Нить судьбы - Анна Тарасова

Девушка припомнила свои ощущения при этих видениях — три последних как будто шли продолжением первого, пощечины Филиппу. Но каким образом ссора с учеником высшего приведет к разрушению города? А уж к прогулке по лесу с Гюнтером, тем более?

Нельзя этого допустить.

Но что же делать?

После постановки Печати дар стал настолько слабым, что Лине большого труда стоило просто раскрыть «окна» вероятностей. Она это поняла по приговору Ивану, когда вытащила ту вероятность, что стояла самой сильной. Лина не была уверена, что ее таланта хватило бы, как раньше, на создание совершенно нового витка судьбы эмпата.

Марк рассказывал, что пробить инициал Ивану помог какой-то новый наркотик, разработанный в лабораториях Пауля. Настолько сильнодействующий, что эмпат, будучи не самым сильным менталом, смог пролезть сквозь инициальную метку, которая должна защищать своего носителя от любого несанкционированного вмешательства.

Видимо, Пауль изобрел нечто действительно выдающееся.

И опасное, ведь препарат сделал из Ивана законченного наркомана.

Но наркотическая зависимость Лине не грозит. Теперь, когда она стала гемофагом, то уже не сможет ни серьезно заболеть, ни стать алкоголиком или наркоманом. Печать не позволит.

Как-то надо связаться с Паулем.

Он звонил Лине лишь однажды, несколько месяцев назад, рассказывая занимательную историю о торгах с понтификами. Как же раздобыть этот номер?

Телефон Лины сгорел вместе со всеми ее вещами в квартире, но понтифик сразу по возвращению девушки в Москву из пригородной усадьбы восстановил номер. В принципе, это идея.

Девушка поднялась в свои комнаты, включила компьютер и вышла на сайт оператора. Запросить детализацию за нужный период — много времени не потребовалось. Посмотрела данные за тот день и примерное время. Был только один звонок с незнакомого номера.

Девушка достала свой телефон.

— Добрый день, — по-французски с ней поздоровались с той стороны. Ответивший мужской голос был сух и чем-то недоволен.

— Пауль? Это вы? — уточнила Лина, внутренне боясь, что ошиблась. Если так, то как еще связаться с руководителем европейских механиков самостоятельно, она не знала.

— Да, я вас слушаю, говорите! — рявкнул рассердившийся мужчина, перейдя на русский язык с заметным акцентом.

— Это Ветрова. Алина Ветрова. Мы с вами встречались давно, правда, еще…

— Алина? — Пауль очень удивился, — Я вас помню, разумеется. Не ожидал услышать.

Ткущая сама позвонила ему? Интересно, что ей понадобилось?

Из последнего отчета Элеоноры он знал, что девушка вернулась обратно к понтифику. Этому он был, конечно, рад, но и отнесся с подозрением. Мало ли, какой она стала после побега.

— Я бы хотела поговорить с вами об очень важном. — Лина кивнула головой, но собеседник этого не увидел, — Вы можете сейчас уделить мне время?

— Разумеется, могу! — еще бы он отказался разговаривать с ткущей.

Лина задумалась.

Как попросить его прислать ей наркотик? Хороший вопрос, однако!

Эх, была не была!

— Пауль, вы наверное слышали о том, что случилось со мной не так давно, — начала Лина издалека, — Иван рассказал, что он действовал под влиянием какого-то наркотика, который передали Гюнтеру вы.

В трубке воцарилось долгое молчание.

— Если вы думаете, что я буду извиняться перед вами из-за этого…

— Нет, нет, что вы! — сразу оборвала недовольство Пауля девушка. Еще не хватало, чтобы он окончательно рассердился от наглости смертной. Тогда ее затея пойдет прахом.

— Тогда чего вы хотите?

— Пришлите мне этот образец! — потребовала Лина, — Вам же нужна была ткущая для опытов, вот я и предлагаю себя в качестве подопытной!

Пауль удивился. Если бы девушка была рядом, то она увидела бы, как у главы механиков отвисла челюсть. Но ученый сумел взять себя в руки.

— Алина, я слабо представляю, для чего он вам может пригодится. Этот наркотик — экспериментальный образец, о том, как он будет работать на менталах, тем более, на таких как вы, мы имеем только теоретическое представление.

— Вот как раз я и могу попробовать его в деле!

Европеец тоскливо вздохнул в трубку.

— Честно говоря, я против того, чтобы вы его использовали без надзора наших сотрудников. Как он на вас подействует, мы не знаем.

— Я не говорю, что обязательно его использую, это просто для подстраховки. На всякий случай.

— Алина, я все-таки…

Девушка подняла глаза к небу.

— Пауль, я предлагаю вам себя, ткущую, в качестве лабораторной крысы взамен присланного наркотика, который использоваться скорее всего не будет. Чем вы рискуете?

Ученый усмехнулся.

— Вашему опекуну это не понравится!

— Ничего страшного, переживет, — слишком резко ответила ему Лина, боясь, что тот обо всем расскажет понтифику.

Сейчас главное получить наркотик, если все обойдется, то она сама Марку все расскажет. Если все-таки ситуация сложиться так паршиво, что препарат придется использовать, то…Тогда она будет решать эту проблему потом.

— Вы рисковая девушка, Алина!

— Решайтесь, Пауль! Я готова стать подопытной, если вы предоставите мне препарат!

— Вы знаете, что он вызывает мгновенную зависимость?

— Я справлюсь с этим. Ну же, вы готовы провести такой эксперимент?

Пауль немного подумал. В принципе-то можно, но… В голову пришла хорошая мысль: если ей так нужен наркотик, то она может согласиться на его условия.

А одной Медеи ох как мало для эксперимента!

— Я дам вам препарат, Алина, — согласился Пауль, — но с еще одним условием: следующий месяц вы проведете в наших лабораториях. Я лично обещаю вам, что с вас будут сдувать пылинки и никакого намеренного вреда вам не причинят!

Лина опешила.

— Но… А как я…

— Алина, решайте, — теперь уже он выставлял требование, — Если вы согласны, то препарат будет у вас уже завтра.

Разрушенная Москва или месяц лабораторий? Лесная лужайка с Гюнтером или эксперименты у механиков?

— Хорошо, месяц в ваших лабораториях! Высылайте препарат!

Мила посмотрела на часы. Десять вечера.

Дитрих сегодня не звонил, у него было какое-то срочное дело с правителем клана, и он лишь отправил ей сообщение, где извинялся и отменял сегодняшнюю встречу.

Это даже было к лучшему. Ученик понтифика, видимо что-то заподозрив, последние дни старался приезжать домой пораньше. Проводил время с Милой, смотрел с ней фильмы на домашнем кинотеатре, читал ей книги, лежа на полу в библиотеке, они вместе слушали музыку и танцевали. Милые нежные вечера двух влюбленных. Мила была очарована и парнем, и его вниманием к ней в эти дни.