Говорящие с... - Мария Барышева

   - Чего? - отозвалась та, не оборачиваясь и не останавливаясь.

   - Ну а при чем тут Иванов, Юля?! Он тоже был свидетелем?

   - Не был. Зато он придурок и вообще порядочная тварь! - Юля наверху выпрямилась и пошла по коньку к башне. - И гостиницу построил дурацкую! Уродует лицо города!

   - Да, это аргумент, - пробормотала Эша, заспешив и стараясь не думать о том, насколько неприятно будет свалиться вниз. Юля уже добралась до лесенки и теперь проворно взбиралась вверх. Достигнув полукруглого выступа перед циферблатом, она, держась за перила, поставила на него одну ногу, и Эша, с лязгом карабкавшаяся следом, едва успела схватить Юлю за вторую ногу, уже тоже начавшую подниматься к выступу, и дернула обратно. Юля издала низкий рычащий звук, провалившись на одну ступеньку вниз, потом брыкнула Шталь свободной ногой, угодив ей в плечо. Удар оказался настолько сильным, что едва не сбил ее с лестницы, и Эша, тотчас ногу выпустив, с испуганным визгом повисла на одной руке, извиваясь, как гусеница. Цепь свалилась с шеи и закачалась, бряцая о лестницу. Эша, постукивая зубами, нашарила ногой железную перекладину и, хрипло выдохнув, снова ринулась вперед. Юля уже выбралась на выступ, перешагнув через фигурный бортик. Ее волосы летели по ветру, черты лица подпрыгивали, губы вздергивались. Юля походила на ведьму - очень злую, очень несчастную и безнадежно сумасшедшую ведьму, и, выбираясь на выступ, Эша слышала, как что-то щелкает за большим диском циферблата - щелкает вразнобой с колотящимся ведьминским сердцем. Еще секунда, и оба сердца будут биться в одном ритме. Улыбнувшись, Юля потянулась развернутой ладонью к часам, стрелки которых подбирались к пяти, и Шталь, отчаянным рывком бросив свое тело вперед, эту ладонь поймала. К часам тотчас метнулась вторая ладонь, Эша словила и ее, и Юля, издав потусторонний визг, попыталась пнуть противницу, но Шталь удалось увернуться. На мгновение она оказалась на самом краешке выступа, перед ней качнулись крутой скат и опрокинутый утренний двор, и Эша, сглотнув, дернулась обратно, в свою очередь попытавшись пнуть Фиалко. Несколько секунд они раскачивались на выступе в весьма осторожной драке, потом Юля, потеряв терпение, изо всех сил оттолкнула Эшу в сторону и яростно рванулась к циферблату. Эша, которой едва удалось сохранить равновесие и которой за это мгновение передумалось очень многое, подхватила свою цепь и, словно кнутом, наотмашь хлопнула по промелькнувшей тонкой спине. Юля взвыла, в следующий момент Шталь набросила цепь ей на шею и дернула, оттаскивая прочь от часов. Извернувшись, Юля пнула ее в колено, тут уже взвыла Эша, уронив цепь, в ту же секунду Юля, качнувшись от собственного удара, споткнулась и с истошным воплем порхнула через бортик. Суматошно машущая рука успела мазнуть по цепи и немедленно вцепилась в нее мертвой хваткой. Цепь рванулась, Шталь сбило с ног и потащило к невысокому бортику.

   - Помогите! - в ужасе завопила Юля откуда-то снизу.

   - Ты оторвешь мне ногу, идиотка! - крикнула в ответ Эша, упираясь свободной ногой в бортик и делая судорожные движения, пытаясь дотянуться до цепи. Браслет резал ступню с такой силой, что Шталь уже вполне отчетливо видела собственную оторванную конечность. - Немедленно падай!

   - Помогите!

   - Всего-то третий этаж!

   - Я не могу упасть! - провизжала Юля. - Если я разобьюсь, остановятся часы моего сына! Пожалуйста!

   - Чтоб ты провалилась! - сипло сказала Эша, тут же подумав, что пожелание сильно запоздало. - Поднимайся по цепи. Живо, пока у меня не кончилось терпение и нога!

   - Я не могу! - жалобно ответили снизу. Цепь снова дернулась, нога Эши соскочила с бортика и неумолимо поползла вперед и вверх, и Эша завизжала. Когда нога окажется за бортиком, на весу, она совершенно точно переломится, и, осознав это, Шталь завизжала еще громче. Сзади что-то щелкнуло, скрипнуло, цепь опять рванулась, Эшу приподняло, и тут чьи-то руки крепко схватили ее за плечи и вернули на место, потом мимо наклонился очень знакомый человек и, потянувшись, ухватил цепь, ослабив чудовищное давление на несчастную шталевскую конечность. Позади что-то снова щелкнуло, и еще один очень знакомый человек закричал:

   - Куда, я сам, я уже иду! Уже пришел! Стоп! Сейчас! Вот! Ага!

   Одновременно с "ага!" цепь схватили еще одни руки, и Эша, хрипло вздохнув, откинулась назад, стукнувшись затылком о стену у подножия часов и мало интересуясь дальнейшим. Прибывшие деловито выбирали цепь, и вскоре над краем выступа показалась взъерошенная голова Юли, клацавшей зубами. Ее подхватили под руки, вытащили и тут же увлекли в открытую дверцу сбоку от циферблата. Секунду спустя один из спасителей снова выглянул и поинтересовался:

   - Идете? Или вам нравится вид?

   - Идите к черту! - сказала Шталь, баюкая раненую ногу. - Просто вот развернитесь сейчас и идите к черту!

   - Вам повезло, что здесь такая широкая площадка, - человек усмехнулся. - Ладно вам, я не обижаюсь на женщин. Особенно на мокрых женщин с плохим педикюром.

   - Идите к...

   Человек ухватил ее и, несопротивляющуюся, втащил в дверцу, после чего снес по узкой винтовой лесенке и только выйдя в коридор поставил на ноги. Эша ойкнула и одну ногу немедленно поджала, после чего хрипло сказала:

   - А как... - она запнулась, - а откуда... Вы за мной следили?

   - Больно надо, - простецки сказал Ейщаров, за время разлуки обзаведшийся очень короткими волосами, что придало ему больше привлекательности. Борода и усы исчезли, и их место занимала недельная темная щетина, под глазами залегли легкие тени, и выглядел он утомленным, но вполне довольным жизнью. - Просто у меня неподалеку сломалась машина, и я подумал, что это неспроста.

   - Вранье!

   - Эша, - мягко сказал Олег Георгиевич, - я плачу вам за то, чтобы вы задавали вопросы разным людям, но вовсе не за то, чтобы вы задавали их мне.

   - Не вижу логики во всей этой затее! - проскрежетала Эша. - Вы за мной следили! Вы могли бы приехать раньше! Я видела себя старой! У меня забрали два года жизни! Я полночи просидела на цепи! Я...

   - Хватит, - Олег Георгиевич легко встряхнул ее за плечо. - Делайте свою работу, Эша, а наше обрамление вас не касается. Раз не приехали - значит нельзя было! Ни в этот раз, ни в прошлый, ни в последующий. Мне и сейчас не следовало приезжать. Разумеется, ваши переживания и потери будут вам компенсированы.

   - Я могла умереть!

   - Разве я вас об этом не предупреждал?

   - У вас есть Говорящий, которым вы проверяете города! Зачем вам я?!.. - Эша остановилась, потом очень тихо спросила: - Они не чувствуют второе поколение. Они не чувствуют зараженных. Ваши Говорящие заразны. Не знаю, как это возможно, но они заразны, и вы об этом знаете. Вы представляете, что вы со мной сделали?!