Излом зла - Василий Головачев

Матвей отпил глоток сока из стакана, принесенного Кристиной, откинулся на спинку кресла. Ему показалось, что под черепом у него пробежал паучок. Попытался избавиться от этого неприятного ощущения и не смог. Опустил стакан, внимательно глянул на невыразимо спокойное лицо Хранителя.

– Вы… преступаете Закон… невмешательства…

– Всякое попрание какого-нибудь закона есть всего лишь следствие срабатывания закона более высокого ранга. В данном случае я представляю именно тот, более высокий закон, регламентирующий жизнь реальности в момент возникновения глобальной опасности.

– Какой опасности? – Матвей задал вопрос машинально, он знал ответ. Паучок под черепом продолжал бегать, это отвлекало и раздражало. Хранитель явно проверял возможности собеседника и его выдержку.

– Своим возвращением по личной мировой линии в прошлое вы одновременно включили процесс падения Закона обратной связи, частным случаем которого является Закон возмездия.

– Я это знаю.

– Процесс этот ускоряется, – как ни в чем не бывало продолжал Хранитель, – происходит беспрецедентная ломка социальных структур, и не только в России, весьма серьезно загрязненной «черной магией», но и во всем мире! Вы уже анализировали происходящие на Земле процессы: рост преступности, терроризма, волна самоубийств, передел власти…

– Дальше.

– Близится всеобщий кризис, хаос управления. Вы в курсе, что на двадцать второе июня кардинал Союза Девяти Герман Довлатович Рыков запланировал «большую войну»? Войну «чистилища» и СС с целью захвата власти?

Матвей поставил стакан на столик, встретил взгляд Кристины, устроившейся на диване с ногами, покачал головой.

– Он не сможет…

– Если ему не помешать – сможет.

Матвей опустил голову, некоторое время молчал, потом в упор взглянул на Хранителя.

– Я хотел прервать мировые линии кардиналов Союза, в том числе и Рыкова. Для этого я и рискнул опуститься вниз.

В глазах Матфея мигнули огоньки сочувствия, понимания и печали.

– Вы слишком спешите, идущий.

– Но все меня уверяли, в том числе и она, – не выдержал Матвей, кивая на Кристину, не делая различия между ней и Светленой, – что я иду слишком медленно!

– Вы идете быстро, Матвей Фомич, но не в том направлении. Опасность того, что вы придете не туда, станете «темным аватарой», все более возрастает, и это нас тревожит. Вы не избавились полностью от следов программы Удди, на что я надеялся, поселив вас в храме Будды для восстановления, а сегодня добавили к этому черному следу еще одно пятнышко.

– Не понимаю, – холодно сказал Матвей.

– Своим проникновением в универсум вы преодолели пятнадцатую ступень «лестницы самосовершенствования», называемую Ответвлением Совести. А это очень скользкая ступень, с которой можно не только подняться вверх, к Идеалу, но и скатиться вниз, в Инферно, в «темные подвалы» Мироздания. Ваш поход вниз, в прошлое, для отсечения мировых линий ваших врагов, есть балансирование над пропастью. Кстати, отсечение не решает проблемы, а добавляет новые. Вы знаете, к примеру, что отсечение линии Рыкова автоматически влечет уничтожение линии русских князей Голицыных? Они находятся в родстве. А также влечет изменение рода изобретателя знаменитого автомата Калашникова. Но Бог с ним, с изобретателем. Отрубив линию потомков координатора Союза Девяти Бабуу-Сэнгэ, вы сразу же ликвидируете моих предков.

Хранитель улыбнулся, заметив, как округлились глаза Кристины. Матвей остался сдержанно-бесстрастным, но было видно, что и на него подействовали слова тезки.

– Так что все гораздо сложней, чем вы себе представляете, – продолжал Матфей. – И даже если бы вам удалось отсечь потомков кардиналов Союза, вы добились бы лишь изменения его состава. А этого мало. Нужен более радикальный шаг, чтобы довершить начавшийся излом зла.

– Как вы сказали? – недоверчиво посмотрела на Хранителя Кристина. Излом зла… начался?

Матвей тоже смотрел на Хранителя непонимающе, и тот тихо рассмеялся.

– Ваши враги добились не того, чего хотели, – нейтрализовать вас, а обратного результата: вы в принципе решились на изменение существующего положения дел. Но никто из них, в том числе и многие иерархи, все-таки всерьез вас не воспринимали и пока еще не воспринимают. Даже пентарх Удди, самый дальновидный из всех. И я очень надеюсь, что, когда они оценят вас по заслугам, вы будете к этому готовы. Вы можете занять трон Мастера Мастеров, я это знаю, но лишь в том случае, если не наделаете новых ошибок, если не будете полагаться только на свои вкусы и желания. Прислушивайтесь к мнению своих спутников и достигнете тех высот, которые позволят вам добраться до Материнской реальности и утвердить в «розе реальностей» высший закон – Закон справедливого воздаяния.

– Материнская реальность – легенда… – тихо сказала Кристина. – Никто из людей Круга не знает наверняка, существует она или нет. По-моему, даже Аморфы не знают.

– Когда-нибудь эта загадка будет решена. – Хранитель посмотрел на Матвея, и тот на дне его глаз увидел вдруг бесконечную печаль. А может быть, усталость. – Я хочу попрощаться с вами, идущий. Мне пора уходить, земная реальность не выдерживает нас.

– Кого? – не поняла Кристина. – Не выдерживает Хранителей? Почему? Как – не выдерживает?

Матфей на мгновение стал совершенно прозрачным, превратился в язык пламени, сохранивший форму человеческого тела, и снова стал самим собой.

– Мы достигли физических и нравственных пределов, ограничивающих земной мир. Чтобы идти дальше, нам необходимо избавиться от самих себя, полностью перейти на энергетический уровень Магического Оперирования.

– На двадцатую степень, – медленно сказал Матвей. – И тогда останутся только две…

– Да, – кивнул Хранитель. – Останутся еще две. Но они нам недоступны: Двойник Совершенства и Карусель Бесконечности. Двадцать первая – это уровень аватары.

Они посмотрели в глаза друг друга, вполне понимая недосказанное. Потом Хранитель развел руками:

– Ну а двадцать вторая ступень характеризует уровень Творца. Не знаю, удавалось ли кому-нибудь из смертных достичь этой ступени, кроме Безусловно Первого. Может быть, вы попытаетесь? Если только не поменяете знак. Учтите, идущий, как только вы воспользуетесь тхабсом, вами займутся иерархи. Вы станете нужны всем, даже Аморфам.

– А Безусловно Первому? – невольно улыбнулся Матвей, почувствовав внезапное облегчение: паучок перестал бегать под черепом и унес с собой эйфорический дым собственной – Матвея – исключительности и вседозволенности.

– Может быть, и ему тоже, – улыбнулся Хранитель, и его не стало.