Сборник "Один плюс один" - Дмитрий Громов

Наверно, старость.

Наш мир – надменен и суров

Зимой и летом,

Но это лучший из миров.

Узнай об этом.

III. КВИНТА

Жалко

палку –

бьет по псу.

Палка,

я тебя спасу.

В решетке окна –

Весна.

Снаружи заточена.

Уйди, удались, сравненье!

Осколок дурного сна.

Прорастают семена из пепла,

вскормлены углями и золой.

Это я, наверное,

ослепла,

стала злой.

Добра много?

Зла мало?!

Держись –

ногу сломала

жизнь.

Из гнилья

слова –

если я права.

Или век гнилья,

или я – не я.

Палый

лист,

не злись –

это жизнь.

Ложись.

Догорает свеча,

что-то тихо шепча

молчаливой

громаде

меча.

Вен небесных просинь

вторглась в мои сны.

Это просто осень

поперек

весны.

Ненавистны ты и я

мерзкой твари Бытия.

Потому что наши души

вне

ее разбухшей туши.

Я – зритель.

Сплю в объятьях зала

И вижу сон,

Как жизнь убитому сказала:

"Прости за все."

Разбито яйцо.

Опустела скрижаль.

Ржавеет под кленом обломок ножа.

И тайное жало терзает безумца:

"О, жаль…"

Зима скатилась к февралю

И, напоследок огрызаясь,

Вчерашний волк,

Сегодня – заяц,

Готовится почить в раю.

– Три кольца – премудрым эльфам,

Семь колец – пещерным гномам…

"Саурон", имперский крейсер,

У Сатурна на орбите

Вышел вдруг в эфир.

Ангел с огненным мечом

Подрядился палачом:

Этих – в ад,

Этих – в рай,

Кого хочешь, выбирай!

На одного Вольтера – двадцать "вальтеров",

На одного Рабле – полста рублей,

На "эго" сыщется полтыщи "альтеров",

Как и на Граббе – дюжина граблей.

Статистика, будь проклята навеки!

Ем халву,

Пишу главу,

Не намерен брать Москву,-

Господи, как мало надо,

Чтоб держаться на плаву!

Осенняя пора!

Очей очарованье!

Гляжу

На Фудзияму –

Какая красота!

Тропа скупа.

Щедра дорога.

Зато дорога – недотрога.

Топчите, ноги! –

Пройти немногим.

Рука сжимает горло

Отраженья:

Одно неосторожное

Движенье –

И в зеркале оскалится не-я…

Утром проснулся

Живой.

Разве не повод для счастья?

Пусть выпадает не часто –

Хватит с лихвой.

Толпа слепа,

Не зная полумер

В забвенье диком.

Но слеп был и Гомер

С Эдипом.

Воспой метро, пиит!

Людская суета

Рекой течет в стеклянные врата,

И грош цена метафорам твоим

Пред гением безумного крота.

И нынче, и вчера, и завтра

Страшнее зверя нет,

Чем кроль,

Вошедший в роль

Тираннозавра.

ХАЙЯМКИ

Величию души твоей,

Гиясаддин Абу-л-Фатх Омар Хайям ан-Нишапури

Прости, красавица, и не вини поэта,

Что он любовь твою подробно описал!

Пусть то, о чем писал, не испытал он сам –

Поверь, он мысленно присутствовал при этом!

Вы считаете, рок безнадежно суров?

Но ведь нет ничего ни в одном из миров,

что избегло бы участи мяса парного:

стать жарким в полыханьи вселенских костров!

Раздавалась во мраке судьбы похвальба:

"Ради шутки на трон вознесла я раба,

а впридачу к венцу наградила проказой!" –

и смеются над шуткой скелеты в гробах…

Этот череп – тюрьма для бродяги-ума.

Из углов насмехается пыльная тьма:

"Глянь в окно, неудачник, возьмись за решетку! –

не тебе суждена бытия кутерьма!.."

Нет мудрости в глупце? И не ищи.

Начала нет в конце? И не ищи.

Те, кто искал, изрядно наследили,

А от тебя следов и не ищи…

В моих глазах – конец земного праха,

В моих глазах – судьбы топор и плаха,

И вновь пьянит украденная жизнь,

И манит терпкий дым чужого страха…

В мельканьи туч, в смятеньи страшных снов

Виденья рвали душу вновь и вновь,

И был наш день – запекшаяся рана,

И вечер был – пролившаяся кровь.

Когда-то был Аллах, и рай, и сатана,

И доброе вино… Но мчатся времена:

Аллаха больше нет, нет сатаны, нет рая,

И, что страшней всего – нет доброго вина!

Что за мир сотворил всемогущий Аллах!

Милосердье в сердцах, благолепье в делах!

Сколько добрых убийц и чудесных маньяков!

Сколько красочных дыб, эшафотов и плах!

Пускай на свадьбах плещется вино,

Оно для наших праздников дано!

Налейте жениху – ведь после свадьбы

Жена не даст напиться все равно!

О женщина, гордись законным мужем,

Корми его едой, храни от стужи –

Быть может, он не лучше остальных,

Но, может быть, он остальных не хуже?

Придет она – ты ей стихи, поэт, пиши,

Уйдет она – тогда тоску вином глуши,

Вот так и мне один остался в утешенье

Возлюбленной моей излюбленный кувшин

Весной тесна учащемуся парта,

И правоверные полны азарта,

Все в марте распускается вокруг…

О женщины, к чему пример брать с марта?!

Боясь жены, друзей, боясь людской молвы,

Боясь назвать кривой ствол дерева кривым,

Ты все равно кричишь, что ты – венец Вселенной.

Как жаль, что под венцом не видно головы!

Хайяма поддержать нам всем давно пора,

Что умный – это друг, а глупый – это враг.

Яд, мудрецом тебе предложенный, прими,

Но пить его не смей, коль сам ты не дурак!

Иль я безмерно туп, иль все тупы втройне,

Когда кричат вокруг, что истина в вине –

В моем стакане дно частенько обнажалось,

Но истины, увы, не видел я на дне!

"Все в мире суета" – вот мудреца ответ

На все вопросы, что подсовывает свет.

Иегова иль Аллах, Юпитер или Будда –