Сараккан в смущении отвел взгляд.

Хм, а ведь что-то между ними такое есть, смекнул инспектор. Похоже, девушка благоволит к нему, и теперь молодчик ходит сам не свой…

— Я же вам сказал, что очень хорошо ее знаю, — повторил Сараккан. — Когда Макоби исчезла, я подумал, что знаю, где ее искать, и оказался прав. Я нашел ее в таверне возле старого рынка. Но принцесса имела вид насмерть перепуганного человека. Мы немного поговорили, а потом она… исчезла.

— Но какого клатта понадобилось принцессе искать укрытия в какой-то вшивой дыре, когда она могла спокойно жить у себя во дворце в окружении королевской гвардии?

Сараккан уставился на инспектора в недоумении.