Я все еще должен (СИ) - Мелешкин Максим

— Не такая и дрянь, это их оружие, вполне удобные и убойные пушки. Если учитывать, что огнестрел в этом мире появился всего пять лет назад, очень даже.

— Он ещё очень долго тут не появился, если бы не наши… — запнулся командир. — Друзья.

Практически уверен, что мужик не смог выдавить из себя слово «хозяева». Бойцы сделали вид, что ничего не заметили, но разговор смолк. Каждый занялся какими-то очень важными делами. Какое-то время висела тишина, только позвякивания и постукивания выдавали присутствие людей на этом необитаемом островке.

— Бабу хочется. Так долго нам тут ещё сидеть? — наконец-то не выдержал высокий мужик с кружкой кипятка в руках.

— Недели две. — буркнул командир. — Потом нас сменят.

Это всё, что мне было надо знать. Открыл глаза в физическом теле, потянулся и, массируя грудь, поплёлся в дом. Сложно стало так далеко улетать.

Глава 6

Следующий день провели вместе с Сашей. За тренировками и домашними хлопотами время пролетело незаметно. Пришлось помогать сыну собирать урожай ягод и ухаживать за нашим огородиком. С удовольствием провалялся весь день в прохладном доме, но было стыдно, что двенадцатилетний пацан полностью тащит на себе хозяйство. Саша командовал, а я послушно исполнял его указания. Это очень удобно, тебе сказали и ты пошёл делать, не думая зачем. Вначале соседям было смешно и удивительно на это смотреть, но потом привыкли. Некоторые недалёкие личности пытались подтрунивать при разговоре со мной, но доходчиво объяснил всем, что не люблю и не понимаю такие шутки. Моё мастерство в божере и статус стражника быстро поставили крест на их пренебрежительном ко мне отношении. Немного позже по деревне разошёлся слух о Жене и его учёбе на мага. Со временем мы стали в деревне очень даже уважаемыми людьми.

Небольшие поселения в любом месте это некая закрытая община, в которую очень тяжело принимают чужаков. Проходит очень длительное время притирания и узнавания местных негласных правил. Часто бывает, что чужаки и неспособны прижиться в такой коммуне, где каждый кум, брат, сват или имеет ещё какую-то степень родства. Мы же влились очень быстро. Не старались никому ничего доказывать, убеждать, просто приехали, купили дом, выдержали несколько экзаменов на прочность, показали себя и нас приняли. Не могло быть по-другому. Сашу любили, можно сказать, почитали за его спокойный нрав и хозяйственные навыки. Женю уважали за его магический талант и безотказность. Меня просто побаивались. Мы никому не мешали жить, помогали чем могли, но не давали усесться на голову. В общем, первые полгода были не очень приятными, потом нас решили не трогать, ещё через год уже считали своими. Львиная доля этого результата заслуга Саши, потом статус Жени, как будущего мага, и чуть-чуть моей частички, как силовой компоненты. Добрые люди должны быть с кулаками.

— У тебя уже каждый горшочек расписан? — улыбнулся сыну, перелезая с ветки на ветку.

В этом году хорошо уродили деревья с плодами похожими на наши черешни. Сын в позапрошлом году впервые наварил варенья из них, так уже в прошлом за этой вкуснятиной образовалась очередь. У местных почему-то ничего не получалось, хотя Саша честно, ничего не утаивая, поделился рецептом. Некоторых даже лично учил и всё равно получается не то, руки, видимо, растут не оттуда. Или просто мой Сашка талант от Бога.

— Не поверишь, приезжали из нескольких столичных трактиров. Договаривались за поставки. — ответил Саша, бросая горсть ягод в ведро.

— Хм… Так какого мы тут корячимся? Нанять соседей пусть заработают и нам меньше работы. А мы отобьёмся, продав варенье в столицу.

— Собирай, бизнесмен! — улыбнулся подросток. — Вытопчут всё, деревья поломают, это ж динозавры, а не люди. Они по своим огородам ходят, как слоны, а ты их хочешь сюда пустить.

— Та ладно тебе, Саш! Это ж ого-го… — не смог подобрать слов.

— Ерунда. — махнул сын рукой. — Тут не знаешь, что завтра будет, а ты предлагаешь бизнес на варенье делать.

— А почему бы и нет? — удивился. — Может быть, сделаем столько денег, что удастся круг архимагов купить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Или придётся всё бросить и убегать. — возразил сын, бережно опуская очередные ягоды в ведро, висящее на ветке.

— Вроде бы фронт стабилен. — неуверенно сказал, утрамбовывая урожай в тару.

— Не дави ягоды! Ты сам в это не веришь. Ладно хватит уже. Пошли выковыривать косточки.

— О нет! За что? — театрально воздел руки к небу, при этом опасно балансируя на довольно тонкой ветке.

— Да, пап, и не отвертишься, как в прошлый раз. — сурово посмотрел на меня подросток.

Пришлось до вечера возиться с косточками. Весь двор и мы с сыном полностью были в липком красном соке, который, как специально брызгал во все стороны, пытаясь побольше заляпать всё вокруг. Вечером Саша пошёл возиться с вареньем, а я натаскал ему воды и дров, помылся и слетал к Байрону. Ничего не изменилось, новостей не было и я спокойно завалился спать, завтра на работу.

Рано утром, оседлав своего нелюбимого мерина, спокойно доехал до города. За три дня моего отсутствия ничего не изменилось. Чувствовал всё те же враждебные взгляды в спину, пока ехал через раскинувшийся за стенами столицы бедный район. Шныряющие по грязным подворотням подозрительные рожи заставляли держать руку поближе к кобуре. Тут и там глаз мозолили расклеенные листовки, агитирующие за добрых альвов и свержение злой императорской власти, намекали, что стража здесь появляется нечасто. В воротах дежурила секста, судя по знакам из первого легиона, мужики, увидев мой горжет, задали несколько дежурных вопросов и пропустили в город.

Привычно сдал лошадь трактирному конюху, пожелал хорошо выспаться и потопал в управу. Перед зданием в теньке уже стоял Брек.

— Даров. — подошёл к нему. — Почему так быстро пролетают выходные?

— Привет. — пожал мою руку мужик. — И не говори, Малой. Только глаза закрыл, а уже опять на службу.

— Угу. Будем надеяться, что будет спокойно.

— Когда такое было?

— А вдруг?

— Наивный. — хмыкнул Брек.

Из-за угла вышел бодрый Лог и направился к нам. За ним шествовал какой-то тощий парнишка с новеньким блестящим горжетом стражи на худой шее. Он смотрелся на нём как фрак на корове, но тем не менее присутствовал и подсказывал нам, что, вероятнее всего, это замена погибшего Жефа. На боку паренька висел барлер последней модификации, такой же как у меня.

— Знакомьтесь, бойцы, это Ёркиз. — не откладывая в долгий ящик сразу же начал нонер. — Вижу, вы уже догадались. Да, этот парень теперь вместо Жефа. Малой, теперь это твоя печаль.

— Ну, понятно. — пробурчал себе под нос и посмотрел на прыщавое лицо новичка.

Парень мне сразу не понравился. Непохож он на рядового стражника и того кто будет честно служить и стаптывать сапоги, охраняя покой жителей города. Я, наверное, тоже не сильно укладываюсь в образ, но честно стараюсь делать всё, что от меня зависит на своём месте. Поэтому типу сразу всё видно. Вероятнее всего, карьерист. Причём за чужой счёт. Наверняка папка посуетился и засунул в стражу, походит с нами несколько месяцев и пойдёт на повышение. Потом удивляемся, почему это империя медленно, но верно терпит поражение в войне. Положиться на него невозможно, оставить прикрывать спину тоже. Одна головная боль подкатила. Жеф тоже был тот ещё боец, но уж точно лучше этого. После того как он окинул меня явно пренебрежительным взглядом мелькнула мысль подставить его под нож или пулю при первом же удобном случае. Но выносить пареньку приговор сгоряча не стоит, надо ещё присмотреться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Брек сделал вид, что это его не касается и отвернулся. Я же некоторое время пободался взглядами с новичком, пока он не отвёл глаза в сторону. Лог хмыкнул.

— Ладно, сработаемся, как-нибудь. — сказал нонер. — Пошли, сегодня обычный скучный патруль на нашем месте.

— Будем надеяться. — буркнул Брек и направился за Логом.

До обеда подпирали стенки, стоя в тени, на нашем всегдашнем перекрёстке. Делали вид, что внимательно следим за проходящими людьми. Новенький явно себя пересиливая и практически в приказной форме попытался задать несколько вопросов, но был послан в далёкое пешее путешествие. На его худом лице отразилось сначала непонимание, потом возмущение, злость и даже проступила ярость, но он себя смог сдержать. Было забавно, если бы он меня на дуэль вызвал. Кто же он такой? Явно недеревенский простофиля. Бастард какой-то шишки? Вряд ли законного сынка засунули в самый низ стражи. Или это настолько тёплое место, просто я не в курсе? На самом деле, неважно.