Лондон - Эдвард Резерфорд

А тот выжидал. Он наблюдал за прибытием гостей и тянул время. Ему не хотелось ни с кем встречаться на подступах к дому. Его обязательно вышвырнут, если он попадется на глаза Силверсливзу или Буллу. Пусть начнут без него.

Он медлил и по другой причине. Возможно, то были последние минуты свободы. Парень не знал, зачем его призвала Тиффани, но опасался худшего. Силверсливз или монастырь – так передала толстуха. Дукет понятия не имел, зачем сюда стягивался народ, но не сомневался, что вскоре выяснит.

Джеффри прикинул, будет ли Силверсливз, и подготовился. За пояс под рубахой он заткнул нож и изготовился пустить его в ход.

Силверсливз должен умереть. Если удастся, он последует за ним в укромное место и сделает это тайно, но коли придется, совершит и при всех. К своей судьбе парень был безразличен. «Висеть так висеть», – подумал он мрачно.

Дукет как раз обдумывал этот план, когда увидел опоздавшего, спешившего к двери. Это был приглашенный Буллом священник. Потрясенному Дукету почудилось, что он все постиг. «Боже, он собирается поженить их сейчас же», – мелькнула ужасная мысль. Общество было собрано для свидетельства. С колотящимся сердцем он устремился к кухонной двери.

Поднимаясь по знакомым ступеням за толстухой, он слышал голоса.

Девица нарядила его в старое кухаркино платье и чепец, скрывавший изобличающую шевелюру. Он нес и блюдо с закусками. К счастью, Дукет был чисто выбрит и мог надеяться быть принятым за служанку, если опустит голову и будет держаться в сторонке.

Наверху они помедлили. Толстуха остановилась в дверях, что было сигналом для Тиффани. Глянув через ее плечо, Дукет увидел, что в комнате собралось не меньше двадцати человек.

Затем Тиффани подошла. Она проскользнула мимо толстухи, и в следующую секунду Дукет уже смотрел ей в глаза. Девушка была бледна и немного испугана.

– Слава богу, ты пришел. – Ее трясло. – Я сказала отцу, что не хочу замуж за Силверсливза. Но он ответил…

– Я знаю. Монастырь. Не волнуйся, все обойдется.

– Ты понимаешь не все.

– Тиффани! – позвал отец.

– Скажи мне… – Она вперилась в него взором пытливым, ищущим. – Скажи мне, Джеффри Дукет, – пойми, я должна спросить – ты любишь меня? То есть смог бы? Дело в том…

Он оборвал ее.

– Достаточно, чтобы умереть за тебя, – поклялся Дукет, и это была правда.

Тиффани хотела что-то добавить, но вновь раздался оклик отца. Она отчаянно повела плечами, проворно обошла толстуху и шагнула ему навстречу. Через секунду они отошли.

Дукет переступил порог. Никто на него не смотрел. Он незаметно прошел чуть дальше. Увидел Силверсливза в нескольких шагах возле стола с астролябией. Обнаружил прямо перед собой Джеймса Булла и выругался про себя. Еще один, способный его узнать. Но на его удачу, между ним и этими двумя стояли олдермен с женой. Не поднимая головы, Дукет сумел подобраться ближе. Держа блюдо в левой руке, он полез за кинжалом. Взялся за рукоять. Он не собирался рисковать и приготовился к прыжку.

Тиффани с отцом на миг оставили гостей и подошли к окну. Булл смотрел вопрошающе, но разговор начала Тиффани:

– Отец, ты сказал, что если я не захочу выходить за Силверсливза, то могу выбрать любого из присутствующих.

– Да, сказал.

– Здесь находится человек, о котором ты невысокого мнения. Мы никогда не рассматривали его в качестве мужа. И все же я искренне люблю его. Позволишь ли ты мне выйти даже за него? Потому что если нет, я уйду в монастырь.

Булл огляделся. Единственным, кто подпадал под описание, был Джеймс Булл. Неужто его дочь могла влюбиться в этого недотепу? Откровенное разочарование.

– Ты уверена? И это лучше монастыря?

– Да.

Булл пожал плечами. «По крайней мере, он честен».

– Что ж, хорошо, – вздохнул отец.

– Это Дукет. – Девушка указала на переодетого парня.

– Что?!

Булл побагровел. Его рев потряс комнату. Общество обернулось, следуя его взору.

Дукет побелел. Все смотрели на него. Его узнали. Он сжал спрятанный нож. Ничего не попишешь. Он должен нанести удар, пока его не вышвырнули. Джеффри устремился к Силверсливзу в обход олдермена.

И тут стряслось неожиданное.

Взревев от ярости, Булл повернулся к Тиффани, размахнулся и залепил ей такую оплеуху, что девушка отлетела к окну, как подбитая птица. Собрание ахнуло.

Затем издало вопль, ибо Тиффани потеряла равновесие и перевалилась через подоконник.

– Боже!

С пепельным лицом Булл приник к окну. Казалось, все гости рванули туда же, покуда Тиффани со слабым криком летела, как куль тряпья, в воды Темзы с высоты тридцати футов.

Все дальнейшее заняло считаные секунды, изрядно растянувшиеся для присутствовавших.

Платье Тиффани смягчило удар, и она лишь на миг ушла под воду. Оглушенная, девушка все же различила всего в нескольких ярдах огромную опору моста и принялась отчаянно барахтаться, чтобы добраться до нее, пока течение не увлекло ее к месту, где поток неукротимо ввергался в сточный проем. Схватившись кое-как за длинные прибрежные водоросли, она смутно расслышала, как сверху крикнули: «Держись!» Но течение уже вцепилось в нее, тащило за платье. Водоросли скользили в руках. Она держалась из последних сил, понимая: долго ей не протянуть. Вода невдалеке бурлила и пенилась; поток еще настойчивее звал устремиться очертя голову к гибели.

Наверху, в большой комнате, царил переполох. Что делать? Булл пытался выпутаться из своего тяжелого облачения; его жена хватала ртом воздух, предвидя потерю не только дочери, но и мужа. Силверсливз с глубоко набожным видом опустился на колени и начал молиться, тогда как Джеймс Булл размахивал руками и дико вопил:

– Веревку! Несите веревку!

Бегая по комнате, он своротил стол и в запале наступил на астролябию, полностью сокрушив ее хрупкий механизм.

Но только Дукет, бросивший нож и забывший о Силверсливзе, подскочил к окну и прыгнул в тот самый миг, когда Тиффани разжала пальцы.

А секундой позже он уже следовал за ней в неистовый водоворот.

Среди множества недостатков купца Булла не было места неблагодарности, равно как и малодушию.

Через несколько часов, когда Тиффани достаточно опомнилась, чтобы изъясняться членораздельно, он сел у ее постели и провел там часы, внимая ее серьезным речам. Затем сошел в кухню, где у огня сидел Дукет, переодетый в сухое, и пригласил его следовать за собой в большую комнату.

– Я поблагодарил тебя за спасение жизни Тиффани, а так оно и есть, ты спас ее, и снова благодарю, – начал он. – Но после беседы с Тиффани сдается, что я должен принести глубочайшие извинения за то, что сомневался в тебе. Я прошу прощения. – Он выдержал паузу. – Мне также кажется, что моя дочь отчаянно хочет выйти замуж за тебя вместо этого подонка Силверсливза. Она явно прозорливее. – Теперь купец улыбнулся. – Вопрос, Дукет, в том, желаешь ли ты того же?

Дукет и Тиффани поженились через неделю. Это было радостное событие. Уиттингтон стал шафером, Чосер произнес речь.

Прежде чем отдать найденышу дочь, богатый купец выставил одно условие:

– У меня нет сына, а ты, Дукет, получишь от меня крупное состояние, я прошу об одном: нарекись Буллом.

На это молодожены охотно согласились. Так Джеффри и Тиффани Булл зажили вместе в уже снятом для них уютном доме на Ойстер-Хилл у Лондонского моста.

Через месяц произошло и другое радостное событие. В канун свадьбы своей дочери и Карпентера дама Барникель объявила:

– Я собираюсь выйти за Джеймса.

Женщина решила, что сможет вылепить из него что-то дельное, а Джеймс Булл как будто рассудил со своей стороны, что пусть таверна «Джордж» не то богатство, о котором мечталось, но все же предприятие доброе и солидное. «Он станет пивоваром», – сообщила дама Барникель гильдии, и там не посмели перечить. Так родилась пивоварня Булла.

Она же, предвкушая, что снова будет невестой, сделалась совершенной стрекозой.

1386 год

Идея принадлежала Чосеру.

В последнее время он беспокоился за своего друга Булла. Тиффани вышла замуж, жена купца скончалась два года назад, и ему было довольно одиноко. Пару раз Чосеру показалось, что старый друг попивает. И вот весной 1385 года Джеффри пришел в восторг: судьба подарила ему новую должность, а также отличный повод вытащить Булла из скорлупы.

– Мы едем в Кент, – заявил он.

Ибо Чосер только что стал мировым судьей.

Роль мировых судов обозначалась постепенно. Это была хорошая, разумная система, в которой местные джентльмены при содействии профессиональных адвокатов высшего ранга, разбиравшихся в юридических тонкостях, главенствовали над судами графства. Джеффри Чосер соответствовал этой должности, благо ему, как королевскому служащему, пожаловали в Кенте небольшое поместье.

В итоге Булл согласился, но должен был перед отъездом принять одно важное решение. Кто будет вести дела в его отсутствие? Найденыш, женившись на Тиффани, продемонстрировал удивительную деловую хватку, и вскоре Булл счел истинным удовольствием обучать его всему, что знал, но одно обстоятельство купцу не нравилось. Хотя молодой человек согласился расстаться с фамилией Дукет и стать Буллом, он отказался вступить в гильдию торговцев тканями, невзирая на то что Булл мог это устроить.