Я выбрал путь смерти - Владимир Шитов

Под утро, когда сон наиболее крепок, Волчий Ветер проснулся оттого, что кто-то пытался снаружи из коридора открыть дверь их купе.

За время, проведённое в дороге, он несколько раз выходил в коридор по разным причинам, поэтому уже знал, что дверь их купе несколько перекошена, поэтому плавно её открыть невозможно, а нужно резко, с силой нажать на ручку.

После тщетных попыток до незваного посетителя, повидимому, тоже дошло, что дверь без шума не открыть, поэтому он поступил с ней надлежащим образом.

Дверь рывком открылась, и в купе ворвались двое парней с пистолетами. Парни замерли рядом с дверным проёмом и молча стали стрелять по намеченным целям, которыми являлись Транквиллинов и его телохранители.

Такая наглость налётчиков возмутила Волчьего Ветра. «Они меня игнорируют, совершенно не обращая на меня внимания. Я для них ничто. Ну я вам сейчас покажу».

Попутчики показались ему нормальными людьми, поэтому не заступиться за них противоречило бы его жизненным принципам. Резко выбросив ладонь, он её ребром ударил одного из нападавших по кадыку. Тот выронил пистолет и осел на пол. Почти одновременно Волчий Ветер ногой ударил второго налётчика по лицу. Удар был настолько сильным, что парень вылетел из купе в коридор. Если бы Волчий Ветер был, как обычно, обут в армейские ботинки, то можно было не сомневаться, что он сломал бы парню шею.

Налётчик, не ожидавший такого противодействия от пассажира купе, протирая глаза руками, бросился бежать из вагона. Волчий Ветер кошкой соскочил с полки и, как был, босиком бросился его догонять. В тамбуре налётчик уже пытался выпрыгнуть из поезда через открытую дверь. Схватив его за голову сзади, Волчий Ветер резко её повернул. Со сломанными шейными позвонками бандит повалился на пол.

Волчий Ветер закрыл дверь в вагон, после чего приступил к обыску трупа, но своё намерение довести до конца не успел. Раздавшиеся в купе два пистолетных выстрела заставили его поднять с пола оружие бандита и поспешить в вагон. Когда он прибежал в своё купе, то увидел застреленного бандита, лежавшего на полу, и Провоторова с пистолетом в левой руке; правое его плечо было в крови.

— Зачем ты «языка» убил? — сердито спросил Волчий Ветер.

— Он пришёл в себя, и если бы я его не застрелил, то он нас вместе с Тарасом Кондратьевичем прикончил бы, — пояснил ему Провоторов.

В результате нападения злоумышленников был убит Осипов двумя выстрелами в голову и грудь, Провоторов получил сквозное ранение в правое плечо. Транквиллинов совершенно не пострадал.

Налётчики, по-видимому, рассчитывали в первую очередь расправиться с телохранителями Транквиллинова, которые тоже были вооружены пистолетами и представляли для них опасность. После их устранения они без особого риска для себя могли спокойно убить Транквиллинова. Фактически именно он был главной их целью. Волчий Ветер, будь он на месте налётчиков, именно так бы и поступил.

— Александр Георгиевич, Провоторов правильно сделал, что убил этого подонка, собаке собачья смерть, — высказал своё мнение Транквиллинов.

— Его нельзя было убивать. Тут ты, Ваня, лихачнул, надо было его только ранить.

— Так уж получилось, стрелял-то я в него с левой руки, — попытался оправдаться перед Волчьим Ветром Провоторов.

— А где его напарник? — поинтересовался Транквиллинов.

— В тамбуре отдыхает. — Волчий Ветер положил пистолет убитого бандита на столик. — Это его оружие, прошу руками не трогать.

— Он не убежит? — заволновался Транквиллинов.

— Нет! Он уже отбегался, — успокоил его Волчий Ветер.

Удовлетворившись ответом, Транквиллинов стал рассматривать убитого налётчика. В нем он опознал парня, который в Красной Поляне представился ему как Сергей и который отбил у него девушку. Это открытие позволило Транквиллинову с большой долей вероятности предположить, что покушения на его жизнь в районе Большого Сочи на автомобиле «КАМАЗ» и сейчас в поезде совершила одна и та же группа. Поэтому к погибшим парням он жалости, сочувствия не испытывал.

— Что у тебя с плечом? — спросил Волчий Ветер, увидев кровь на плече и руках Провоторова. — Сейчас разберёмся. Давай снимай рубашку, — потребовал он не очень любезно.

— Не могу, сильная боль.

Общими усилиями Волчий Ветер и Транквиллинов сняли с пострадавшего рубашку. Волчий Ветер бросил её на пол со словами:

— Она тебе больше не понадобится. — Ловко прощупав правую руку Провоторова, при этом не обращая внимания на его стоны, Волчий Ветер сделал заключение: — Ничего страшного, будешь жить.

Он разорвал простыню, которой не пользовался, так как в вагоне было жарко, и старательно перебинтовал рану. Затем выше раны наложил жгут, чтобы остановить кровотечение.

Наблюдавший за его действиями Транквиллинов с похвалой заметил:

— Вы с моим Иваном управились, как заправский медработник.

— До медработника мне с моими познаниями далеко, но первую медицинскую помощь такому больному, как Иван, всегда смогу оказать.

Волчий Ветер подошёл к убитому телохранителю Транквиллинова.

— Жаль Николая, хороший парень был.

— Если бы Иван с Николаем не ротозейничали и не спали, а действительно старались добросовестно выполнять свои обязанности, то смогли бы не только меня сберечь, но и за себя постоять, — недовольно заявил Транквиллинов.

— Ну кто думал, что так получится? — оправдывался Провоторов.

— Я думал, потому и взял вас в Сочи с собой в качестве телохранителей. Если бы не Александр Георгиевич, то не только тебя, но и меня ожидала бы участь Николая, — продолжал выговаривать Провоторову Транквиллинов.

Под этот неприятный разговор попутчиков Волчий Ветер, не теряя зря времени, переоделся в ту одежду, в которой он сел в поезд на вокзале Краснодара.

— Почему ты так торопишься переодеться? Куда спешить-то? — отрываясь от разговора с Провоторовым, спросил его Транквиллинов.

— Сейчас сюда понабежит столько народу, что потом у нас времени не будет на такую процедуру.

Он обулся и вышел в коридор, где увидел проводника, смотревшего в его сторону из своего купе, и сказал ему:

— В вагоне три трупа, зови сюда бригадира, врача и всех, кого положено в таких случаях.

Вернувшись в купе, он решил задать своим попутчикам один вопрос:

— Как могло получиться, что бандиты беспрепятственно проникли в купе, если дверь у нас была закрыта и на замок, и на предохранитель?

— Действительно, — произнёс Транквиллинов, сделав удивлённые глаза. — Значит, кто-то из вас выходил и забыл поставить дверь на предохранитель. Вы знаете, что я не выхожу из купе. — Поскольку желающих ответить на его вопрос не было, он стал дальше развивать свою мысль: — Помнится, последним в туалет мою «утку» выносил Николай.

— Значит, он и забыл поставить дверь на ограничитель, — довольный своей догадливостью, предположил Провоторов.

Ему сразу же возразил Волчий Ветер:

— Я видел, как Николай возвратился из туалета в купе и как он повернул ограничитель двери…

В это время около их купе остановились четверо: сержант милиции, проводник и два работника железной дороги.

— Что у вас случилось? — поинтересовался сержант милиции, обращаясь не к кому-то конкретно, а ко всем сразу.

— Это, сержант, не у нас, а у вас случилось. Позволяете разным подозрительным типам ходить по вагонам, врываться в купе и убивать пассажиров, — не считая нужным оправдываться перед сержантом, пошёл в атаку Транквиллинов. Он наконец-то получил возможность на ком-то сорвать свой гнев, недовольство за пережитое волнение. К тому же он был уверен, что сержант милиции для него никакой опасности не представляет.

— Там в тамбуре ещё один труп лежит, — обращаясь к сержанту, сообщил проводник.

— Вы тут ничего руками не трогайте, особенно оружие, — увидев на столе пистолет, потребовал сержант милиции. — На следующей станции в поезд сядет оперативная группа со следователем Транспортной прокуратуры. Они произведут осмотр места происшествия и допросят вас. Я пока пойду в тамбур охранять труп.

— Труп бандита нечего охранять, он никуда не денется. Вы должны нас охранять. Может, в поезде есть сообщники бандитов, которые решат нас всех добить, — беспокоясь за свою жизнь, заявил Транквиллинов.

— Нас тут так много, что никакие бандиты больше не посмеют на вас напасть, — успокоил его сержант, покидая купе.

В Санкт-Петербург поезд прибыл точно по расписанию.

Для пострадавших наступило такое время, когда они, словно попугаи, без конца вынуждены были рассказывать о нападении то бригадиру поезда, то членам следственной группы. Как был совершён налёт злоумышленниками и какие меры были приняты пассажирами для своей защиты. Потом все это, но только с подробностями, им пришлось рассказать старшему следователю Транспортной прокуратуры Алексею Михайловичу Стукало, который их показания запротоколировал.