Легенда из подземелий - Алёна Дмитриевна Реброва

делал он это всегда, когда инквизитора не было рядом и она была беззащитна перед подобными нападками. Как правило, это заканчивалось тем, что Бэйр молча уходила к себе в палатку. Сам я при этом не присутствовал, мне все рассказывал Люциус, но теперь у меня появился шанс сказать рыцарю все, что я думаю о его поведении… хотя это не привело ни к какому результату.

Бэйр встала и молча ушла к себе, подарив мне благодарный взгляд напоследок.

Поговорив еще о болезни и о том, что делать дальше, все потихоньку разошлись спать. Я остался ждать Арланда.

Инквизитор пришел нескоро, наверное, через несколько часов. Он валился с ног, но улыбался.

– Половина поста очищена, – торжественно заявил он и, не видя ничего вокруг, ушел в свою комнату.

Через несколько минут в полной тишине я услышал, как они с Бэйр ругались. Как всегда, из-за одного и того же: Арланд слишком изматывал себя, а ведьма отказывалась понимать его благородную жертву во имя справедливости. Кончилось тем, что Арланд швырнул о стену что-то стеклянное – скорее всего, бутылочку со снотворным, – и ушел спать на циновку в комнату, где мы все недавно сидели.

– Дура!… – бормотал она, валясь на один из походных мешков. Видимо, братец не заметил, что я все еще сидел здесь.

– Она волнуется за тебя, – заметил я. – К тому же, ты ушел так надолго, а ей нужна была твоя помощь.

– Что-то случилось? – Арланд, вспомнив, что я здесь, пристыжено умолк.

– Да…

Я рассказал ему о Кудеяре, Люциусе и Адольфе. Так же я решил рассказать ему о Маргул, Райнаре и о стае управляемых ящеров. Ведь должен кто-то еще знать о том, что происходит: мало ли, что со мной может случиться.

– Почему ты никому не рассказывал об этом?

– Не все меня послушают. К тому же, Люциус в прошлый раз от одного вида Райнара – на вашей с Бэйр свадьбе – впал в страшную истерику. Что же будет с ним, если он узнает о том, что может отомстить давнему врагу и заслуженно замучить его до смерти, пройдя лишь несколько ярусов вниз? Наверняка ничем хорошим это не кончится.

– Ты прав, – Арланд, уже дрожавший от переутомления, повалился на мешок. – Я бы очень хотел обсудить с тобой это, но вряд ли я смогу…

– Почему ты не вернешься в вашу спальню?

– Она меня выгнала и заперла дверь. Думаешь, я бы сам ушел, что ли?

– Не думал, что она может тебя выгнать…

– Может, поверь… – он слабо улыбнулся и тут же уснул.

Посидев немного, я пошел к себе и там уснул через какое-то время.

Последний бой

Мы просидели в доме еще четыре дня, пока Адольф и Кудеяр полностью не поправились и Арланд не отпустил всех духов. За это время Маргул ни разу ко мне не приходила, и я не узнал ничего нового.

Каждый день, поохотившись в тени, я готовил еду, а потом отправлялся изучать пост. Но многие вещи уже были переставлены Арландом, почти все скелеты куда-то пропали, потому мне так и не удалось понять, что произошло.

Когда я спросил брата о том, что ему сказали духи, он ответил, что они сами не знают, как так получилось, что ворота открылись и ящеры проникли внутрь. Знают только, что это случилось двести сорок один год назад – то есть дела Маргул и Райнара здесь точно не причем.

Когда мази заживили раны Адольфа и Кудеяр перестал быть похожим на Люциуса, мы продолжили путь, как будто ничего и не было. Маргул держала свое обещание, и все опасные животные в округе были аккуратно подвешены возле сталактитов, никто нас не трогал.

Маяки больше не пропадали, и мы шли с прежней скоростью. Приближался переход на четвертый ярус.

Примерно на седьмом маяке, до которого мы добрались быстрее, чем планировали, Бэйр ушла в одну из пещеры, чтобы помыться: нам давно не попадались подземные озера. Когда она вернулась, ее лицо сияло от счастья, она почему-то кинулась на шею Арланду и что-то прошептала ему на ухо. Братец, выслушав ее, тоже развеселился. Они немного покружились в свете маяка, а потом Бэйр спряталась в их палатке.

Когда Арланд вернулся к костру, где все сидели, Кудеяр осторожно спросил, в чем же заключается эта радостная новость, которой ведьма почему-то поделилась только с ним.

– Она… – еще улыбающийся Арланд запнулся.

– Только не говори, что она того!… – Люциус, ухмыляясь, обрисовал на себе руками большой живот.

Арланд промолчал. Хорошо его зная, я понял, что он просто не может решиться: врать ему и говорить «да» или придумать ложь побезобиднее.

Я слышал, что Бэйр шепнула ему, что второй раз видела кенгуру. До этого она мне как-то рассказывала, что кенгуру, это такие странные животные в ее мире, которое носят детенышей в сумках. Видимо, все эти восторги означали, что ведьме удалось второй раз прорезать ключом окно в свой мир… что теперь они могут попасть на Землю, когда захотят. Хоть сейчас.

Я не знал, радоваться мне за них или расстраиваться, что вскоре потеряю обоих.

– Так неужели она правда?… – Кудеяр с огромными от ужаса глазами смотрел на Арланда, ожидая ответа. Такие же лица были у всех, как это ни странно.

– Нет, – инквизитор поспешил всех успокоить. – Просто она начала чувствовать своей левой рукой и теперь даже может двигать ей больше обычного.

Общий вздох облегчения эхом разнесся по лабиринтам.

– Беременность сильно бы осложнила наше общее положение… – сказал Кудеяр, как бы извиняясь за свою реакцию.

– Мы и сами понимаем, что не время, – ответил Арланд, закрывая тему.

После этого случая я каждый раз внутренне прощался с Бэйр, когда они с Арландом уходили куда-то вместе. Не то чтобы я думал, что они уйдут насовсем, даже не простившись со мной, но все же я не мог не бояться, что они не вернутся.

Люциус, тоже понявший, в чем дело, не спускал с них глаз. И, каждый раз, когда они уходили, закрывал глаза и начинал вслушиваться в вибрации пространства. Один раз он, таким образом медитируя, вскочил и бросился за ними, но, не добежав до края света маяка, безумно расхохотался и вернулся на место. Остальным объяснил, что ему показалось, будто кто-то хочет напасть на него сзади. Вскоре после его выходки парочка вернулась обратно в лагерь, оба довольно улыбались.

Когда мы были на последнем маяке третьего яруса, я решил заночевать вне света, чтобы Маргул могла