Сердце Тайрьяры - Наталия Московских

Я качнул головой, криво усмехнувшись.

- Dassa Мензель, мне надоело повторять условия. Если оставшиеся воины и монахи сейчас же не развернутся и не покинут берег Тайрьяры навсегда, то вы будете первым, кого я обращу в пепел. Не хочу делать вас последним предупреждением.

- Мастер Лигг, вы все еще не сделали этого, потому что знаете в глубине души...

Это был бесполезный разговор. Чем больше мы будем спорить, тем меньше вероятности, что люди послушают меня. Жаль. Воспитанников Ордена невозможно убедить ничем, кроме, пожалуй, страха смерти...

Снова почувствовав на своих рукав кровь десятков тысяч людей, я прикрыл глаза и воззвал к тьме внутри себя. Истошный вопль боли dassa Мензеля практически сразу смолк - черное облако обратило его в горстку праха, и по-настоящему испуганная толпа ахнула и отошла на шаг. Ни воины, ни монахи не могли мне навредить, и они понимали это.

На несколько секунд воцарилось молчание.

Синнес угрожающе зарычал, и задние ряды противников попятились назад. За ними последовали другие. Все больше и больше людей бросали оружие, если оно у них было, и начинали отходить спиной вперед, с опаской косясь на меня.

- Бегите прочь отсюда! - заорал я, и по толпе прошлась волна дрожи. Даже силу не понадобилось применять вновь. Кто-то сразу побежал глубоко в Варский лес, с опаской минуя хищных животных, кто-то лишь ускорил шаг, но все отступали.

Жалел ли я dassa Мензеля? Нет. Его смерть, как и смерть многих людей, была демонстрацией силы. Это война. Мне необходимо было закончить этот бой хотя бы на одном берегу, и если для этого требовалось отдать одну жизнь вместо нескольких тысяч, я готов был на это пойти.

Не знаю, сколько я стоял, провожая уходящих людей взглядом. Мне нужно было убедиться, что противников, желающих умереть от сильной магии жуткой смертью, не останется. Часть меня даже была немного разочарована, что их нет, но я старался давить это в себе...

Через какое-то время, показавшееся мне бесконечностью, берег Тайрьяры опустел.

Небо потемнело. Сгущались сумерки. На нашем берегу за стеной все еще шел бой.

Я сосредоточился, стараясь прочувствовать Роанара. Филисити должна была уже вернуться. Но отклик все еще был на этом берегу Тайрьяры. И мне это не нравилось. Совсем...

***

Синнес нашел Роанара в считаные минуты. И, кажется, я успел вовремя, потому что мои беспомощные и обездвиженные заклятьем друзья стояли столбами, а вокруг них семь знакомых мне человек выкладывали места для костра.

- Эва... - похоже, Филисити уже не первый раз обращалась к своей бывшей учительнице, - ну прекратите же это безумие! Мы ошиблись! Виктор Фэлл спровоцировал эту войну, но мы с Райдером пытаемся ее остановить! В Орссе живет множество мирных людей. Эва, ради всего святого!..

Старая колдунья со струящимися по морщинистым щекам слезами даже не обращала на ее слова внимания, продолжая укладывать дрова.

- Ты прилетела сюда на дексе, Филисити, - строго ответил ей колдун по имени Вейнар. Обездвиживающее заклятье было именно его рук делом, - и защищаешь Орсс, который была готова сравнять с землей не так давно. О чем с тобой говорить? Твой разум поражен скверной.

- Бетани! - умоляюще выкрикнула девушка, - ты ведь знаешь, что я не вру...

- Ты свято веришь в свои слова, - прервала ее старуха по имени Вилисса, - и любой околдованный темной магией верил бы.

Я наконец оказался в поле видимости лесных колдунов и тут же отдал приказ, придав своему голосу максимально угрожающий тон:

- Освободите их! Сейчас же!

Вейнар бросил на меня резкий взгляд. Магические эманации обездвиживающего заклятья резко нагрели воздух вокруг меня. Я взмахнул рукой, и темное облако по моему приказу отбросило колдуна на несколько метров, не дав сковать меня чарами. Мне с трудом удалось заставить тьму не превратить его в горстку пепла.

Вилисса бросилась к своему другу и по-старчески тяжело присела рядом с ним.

Теперь черный щит магии защищал меня от воздействия обездвиживающего заклятия Вейнара. Шлейф дыма клубился за мной, как плащ.

- Отпустите их, - повторил я.

Светловолосая сухощавая колдунья Бетани уставилась на меня, словно не верила своим глазам. Представляю, в каком замешательстве она находится сейчас, не понимает, каким образом мне удалось скрыть от нее мою истинную суть тогда, в лагере.

- Perrian Numjette... - выдохнула Бетани, оправившись от первого шока. Она невольно сделала шаг назад, в страхе глядя на шлейф темного дыма, тянущегося за мной.

- Да, - серьезно кивнул я, - во мне темная кровь. Более того, я наследник Виктора Фэлла.

Бетани изумленно смотрела на меня, не мигая. На моем лице появилась кривая ухмылка.

- Ты не почувствовала это в лагере, потому что тогда я этого не знал. Все непросто.

Мой взгляд обратился к еще одной женщине. На ее голове уже начали прорастать короткие темные волосы, и теперь она не носила платок. Я невесело улыбнулся ей.

- Рад видеть тебя в добром здравии, Мали.

- Не надо пытаться давить на это, Райдер. Я благодарна Ольцигу за излечение, а тебе за то, что ты попросил его об этом. Но ты орссец. А значит, наш враг. И сделал Филисити таким же врагом для нас, затуманив ей разум темной магией.

Я закатил глаза. Мне думалось, исцеление от красной лихорадки сделало эту женщину менее твердолобой. Сейчас она напоминала мне служителей Ордена, квохчущих свои заученные фразы при любом удобном и неудобном случае. Это раздражало.

- Мали, прошу! Вы всегда внимали моим словам, почему же теперь не слушаете? - голос Филисити предательски сорвался.

Ей не ответили.

Бетани и Эвлорис встали наизготовку, готовясь атаковать меня магией стихий. Я качнул головой.

- Не надо. Не глупите. Мне не хочется вредить никому из вас. Все, чего я прошу, это вернуть течению Тайрьяры прежний характер и отпустить моих друзей. Вы были правы, когда говорили, что это не ваша война.

- Ты сам убедил нас в обратном, - загробно низким голосом произнесла Эва. С ее руки сорвался огонь, разбрызгивая искры, как праздничный фейерверк на гранадской ярмарке. Без предупреждения, без зеленого сияния. Бетани удвоила атаку старой колдуньи.

- Боже, нет! - заорала Филисити.

Синнес утробно зарычал, бросаясь наперерез огню, чтобы защитить меня. Я, не раздумывая выставил руку вперед, мысленно приказывая демону уйти с линии огня. Он послушался в последний момент.

Все произошло за долю секунды. Черный дым сделался заслоном, в который врезалось пламя. Запахло гарью, хотя я так и не понял, что именно могло гореть. Вскоре оба заклятья рассеялись.

Казалось, эта атака отняла у Эвлорис слишком много сил, старуха тяжело осела на землю, а Бетани подхватила ее, хотя и сама с трудом сохраняла равновесия.