Территория души. Книга 2 - Наталья Батракова

Машина медленно двинулась по улице дачного поселка. «Dont trouble troubles, till troubles trouble you. He беспокой беспокойства, пока они не беспокоят тебя, — не к месту вспомнила Лена английскую поговорку… — Не буди лихо, пока тихо».

Савицкий вернулся намного раньше, чем планировал. Аня лежала с закрытыми глазами на прежнем месте и в прежней позе. Услышав шаги, она приоткрыла глаза и снова сомкнула веки.

Вдруг до ее слуха донесся щелчок, и на веранде послышался голос Виктора:

— …Доброе утро, Алина. Спасибо, что приехали.

— Алина, нам необходимо знать, где и как была произведена запись на видеокассете, которую подбросили вашему отцу? — донесся голос Кости.

— На какой кассете?

— Вы прекрасно знаете, о чем речь…

— На днях в такую, как и вы, ситуацию попал очень близкий нам человек, и на сегодняшний день нам известно, что вы — не первая, а он — не последний в этом импровизированном, списке. Мы хотим найти человека, который шантажирует и не дает нормально жить многим. Ошибки бывают у всех, ноэто не повод калечить людям жизнь.

Снова раздался щелчок, и разговор прекратился..

— Что это? — спросила Анна после долгой паузы.

— Запись утреннего разговора с Алиной Семчуковой, — ответил Слава.

— Надо же, — скептически хмыкнула она. — Неужелии ее умудрились привлечь на защиту Крылова?

Савицкий удивленно поднял брови: такая Анна ему не очень нравилась. В то же время от него не укрылось и то, как она оживилась.

— Если прослушаешь до конца, ты поймешь, что это не спектакль. Такой сценарий экспромтом не напишешь. Будем слушать?

Борясь с собственной гордостью и желанием дослушать, она какое-то время молчала.

— Ладно, давай. Все равно делать нечего, — как можно более равнодушно согласилась она.

Савицкий щелкнул кнопкой диктофона, положил его на стоявший рядом с тахтой стул и, присев на крыльце, закурил. Запись он успел прослушать трижды: сначала долго анализировал рассказ Алины вместе с Крыловым и Хориным в офисе, затем думал о нем по пути на дачу. Его не покидало странное ощущение, что он знает и дом, и его хозяина. Но, перебирая в памяти всех знакомых, кто имел новый черный джип и обшитый белым сайдингом дом за городом, никак не мог вычислить этого человека.

«Значит, — пришел он к выводу, — он не входит в круг моих постоянных клиентов и приятелей. Встреча и знакомство могли быть случайными… Дом? Сколько загородных домов я перевидел за эти годы… Черт! Что же меня так зацепило в ее рассказе!» — тяжело вздохнул он и снова прислушался к записи.

— Я обещаю, что, если мы его найдем, все материалы, касающиеся тебя, ты уничтожишь сама лично.

— Правда?!

— Даю слово. И тогда уж делай, что хочешь: меняй работу, выходи замуж, рожай детей… Никто тебе не помешает. Сегодня — отдыхай, а завтра с самого утра вместе с Малининым начнешь объезд оставшихся мест, — голос Крылова звучал более приглушенно.

«Сидит дальше всех», — непроизвольно заметил Слава.

— А работа?

— Сейчас это твоя главная работа. Бери на заметку все дома, которые вызовут малейшую ассоциацию с воспоминаниями.Ну, вот и все на сегодня.

— Спасибо.

— Пока не за что.

— Есть. И еще раз простите за все. Глупая была…

«Запись закончилась», — понял Савицкий и встал с крыльца

— Ну, что скажешь? — спросил он, пряча в карман диктофон. — Все поняла?

— Поняла, — тихо ответила Анна и повернулась на спину. — Поняла, что могла бы оказаться на ее месте…

— Тебе что-то знакомо из описания? — приступил он к главному.

— У меня какие-то странные ассоциации с фигурками, — наморщив лоб, ответила она. — Но статуя Будды ни о чем не говорит. Нет… Я тут думала… Скорее всего, этот человек бывал в Штатах и что-то читал в прессе о нашем семействе. Иначе откуда он знает о Балайзере? Возможно, знает меня по жизни в Минске. Но, с другой стороны, отношения с Костей… Знаешь, — Анна тряхнула головой и присела на тахте. — Я бы запросто могла подумать, что все это подстроил ты или Артюхин!

— Ну, спасибо! — оторопел Савицкий и от неожиданности присел на табуретку.

— Не обижайся.Ну, сам посуди, кто еще знает обо мне больше тебя? Только Крылов. Но при чем тогда Алина? — продолжала рассуждать Анна вслух. — Если бы вам нужен был ее отец, и Владимир Анатольевич, и ты нашли бы другой подход. А что касается остальных случаев… Что бы ни говорили об Артюхине, я знаю, как он бережет свою репутацию. А уж мне, уверена, ничего плохого он никогда не сможет сделать..

— А я, значит, могу? — обиженно усмехнулся Слава.

— Нет. Ты тоже не можешь. Потому что… Если бы я не встретила Костю… — Анна опустила голову. — Почему-то я хорошо помню нашу первую встречу, в лифте, в старом офисе… В тот день я узнала, что Игорь и Людмила вовсе не родственники, бабушка лежала в больнице, на работе не поймешь что… А здесь ты, такой спокойный, уверенный, с большим переносным телефоном в руках. Помню, как ты спросил, какой этаж, а когда оказалось, что на один и тот же, так тепло на меня посмотрел, что захотелось броситься тебе на грудь и разрыдаться. Прости за такое признание… Но я рада, что у меня есть такой друг, как ты.

«Какой же я был дурак!» — опустив голову, подумал он.

— Спасибо, — тихо ответил Слава. — Спасибо за твои слова. Теперь и мне станет легче жить на свете… У меня тоже есть друг, и впервые этот друг — женщина. Эх! — повернулся он к ней с печальной улыбкой. — Сначала шеф, теперь Костя… Первый раз я уступил, во второй — опоздал.Не судьба, значит…

— Почему после «Гурмана» ты привез меня в квартиру на площади? — неожиданно спросила Анна.

— Во-первых, потому что это было ближе всего. А во-вторых, — он шумно вздохнул, — ты сама ответила на этот вопрос: он, а не я.

На веранде установилась тишина. Сквозь открытую дверь долетали звуки живущего своей жизнью дачного поселка.

— Слава, у тебя есть женщина? — задумчиво поинтересовалась Анна.

— Бывают, — ответил он, улыбнувшись.

— Тебе надо жениться.

— Я подумаю над твоим предложением, — снова улыбнулся он. — Но сначала я должен найти этого гада!Не могу же я допустить, чтобы страдал мой друг!

— А вдруг я буду страдать еще сильнее? — словно ища поддержки, спросила жалобно.

— Не будешь, — твердо заявил он.

— Почему?

— Интуиция… По словам Кости, запись обрезали в самом интересном месте, когда он встал и вышел из комнаты.

— И ты веришь, что такое может случиться с мужчиной в полном расцвете сил?

— Лишь в том случае, если он любит другую женщину и боится ее потерять, — серьезно ответил Савицкий и вдруг рассмеялся: — Или если полный импотент! Но такой диагноз, как мне кажется, не по адресу.