Атомная крепость (Книга 2) - Иван Цацулин

Прокудин побеседовал с полковником Соколовым и об обстоятельствах, заставивших его написать в КГБ относительно "инвалида Отечественной войны" со станции Кратово. Провожая от себя Прокудина, полковник сказал:

- Придется вам, Василий Михайлович, основательно помочь нам. Но не увлекайтесь, будьте осторожны. Если наши худшие опасения подтвердятся, следует быть готовым ко всему. Не забудьте - Тимура Рахитова они хотели отправить на тот свет запросто, ударом ножа - старомодно, зато бесшумно.

А на следующий день в цехе появился Богуславский, как всегда прекрасно одетый, надушенный. Подошел к станку, на котором работал Прокудин, поздоровался, вежливо осведомился о делах, пошутил, что-де рука у него, у Богуславского, легкая: захотел помочь затравленному всякими там прохвостами хорошему человеку и помог, теперь Василий Михайлович, так сказать, в люди вышел, - шутка ли - квалифицированный токарь. Прокудин молчал, он чувствовал, что все это лишь предисловие к какому-то разговору, и не ошибся. Уже серьезно гость сказал:

- Нам надо поговорить. Буду ждать вас сегодня в семь вечера на улице, напротив дома, в котором вы живете. Оденьтесь поприличнее.

Бесцеремонность Богуславского сердила Прокудина, оскорбляла, в другое время он резко отказался бы от встречи с этим субъектом, но не теперь: ведь этот хлыщ - человек "пенсионера Рушникова"! Прокудин согласился.

Минута в минуту он вышел из дома, в стоявшем неподалеку такси его уже поджидал Богуславский.

- Вы точны, - улыбнулся он. - Ну, поехали. - Машина тронулась с места.

- Куда направляемся? - спросил Прокудин.

- В злачное заведение, - рассмеялся Богуславский. - С вас, дорогой Василий Михайлович, причитается. Да и перемену положения обмыть следует вы уже не разнорабочий, а ква-ли-фи-ци-ро-ван-ный токарь! Ну, ну, не бойтесь, я пошутил, грабить вас не собираюсь, взяток не беру. Просто я намерен угостить вас ужином в ресторане, там и поговорим.

В ресторане Богуславский был своим человеком, провел Прокудина в отдельный кабинет. Пили, ели, Богуславский рассказывал анекдоты. Прокудин нетерпеливо ждал, когда же он перейдет к делу, ради которого притащил его в ресторан.

- Вот что, дорогой Василий Михайлович, пора вам перейти на более подходящую работу, - произнес наконец Богуславский.

- Нет, я никуда из цеха не уйду, - возразил Прокудин.

- Уйдете, милейший, уйдете. - Стремясь подпоить Прокудина, Богуславский выпил лишнего сам и теперь явно терял контроль над собой. Так хочет ваш друг-приятель Семен Семенович. И вы не скромничайте, Рушников - умный человек, он знает, чего вы стоите.

Рушников? Вон оно что!

- Так договорились? - продолжал Богуславский, пьянея. - На производстве вы давайте закругляйтесь... Постарайтесь получить положительную характеристику.

- Никуда я не пойду, - уперся Прокудин, - мне и там хорошо.

Богуславский зло ухмыльнулся.

- Вы, Прокудин, наивный ребенок! Честное слово. Ему предлагают выдвижение, а он еще кобенится. Чудак! Сволочь Рахитов? Сволочь. А ходит в начальниках, а вы... - Богуславский грязно выругался. - Надо поумнее быть, вот так!

Прокудин слушал с затаенным вниманием: никогда ни одним словом не обмолвился он Рушникову о своем прошлом, о Рахитове - и все же они знают! Богуславскому рассказал Рушников - это-то ясно, но откуда такая осведомленность Рушникова? И при чем тут вообще Рахитов?

Поход в ресторан приобретал неожиданный интерес.

- Никуда я не пойду, - стоял на своем Прокудин. - Мне выдвижение не нужно, в услугах не нуждаюсь.

- Давно ли? - насмешливо усмехнулся Богуславский. - Забыли, кто вас выручил? Хотите, чтобы опять вышвырнули на мостовую? Что ж, и это можно.

- Не то время, - спокойно заметил Прокудин. Он еле сдерживался, чтобы не дать волю охватившему его гневу.

- Идеалист! - фыркнул Богуславский. - Впрочем, черт с вами, как хотите. Только советую Рушникову не перечить, если вам, конечно, жизнь дорога, а то, чего доброго, в два счета останетесь без головы - у него это быстро... - Он спохватился, что сказал лишнее, и настороженно поглядел на Прокудина, но тот сделал вид, что не обратил на его слова никакого внимания, и Богуславский успокоился.

- Какую работу вы мне предлагаете? - спросил Прокудин.

- Все-таки интересно? - раздраженно сказал Богуславский. - Какую - не знаю, об этом вам Семен Семеныч скажет. Он просил передать, что завтра будет ждать вас для конкретного разговора по этому вопросу. Просит приехать к нему домой. Мой совет - не ссорьтесь с ним.

Прокудин молча пожал плечами: наступление началось сразу же с применением угроз. Что-то будет дальше?

- Хорошо, завтра я подъеду к нему, - небрежно согласился он.

- То-то! - сердито обронил Богуславский. - Пью за ваше повое выдвижение.

Так вот, оказывается, для чего была нужна эта встреча в ресторане: подготовить, уговорить.

Рушников встретил Прокудина с показной сердечностью. Во время беседы с полковником Соколовым, состоявшейся тотчас после того, как Прокудин расстался с Богуславским, оба они полагали, что цель приглашения на станцию Кратово - попытаться так или иначе заставить Василия Михайловича согласиться на какое-то гнусное предложение, которое затем отдало бы его во власть Рушникова или тех, кто за ним стоит. Об этом, казалось бы, говорило все поведение Богуславского. В соответствии с этим Прокудин ждал теперь, когда Рушников пойдет в атаку. Однако хозяин, по-видимому, волк более травленый, чем они с Соколовым полагали: уединяться с гостем не спешил, расхаживал вокруг клумб, ухаживал за цветами, говорил о разных пустяках, часто обращался к присутствовавшей здесь же жене.

Пили чай, гуляли, болтали о том, о сем, - стало уже совсем темно. Прокудин попрощался. Хозяин пошел провожать его до калитки. По дороге остановились возле одной из клумб.

- Пора вам, Василий Михалыч, переходить на большую работу, - заговорил наконец Рушников. - Хватит с вас в черном теле быть. Как вы на это смотрите?

- Не возражаю, смотря о какой работе речь, - сдержанно сказал Прокудин.

- Интересная, значительная... - заверил Рушников. - Сейчас, как вы сами знаете, перспективны проблемы исследования космоса, кибернетика. Вот я и подумал, что вам было бы полезно переключиться на работу в этой сфере, так сказать.

- А конкретно? Какое я мог бы найти себе применение? - с интересом осведомился Прокудин. В темноте он не видел лица собеседника, но почувствовал, как тот самодовольно ухмыльнулся: главное - Прокудин в принципе согласен принять назначение, которое ему хотят подсунуть.

Так, стало быть, они хотят попытаться использовать его, Прокудина, пока вслепую, боятся все-таки начать вербовку! Откладывают ее на более позднее время, надеясь, что такой случай им все-таки представится.