На самом дне - АНТОН228

Я начал слезать с дерева, чтобы переместиться в другое место, но именно в это время какой-то ублюдок выстрелил в меня и попал прямо в грудь.

— Кха! — Я сорвался с ветки, упал прямо на землю и только тогда увидел лицо работорговца с арбалетом, который и сделал это. — Вот же ублюдок…

— Кто бы говорил. — Работорговец поднял меч, приготовившись заколоть им меня, но он не учёл того, что одним лишь болтом меня не убьешь.

Я резко перекатился, уйдя от атаки, а затем бросился на работорговца с кинжалом в руках.

Не ожидавший от меня такой прыти работорговец опешил и я успел пырнуть его кинжалом.

Оттолкнув обессилившего мужчину, я бросился в лес, чтобы перевести дух.

— Да ну их нахрен! Сваливаем отсюда! — Работорговцы предпочли сбежать, что меня совершенно не устраивало.

"Куда собрались?" — Я подстрелил раненого в живот работорговца и выбежал из леса. Чтобы они не умотали, мне придётся ввязаться в открытый бой.

— Да пошёл ты нахрен! — Увидев меня, работорговец выстрелил из арбалета, а я отпрыгнул в сторону, чтобы не получить ещё одну рану.

Мужчина уже запрыгнул на козлы и схватился за поводья, поэтому мне пришлось пойти на отчаянные меры — я бросил огненную бомбу прямо в лошадей.

— Сука, он убил лошадей! — Работорговец на козлах выпустил из рук загоревшиеся поводья и, поняв, что бежать ему больше некуда, он вступил в бой.

Я же не стал бежать ему на встречу, а наоборот, перепрыгнул сцепление двух повозок, выиграв себе время на перезарядку арбалета.

— Он с другой стороны!

Работорговец выбил дверь повозки и выпрыгнул с мечом, но тут же получил арбалетный болт под ребро и свалился.

— Да когда же ты сдохнешь уже!? — Во время перезарядки я не заметил второго работорговца и тот выстрелил мне прямо в голову.

"Блять! Опасно!" — Болт пробил мне щеку и я даже смог дотронуться до него языком.

— Прикрывай, блять! — Работорговец с мечом побежал ко мне и увернулся от моего выстрела.

"Блять, только не это!" — Сам того не желая, я ввязался в ближний бой с противником, у которого ещё и численное преимущество.

— Хаа! — К тому же боец с мечом был довольно опытным и ловко махал своей железкой, постепенно оттесняя меня в сторону.

— Тц! — Как только я разорвал дистанцию, меня пронзил болт арбалетчика, который сидел в повозке.

Я застрял между молотом и наковальней: подойдёшь близко — тебя искромсают, далеко — застрелят.

У меня не осталось иного выбора, кроме как пойти вабанк — я бросил бомбу в мечника.

Огонь немного задел меня и поджег мой плащ. Гореть заживо — не очень приятное чувство, скажу я вам. Но будучи к этому готовым, я, стиснув зубы, бросился на ошеломленного противника и пронзил его отравленным кинжалом. Горящий работорговец не смог ничего сделать и упал на землю. По его статусу было видно что он еще в сознании, но сил потушить огонь у него не было и поэтому ему остается только лежать и догорать заживо.

— Да ты ебаный монстр! — Увидев, что только что произошло, арбалетчик ещё раз выстрелил в меня и, бросив арбалет, схватился за кинжал и побежал в мою сторону.

Меня огонь задел немного, поэтому, я хлопками потушил загоревшуюся одежду и приготовился к сражению.

Со всеми ранами и ожогами я значительно ослаб и честно бороться с противником будет бесполезно, поэтому я решил схитрить и воспользоваться своим навыком непоколебимости — я специально открылся и работорговец атаковал меня прямо в живот.

"Больно…"

Все-таки, даже стальные пластины не гарантируют того, что тебя не смогут пырнуть в живот.

Я почувствовал ужасную слабость, а это значит, что моё состояние сейчас критическое. Но это не страшно, ведь я не умру, в отличии от кое-кого.

Хмыкнув, я поднял кинжал и вонзил его в ребро уже расслабившегося противника.

— Какого… — Работорговец удивился, но сделать уже ничего не смог — спустя несколько секунд он упал на землю и в итоге на ногах стоять остался лишь я.

— Фуууух… — Я облегчённо вздохнул и стал вытаскивать из себя болты.

"Ещё бы чуть-чуть и…" — Я выдернул болт из своей челюсти и кашлянул кровью, которая начала заполнять мой рот.

Сомневаюсь, что навык непоколебимости защитит от повреждения мозга, которое обычно означает мгновенную смерть. Шлем хорошо защищает от тупых и режущих ударов, но вот болты его прошивают как бумагу.

"Может, какую-то подкладку ещё сделать, чтобы она стрелы сдерживала?"

Я выпил зелье лечения и взглянул на зверолюдок, сидящих в клетке. Заметив мой взгляд, они задрожали, а когда я пошёл к ним, они аж завизжали, словно я какой-то монстр.

— Так! Всем успокоиться! Я вас сейчас выпущу и вы пойдёте домой. — Я попытался успокоить их, но всё было тщетно и зверолюдки забились в угол, брожу от страха.

Однажды вскрыв один навесной замок, второй вскрывать станет гораздо легче — мне не потребовалось даже минуты, чтобы повернуть отмычку и отстегнуть замок от двери клетки.

— А теперь стой на месте и не шевелись. — Я услышал женский голос позади себя и удивился.

"Странно, вроде женщин работорговцев в караване не было? Неужели, в повозке прятались?!"

Я застыл, внимательно выслушиваясь в каждое их движение. Как только кто-нибудь подойдёт ко мне, я схвачу его как заложника.

— Дейзи, прекрати. Опусти лук. — Я услышал ещё один голос, который почему-то показался мне знакомым.

— Но лидер! Этот человечишка…

— Успокойся уже! Я же сказала, что знаю его! Кайл, давай спускайся к нам!

Я осторожно обернулся и наконец понял, чей это был голос.

На меня смотрели две кошкодевушки, одна из которых носила уже изрядно поношенное снаряжение работорговцев.

— Р-роза? — И я всё равно не понял, что она тут делает.

— А ты кого-то другого ждал? Что стоишь, давай спускайся!

Я оглянулся и увидел, как из леса выходят и другие зверолюди с луками, копьями и мечами в руках. Но в отличии от Розы, они едва сдерживались от того, чтобы не накинуться на меня.

Чтобы не задеть раны, мне пришлось аккуратно сползти с повозки, что далось мне не очень легко. Кряхтя от боли, я медленно подошёл к Розе, которая смотрела на меня с ухмылкой.

— Да…неплохо тебя потрепали…Но я рада, что ты стал сильнее. — Она осмотрела меня с ног до головы, но я не заметил у нее ни капли удивления, как будто она уже знала про то что я занимаюсь убийством работорговцев.

— Роза…скажи-ка мне, какого хрена ты тут делаешь?

— Я? То же, что и ты.

— Всмысле?

— Охочусь на работорговцев и