Ворон. Подлинная история лорда Северуса Тобиаса Снейп-Принц - Алексей Иванов

— Тогда я жду свой пропуск…

Не прошло и двух часов, как Рита Скитер покинула гостеприимное здание Министерства магии с адресом и именем столь необходимого ей свидетеля юных лет Дамблдора

— Проходите, милочка, присаживайтесь. Не хотите чаю? — похоже, что Батильда Бэгшот была искренне рада приходу гостьи.

Старая волшебница, автор множества трудов по истории магического мира, жила затворницей в Годриковой впадине. Эта поселение издревле стало домом для многих чистокровных родов лишившихся родовых мэноров. Вместе им было проще защищаться от назойливого внимания своих более успешных врагов. Часто в Годриковой впадине бок обок жили представители враждовавших некогда родов. А порой и не просто жили, но и дружили.

— О вы столь любезны, — расцвела в фальшивой улыбке Рита. — Сидите, сидите, я вам помогу.

Не дожидаясь пока Батильда Бэгшот встанет со своего места и не слушая ее робких возражений, Рита Скитер быстро проследовала на кухню старухи. Собрав на поднос все для чаепития, она вылила в одну из чашек содержимое небольшого флакончика, с которым никогда не расставалась.

Вернувшись в комнату, Рита Скитер ловко поставила чашку с чаем (естественно приправленным зельем) перед старой волшебницей. Развлекая старуху ничего не значащими разговорами, журналистка дождалась, когда та уполовинит содержимое своей чайной чашки, и только тогда перешла к цели своего визита.

— Вы не против, если я буду использовать Прытко пишущие перо? — спросила она. Хотя мнение старой волшебницы по этому вопросу, как и мнение любого другого, ее интересовало мало. — Расскажите мне об Альбусе Дамблдоре? В молодости его семья жила неподалеку от вас.

— Ах, об Альби! Вы от него? — на губах старухи появилась добрая улыбка, словно она вспоминала что-то хорошее. — Попеняйте ему, что он давно меня не навещал.

— Обязательно передам, — заверила Рита с самым честнейшим выражением лица, и старуху полностью утроил ее ответ. — Поговорим о его семье.

— О семье? Кендре, Аберфорте и Ариане?

Первые два имени принадлежали матери и брату Дамблдора, а вот последнее Рите было совершенно незнакомо.

— Ариана? — уточнила она.

— Такая милая девочка… жаль, что она была сквибом.

— Кто такая Ариана? — Рита Скитер навострила уши, словно волк учуявший добычу.

— Сестра Альби и Абера… она была сквибом… училась хорошо.

— Подождите, какая учеба, если она была сквибом? — Риту Скитер сложно было сбить со следа.

— Милая была девочка, — проигнорировала вопрос Риты старуха. — Как же ей не повезло, а все этот дружок… Альби… всегда был слишком горяч. Никогда не одобряла эту дружбу.

— Дружок? — в бессвязных словах старухи было сложно что-то понять. Но при добывании нужных сведений, Рита проявляла просто невероятное терпение.

— Гренделвад, — пояснила старуха.

— Может быть Гриндевальд, — осторожно поправила ее Рита. В тайне журналистка ликовала. Альбус Дамблдор и Геллерт Гриндевальд были друзьями! Да только ради этой информации стоило тащиться в эту дыру! Нет, о том, что они были знакомы, было известно давно. В официальной биографии великого светлого волшебника данный факт не отрицался… ему в ней было отведено ровно две строчки. Но друзья! Ариана была тут же забыта, нашлась добыча и покрупней.

— Я так и сказала, — Батильда Бэгшот с удивлением посмотрела на Риту. — Милочка вы плохо слышите?

«Кто бы говорил, старая, полоумная карга» — подумала Рита и в очередной раз мило улыбнулась старушке.

— Что вы можете рассказать о дружбе Дамблдора и Гриндевальда?

— Никогда не одобряла эту дружбу, — вторично произнесла Батильда Бэгшот, осуждающе покачав головой. — Альби был таким милым мальчиком и до встречи с Геллертом занимался только светлой магией… только светлой… только светлой, — закрыв глаза, словно в трансе, трижды произнесла она. — Кендра пригласила его на свою беду. Древний род, говорила она, хорошая партия. Пока все не зашло слишком далеко. Ах, Геллерт! Я помню его. Красивый был мальчик. Настоящий аристократ, вежливый, обходительный. Манеры, воспитание — все при нем… чудовище… в него сложно было не влюбиться. Вот она и влюбилась.

— Кто она? — с интересом поинтересовалась Рита, отпивая чай.

— Альби и Арина, — последовал ответ. Рита Скитер подавилась чаем, а старуха продолжила как ни в чем не бывало: — Они были так близки. Альби… красавчик Геллерт… так ее любил. Кендре не нравилось это, она была против… красавчик и сердцеед Геллерт… пока не зашло слишком далеко, говорила она… слишком далеко не зашло… Альби был разозлен… Арина ему понравилась… кто бы перед ней устоял, никто и он тоже… все было оговорено и назначена дата…

— Как интересно, — вежливо покивала Рита, хотя в бессвязный бред старухи почти не вслушивалась, только поглядывала, что там строчит Прытко пишущие перо. — Вы не знаете, что послужила причиной разрыва Альбуса Дамблдора и Геллерта Гриндевальда?

— Это произошло после гибели Кендры, — речь старухи вновь приобрела ясность. — Такая трагедия! Они с Альби только помирились. А потом этот несчастный случай — заклятие неправильно сработало. Бедняжка Кедра, то, что от нее осталось, пришлось хоронить в закрытом гробу.

— А разрыв между Дамблдором и Гриндевальдом? — терпеливо напомнила Рита.

— Сама я свидетелем не была, но Альби и Абер рассказывали, что это была мимолетно вспыхнувшая ссора. Альби и Геллерт тогда много ссорились. Они совместно строили планы подчинения себе мира, «для того чтобы его улучшить». Но расходились во взглядах как этого проще достичь. Никто не помнит, кто в пылу одного такого спора первым выхватил палочку, завязалась дуэль. Арина, сестра Дамблдора, она была сквибом, попала под луч… случайно… Геллерт успел сбежать… Альби так убивался. Так убивался. Он из дома не меньше месяца не выходил. Хоронить Ариану тоже пришлось в закрытом гробу, как и мать. Столько смертей навалилось на бедного мальчика. Думаю Альби так до сих пор себя и не простил.

Бомба! Это будет просто бомба! — восторженно подумала Рита, следя за текстом выходящим из под Прытко пишущего пера. Пусть то составляло свою картину, и эта картина была «немного» далека от реальности.

Когда Рита Скитер ушла, задремавшая было Батильда Бэгшот очнулась. Недовольно посмотрев на две грязные чайные чашки, она поднялась со своего кресла. Ей очень нужно написать дорогому Альби. Она ему так давно не писала…

Не найдя более ничего интересного и слегка подправив воспоминания журналистки, я погрузил ее в сон, подчистил следы своего пребывания и поспешил покинуть квартиру. Скитер не подвела — за столь короткий срок ей удалось найти столько всего над чем стоит подумать.