Невыносимая шестерка Тристы - Пенелопа Дуглас

конечно, ты можешь остаться, и мы можем пожениться, так как нам восемнадцать, но что потом?

Я смеюсь, но потом ее слова поражают меня, и я замираю. Это не приходило мне в голову до того, как она это сказала, но слова прозвучали так правильно. Мы поженимся.

Я вижу, как дрожит ее подбородок.

— И если ты вернешься…

С нежностью прижимаю палец к ее губам.

— Я вернусь домой. — Обхватываю ее лицо руками. — Это не конец.

— Я люблю тебя, — выдыхает Клэй.

И я целую ее, позволяя ей почувствовать мое сердце, чтобы она никогда не сомневалась в этом.

Мы обязательно поженимся.

Эпилог

Клэй

Четыре года спустя

Меня сейчас стошнит.

Я наклоняюсь над раковиной и замечаю в окне Мэйкона. Он расхаживает по гаражу, работая над моим бронко, и мне кажется, что, наверное, лучше подождать, чтобы поговорить с ним. Он уже бесплатно чинит мою машину. Мне бы не хотелось просить о большем.

Раздается звук шлепка по моей заднице, и я вскрикиваю, разворачиваясь. Декс визжит, крошки Читос выпадают из его рта, а потом он убегает.

— Декс! — рычу я, когда он исчезает из кухни Джэгеров.

Никаких манер, да и откуда им взяться? За последние четыре года я провела с ним больше времени, чем его тетя. Но он не усвоил ничего из того, чему я пыталась его научить.

Стряхиваю крошки с джинсов и выдыхаю, приглаживая волосы. Я больше нервничаю, разговаривая с Мэйконом, чем с Лив.

Я делаю еще пару глубоких вдохов, вытираю уголки губ, стираю помаду и направляюсь в гараж.

— Сделай громче, — кричит Мэйкон.

Арми садится на табурет за рабочим столом и протягивает руку, чтобы включить радио. Играет какая-то песня группы Type O Negative, и я на минуту зависаю в дверях, прежде чем заставляю себя спуститься по ступенькам.

— Я еще не закончил, — говорит мне Мэйкон.

Он наклоняется над капотом, крутит гаечный ключ, а я стою с другой стороны, переминаясь с ноги на ногу.

Могу я поговорить с тобой наедине?

Нет, не говори так. Нотка серьезности в этом разговоре только разозлит его.

Мы с Лив… так как мы переезжаем на старый маяк… я как бы… подумала…

Уф. Почему я так волнуюсь. Спустя четыре года я ощущаю себя рядом с этим мужчиной не более комфортно, чем раньше. Прямой прием работает лучше всего, но я чувствую, что, если открою рот, не продумав речь заранее, меня стошнит.

Я открываю рот и затем закрываю, меня пробирает дрожь, а на лице выступает пот.

— Ты в порядке? — спрашивает кто-то.

Поднимаю глаза и вижу Мэйкона, застывшего под капотом и наблюдающего за мной.

— Эм, да. А что?

Он снова возвращается к работе.

— Кажется, ты хочешь что-то сказать.

Сглатываю несколько раз, чтобы промочить горло, но понимаю, что заламываю пальцы, и немедленно останавливаюсь.

— Я… эмм… — Мне не хватает воздуха.

Он снова замирает и внимательно смотрит на меня, и я чувствую, что Арми тоже прекратил свое занятие и наблюдает за мной.

Просто скажи это. Боже.

Я делаю глубокий вдох.

— Я хочу жениться на твоей сестре.

Он стоит там, и даже не похоже, что у него бьется сердце, когда он не сводит с меня взгляда.

Именно в такой неподходящий момент сводит живот, и я кашляю, чтобы меня не вырвало.

Я не понимаю. Он удивлен? Мы с Лив вместе со старшей школы. Мы пережили разлуку, сомнения, несколько ссор, неопределенное будущее и то, куда приведет нас наша карьера. Она даже уехала из Дартмута на неделю и вернулась домой, потому что мы больше не могли выносить разлуку.

То есть до тех пор, пока я не убедила ее вернуться.

Мы просто купили маяк и теперь ремонтируем его. Он знает, что мы связаны навечно.

— И чего ты хочешь от меня? — спрашивает он. — Я должен спросить ее, нравишься ли ты ей, но не говорить ей, что она тебе нравится, пока я сначала не узнаю, что ты ей нравишься или что-то в этом роде?

Какой придурок.

— Я прошу твоего благословения.

— Точнее, моего разрешения? — исправляет он, сдерживая веселье.

Я сжимаю челюсти, мой желудок сейчас в порядке, но гнев поднимается, чтобы занять его место.

Он смеется, переводя взгляд на Арми, а затем снова на меня.

— К ней не прилагаются козы, земля или что-то еще. Мы бедные, Клэй. Я имею в виду, ты, вероятно, могла бы заставить нас заплатить, чтобы забрать ее.

Арми усмехается, и я поднимаю бровь, теряя терпение.

— Мэйкон…

— Не знаю, мы бы вручили ей напоследок шесть упаковок пива или что-то в этом роде, — предлагает он в качестве приданого. — Это подойдет?

Арми смеется все громче.

Придурок! Я напрягаюсь.

— Может, заткнешься? — восклицаю я. — Черт возьми, это должен быть прекрасный момент.

Я имею в виду, извините, но я живой человек. Он южанин. Предполагалось, что жест с просьбой руки его сестры будет оценен по достоинству.

Да пошел он. Тогда я просто заберу ее.

— Ты собираешься устраивать скандал, если я женюсь на твоей сестре? — рычу я.

Он и Арми заканчивают смеяться над иронией такой независимой женщины, как я, успешной владелицы бизнеса, спрашивающей разрешения у мужчины на что угодно.

Мэйкон успокаивается, откладывает в сторону инструменты и обходит машину, направляясь ко мне. В его глазах появляется задумчивость.

— Будь добра к ней.

Я расправляю плечи.

— Будь верной и поддерживай ее во всем, — продолжает он. — Это единственное, что мой отец мог сделать для матери. И это сохранило ей жизнь.

На мгновение я опускаю взгляд, зная, что психическое заболевание убило Тристу Джэгер задолго до того, как она на самом деле умерла. Одна из самых трудных вещей, которую я усвоила вместе с моим братом, заключалась в том, что не всегда в твоих силах избавить от боли тех, кого любишь. Просто будь здесь.

— В конце концов, все, что нужно — это доверие, — говорит Мэйкон.

Я киваю, немного удивленная слезами на глазах.

Он поворачивается и направляется обратно к машине.

— Если ты подведешь ее, — бросает он через плечо, — я скормлю тебя аллигаторам.

Арми смеется, но я не даже не улыбаюсь, когда выхожу из гаража и сжимаю кольцо в кармане.

Мэйкон не бросает слов на ветер.

Мэйкон — отстой.

Оливия

Сегодня вечером я приготовлю ужин. Она не знает этого, но, надеюсь, что она ничего не запланировала, хотя я уверена, что она этого не сделала. Клэй занята на работе, и это своего рода палка о двух концах — знать, что думать или чувствовать, когда в похоронном бюро много дел.

Я имею в виду, да, она может поддержать нас, пока я жду гонораров от инди-фильмов, и вкладывается во все остальное, что у меня есть, в мою первую театральную постановку в театре в Майами следующим летом, но это также означает, что люди страдали, теряя близких. Хотя я рада, что у нее все хорошо. Общество доверяет ей, и Вайнд Хаус получает прибыль, взяв ее в качестве партнера.

Я сворачиваю в небольшом магазине в поисках вина, которое она любит, но вижу мистера Коллинза, стоящего перед какими-то консервами, и останавливаюсь.

Я делаю шаг назад, размышляя о побеге, прежде чем он увидит меня.

Но он кривит рот в сторону, выглядя неуверенно, и я не ухожу.

Мы ладим и все такое, но обычно не остаемся наедине. Клэй лучше ведет светскую беседу.

— Вы выглядите