Вельяминовы. Начало пути. Книга 3 - Нелли Шульман

Поднявшись наверх, она постучала в опочивальню к внуку, и, сказала:

— Там в столовой Ньюпорт, расспросите его о Джеймстауне и окрестностях. Я хочу знать все, до последней мелочи. Потом возьмите Грегори и везите его в Дептфорд, извинитесь перед Мартой, что я не смогла приехать. Юджиния, помоги ей там по хозяйству, а миссис Стэнли передайте, что я к ней зайду на неделе. Все.

Дэниел высунул растрепанную, русую голову из двери, и спросил: «Что случилось, бабушка?».

— Многое, — коротко ответила Марфа и, спустившись по лестнице, зашла в большой, отделанный резными дубовыми панелями, кабинет адмирала.

— Приведи Виллема, — велела она брату, и, посмотрев на лицо Джованни, порывшись в шкатулке черного дерева, протянула ему коробочку слоновой кости. «Помажь виски, ну, да ты знаешь, это китайское, Виллем привез. Ты как смерть, бледный».

— Дай мне письмо, — приказал Джованни. «Чья рука?».

— Мэри моей, — вздохнула Марфа, быстро просматривая списки колонистов. «А вот эта рука нам тоже известна, — она перебросила бумаги Джованни.

— И Мэри твоей тут нет, — коротко заметил ди Амальфи. «Ну да что еще было ожидать».

Марфа взглянула на мужа, что открыл дверь, и сказала: «А теперь все садитесь, я буду читать».

— Милая, дорогая мамочка, — начала она, и вдруг вспомнила, как двойняшки, сидя на постели умирающего отца, рассказывали ему сказки. Она тогда бросила взгляд на темную и белокурую головы, и, услышав звонкие, детские голоса, прикусила зубами край платка, скрывая рыдание.

— Дай я, — тихо сказал Матвей.

Марфа мгновение помолчала и продолжила.

— А вон и дети возвращаются, — подумала она, закончив, услышав топот в передней. «Ну, ничего, там мистрис Доусон, поможет Мияко».

Джованни сцепил пальцы и посмотрел на Виллема. Тот кивнул головой. Матвей, вздохнув, поджав губы, — сделал то же самое.

— Даже и не думайте, — жестко велела женщина. «У вас всех дети. На кого ты Марию оставил? — спросила она у брата.

Матвей сдунул невидимую пылинку с рукава изящного камзола орехового бархата, и, чуть покраснев, что-то неразборчиво пробормотал.

— А если зять наш? — Виллем вопросительно посмотрел на жену.

— У него сыну семь лет, — Марфа покрутила на пальце кольцо с бриллиантом.

— И он работает, Джон его просто не отпустит, сейчас король Генрих заинтересовался торговлей с востоком, посылает миссию в Тунис, Майкл тоже туда едет. Ходят слухи, кстати, что французы будут создавать такую же компанию, как наша и та, что в Амстердаме. Ладно, — она вздохнула и чуть дернула щекой, — придется самой.

— Еще чего не хватало, — резко ответил Матвей. «Что ты одна там сделаешь?»

— Приставлю пистолет к затылку этого мерзавца и нажму на курок, — спокойно ответила ему сестра. «Сэр Стивен, упокой Господь его душу, сделал бы то же самое, и не задумываясь».

— Это верно, — чему-то усмехнувшись, заметил Джованни. «Вот только Мэтью прав, — он поднялся, — тебе туда ехать не стоит. Поеду я, «Сьюзан Констант» же идет в обратный рейс?

Вот с ней и отправлюсь.

— Этот подонок своим доносом убил мою дочь, — глухо сказал Виллем. «Если кому уже и ехать, так мне».

— Кто куда едет? — раздался непонимающий голос с порога, и Питер Кроу, оглядев кабинет, спросил: «Что случилось? Я обедать хотел, а там, в столовой, Дэниел и Юджиния с кем-то разговаривают».

— Это капитан Ньюпорт, из Нового Света, — Марфа посмотрела на сына, и, как всегда, подумала: «Господи, ну ведь Петя же покойный — одно лицо. И одевается так же — вроде и скромно, а приглядишься — и глаз не отвести».

— Ты садись, — велел адмирал пасынку. «Мэри и Полли нашлись, там, — он махнул рукой за окно, — в Новом Свете. В Джеймстауне. Помнишь, к тебе приходил кузен Николас, ну, давно еще, когда мы с матушкой и Уильямом были в Нижних Землях? Ты еще документы покойного сэра Стивена ему отдал».

— Ну да, — непонимающе сказал Питер, опершись на спинку кресла, обводя кабинет лазоревыми глазами. «Это ведь был кузен Ник, он и расписку оставил. А что было в тех документах?».

Марфа взглянула на красивое лицо сына и, на мгновение, закрыв глаза, сказала:

— Полли вам не сестра. Ну, то есть сестра, конечно, — она чуть улыбнулась, — но не по крови.

Она — дочь Джованни и покойной леди Мэри. Мы ее воспитали. Так получилось, — зачем-то добавила женщина.

— А приходил к тебе Майкл, он просто выдал себя за Николаса. Читай, — Марфа протянула сыну письмо. «Это от Мэри».

Питер пробежал глазами изящные строки, и, вернул конверт: «Пойду, спрошу капитана Ньюпорта, когда «Сьюзен Констант» отправляется обратно. И вызову гонцом наших стряпчих, надо составить и подписать доверенности на ваше имя, матушка».

— Питер! — попыталась сказать мать.

— Я так решил, — спокойно ответил мужчина.

— Я сделал ошибку, я ее исправлю. Все, обсуждать тут больше нечего. Я попрошу мистрис Доусон, чтобы накрывала на стол, — он осторожно закрыл за собой высокую, тяжелую дверь, и Марфа, спрятав лицо в ладонях, тихо проговорила: «Господи, он ведь даже в Кале никогда не был, ну, с тех пор, как мы с Москвы вернулись».

— Ну, вот и побывает, — адмирал открыл бутылку вина, и разлил ее по бокалам. «Фехтует он хорошо, я сам его учил, стреляет тоже — все будет в порядке».

— Виллем! — женщина взглянула на мужа и замолчала, отвернувшись.

Джованни встал, и, подойдя к окну, смотря на золотые, рыжие деревья во дворе усадьбы, вздохнул: «Это ведь сын Пьетро, Марта. А ты сама знаешь — твой муж никогда и ничего не боялся. Так же и мальчик».

Матвей взял руку сестры, и, пожав ее, шепнул: «Правда, и батюшка наш так бы поступил».

Марфа перекрестилась и, муж, передав ей бокал, прикоснувшись губами к ее лбу, шепнул:

«Все будет хорошо, любовь моя, он привезет девочек домой».

В опочивальне горели свечи, и Дэниел, посмотрев на широкую, темную Темзу, поцеловав жену куда-то за ухо, рассмеялся: «Я уж и забыл, какие они — младенцы. Тео два годика, пора нам нового заводить, как у сестры моей».

— Или новую, — поддразнила его Юджиния. Она сидела на бархатной кушетке, расчесывая белокурые, падающие ниже пояса волосы. Дэниел приоткрыл дверь в соседнюю комнату, — дочка спокойно спала на своей кровати, прижавшись щекой к тряпичной кукле. Он шепнул:

«Сладких снов, девочка моя, — и, улыбнувшись, встав на колени, обнял жену.

— Новую тоже хорошо, — согласился Дэниел, целуя нежные, розовые губы. «Вот я вернусь, — и займемся этим».

Юджиния застыла, и тихо сказала: «Дэниел!».

— Я должен, — вздохнул мужчина. «Питер никогда не ходил в море, никогда не был в Новом Свете, — я должен, милая моя».