Мой Мир 1 - Юджин ЮДД

Еле оторвался, а то бы остался здесь. Затем к Креоне подошла Кентакка, встала на одно колено и поцеловала ей руку:

— Спасибо тебе Первая.

Креона потрепала ее по голове, потом подняла и сказала:

— Иди и делай, что должна. Я уверена, ты будешь достойна потраченных на тебя сил.

Прощание Кентакки с Бо было более, чем эмоциональным. Я даже вынужден был сказать:

— Хватит уже, не навсегда расстаётесь. Поехали!

Мы с Кентаккой забрались на Дорна и взлетели. После купола обожгло холодом. Кентакка прижалась ко мне и взяв мои руки, просунула в прорези под кармашками на груди

— Только там кольчуга, извиняющимся тоном произнесла она.

— Ничего, справимся, сказал я и стал жмакать ее груди через кольчугу. Ощущение было конечно не то, но лучше, чем ничего.

Мы периодически смотрели вниз — дороги были заполнены войсками, возвращающимися с фронта.

— Сейчас у Фрики задач будет — выше крыши. Их всех надо накормить и трудоустроить. Да и тебе поработать придется — бандиты и мародёры будут пышным цветом цвести.

— Я уже думаю над этим…

Мы на бреющем полете подлетели к городу и остановились недалеко от дороги на полянке.

— Дорн, подожди, скоро будем с пассажиром.

— Есть, мой командир! Бодро сказал он подслушанную у кого-то фразу.

Мы заулыбались и пошли к городу. На входе в ворота стояла толпа. Стражники проверяли входящих. Завидев в толпе нашу униформу, они закричали, чтобы люди разошлись и дали нам пройти. Видно — Милан в городе завоевал уважение. Кода мы прошли сквозь людей, к нам направился офицер, начальник караула. Он подошел к шедшей впереди Кентакке и доложил:

— Госпожа Начальник Службы безопасности! За время Вашего отсутствия, нами, по приказу лейтенанта Милана, была организована проверка приходящих людей на входе в город.

— Много эксцессов?

— Бывают. Вчера, например, одного нашего солдата порезали. Оказалось — целая банда хотела в город пробраться. Арбалетчики хорошо сработали — четверых положили. Остальные разбежались. А так, в основном, пьяные бузят — мы их в холодный подвал на сутки отводим. Обычно утром они уже в себя приходят. Да оно и понятно — с войны идут, живы остались, как не напиться. Но бузить не положено!

— Молодцы. Продолжайте нести службу.

— Госпожа Кентакка! Мы очень рады, что Вы выжили и очень благодарны Вам за жизнь Ее Величества. Никто не ожидал, что она войну эту остановит, а она смогла!

Я увидел, что караульные прислушиваются к разговору, о чем и шепнул Кентакке.

— Каждый приносит пользу на своем месте. Ваша задача здесь не менее ответственна, чем моя. Вы — первые встречаете всякую шваль. Чем лучше работаете вы, тем меньше работы нам и тем лучше всем. Поверьте, мы это очень ценим.

Все караульные вытянулись:

— Служим Ее Высочеству!

Мы отошли, потом Кентакка вернулась:

— Лейтенант! Раненного караульного в Лазарет при дворце и выплатить компенсацию, как за боевое ранение. Передадите — это мой приказ.

Все опять козырнули и их служебное рвение явно увеличилось.

На входе в Замок нас встретил Милан, в такой же форме, как у нас. Глаза его ввалились, а на лице явно были видны следы усталости. Он опустился перед Кентаккой на одно колено:

— Госпожа! Я очень рад, что Вы прибыли. За время Вашего отсутствия, созданная Вами служба выполняла возложенные на нее задачи. Подробный доклад представлю вечером. Сейчас Вас ждет Ее Высочество, я провожу.

— Спасибо Милан. Пойдем.

Мы прошли по многочисленным коридорам мимо охраны, одетой в такую же как у нас форму, только со знаками различия и подошли к Залу приемов.

Мажордом вошел перед нами и объявил:

— Глава Службы безопасности Ее Императорского Величества, госпожа Кентакка Надирская и ее заместитель Орсик, Наместник Надирского уезда.

Со мной связалась Фрика:

— Хозяин, я не смогу оказать Вам при всех достойных Вас знаков внимания.

— Не порти себе мозг, улыбнулся я, веди себя так, как это положено по этикету.

Получив ответ из зала, мажордом кивнул головой и отошел в сторону, пропуская нас. Мы вошли и низко поклонились. Фрика, ужасно красивая и ужасно важная, сидела на троне, а около нее находилось несколько человек, включая Сиакира. Увидев нас, она встала и пошла к нам. Обняв Кентакку, расцеловала ее в щеки:

— Госпожа Кентакка! Мы рады Вас видеть в добром здравии! За подвиг, совершенный Вами по спасанию жизни Императора, Вы награждаетесь высшей наградой Империи — Золотой звездой с бриллиантами.

— Служу Ее Величеству!

Кто-то сзади поднес Фрике орден, и она нацепила его на грудь Кентакки, как я заметил, немного ее пощупав. Кентакка низко поклонилась, а люди, стоящие в зале, захлопали.

Затем Фрика подошла ко мне:

— Господин Орсик, за спасение жизни своего начальника Вы награждаетесь медалью «Личная благодарность Императора» 3 степени, за проявленное мужество и героизм в деле защиты Императора Вы награждаетесь медалью «Личная благодарность Императора» 2 степени и за Ваши успехи в договоренности по достижению мира на удачных для нас условиях, Вы награждаетесь медалью «Личная благодарность Императора» 1 степени. Таким образом, на сегодняшний момент Вы являетесь пятым, за всю историю, обладателем титула «Личная благодарность Императора» всех трех степеней.

Она приколола все три медали мне на грудь.

— Служу Ее Величеству!

Все опять захлопали. Ментально же я ей сказал:

— Вообще-то я желаю обладать самой Императорицей. А цацки эти— отпугивать злых духов из министерства.

— Императрица — не награда. Я всегда Ваша, серьезно сказала она.

Я, совершенно из хулиганских побуждений, глядя ей в глаза, ввел ее в состояние «тихого оргазма». Ни один мускул у нее не дрогнул, только глаза немного затуманились. Я отпустил ее, она развернулась и немного «деревянной» походкой пошла обратно.

— Жду Вас вечером на торжественный прием по поводу вашего возвращения.

Мы с Кентаккой поклонились и вышли из зала.

— Кентакка, иди на службу, я за Корхарном и к нашим. К вечеру буду, правда могу опоздать. Я Фрику предупрежу.

— Хозяин,