Проклятый ангел — свободный ангел - Александр Абердин

Вот так из-за длинного, в обоих смыслах, Любашиного языка в курортном парке был разглашен мой секрет. Кисловодск город маленький, а курортная зона в нём невелика, а курортный парк посещают все отдыхающие и потому, даже не смотря на их постоянную ротацию, все они быстро становятся узнаваемыми и торговый люд наделяет их опознавательными знаками. Те две девушки, одна из которых меня сначала сфотографировала на дорогую цифровую камеру с мощным объективом, а потом попыталась оскорбить но получила сдачи, отдыхали в санатории "Красные Камни", считавшимся элитным. Их прозвали Московскими Фифочками, хотя одну звали Маша, а вторую, ту, которая на меня в честь чего-то окрысилась, Алина. Что Алина, что Лера были на редкость красивыми девушками и надо сказать, что после моей отповеди леди-фотограф не иначе, как по три, четыре раза в день совершала омовения. И вот, вчера, уже ближе к вечеру, движимый мыслью, что на завтрак завтра утром у меня будет только бутылка не слишком чистой воды, я направился вверх по течению Ольховки, собираясь сходить в лес и завалить там самую большую дикую свинью, какую только смогу выследить, чтобы запастись мясом впрок. Когда я быстрыми шагам шел в направлении грота, меня кто-то окликнул:

— Авель, подождите.

Услышав женский голос, я повернулся и увидел Машу, одетую длинный голубенький сарафан из тонкой льняной ткани с четырьмя длинными вставками из вологодских кружев — две спереди и сзади, а две, от подмышек, по бокам. Солнце освещало эту стройную, красивую брюнетку с длинными, распущенными по плечам волосами так, что я сразу же увидел, что под сарафаном на ней нет ни бюстгальтера, ни трусиков. Чертовка знала, как нужно соблазнять ангелов. Я приблизился и спросил:

— Что вам угодно, сударыня? Извините, но я очень тороплюсь. — Быстро оглянувшись вокруг, я с улыбкой разоблачил себя и свои намерения, шепотом сказав — У меня сегодня ночью намечена охота на дикую свинью. Если вам известно моё имя, то вы должны знать, что мне здесь бомжевать ещё две недели. Очень, понимаете ли, кушать хочется.

Маша тоже не стала лукавить и сразу же выложила мне:

— Авик, я специально шла к вашему гроту. Вы не могли бы составить мне компанию сегодня? Понимаете, Алине пришлось срочно уехать по делам, а у меня сегодня день рождения. Заказан столик в ресторане, а никого знакомых, с кем можно поговорить, у меня в Кисловодске нет. Знаете, в такой день девушке кисло сидеть одной за накрытым столом и трястись, что какой-нибудь абориген начнёт напрашиваться со своими глупыми и пошлыми предложениями. Составьте мне компанию, Авик, пожалуйста, а свою дикую свинью вы застрелите завтра ночью. Она же за одну ночь не иммигрирует в Израиль.

Тонкий юмор девушки мне понравился и я громко рассмеялся, представив себе дикую свинью, поднимавшуюся по траппу на борт самолёта, чтобы улететь в Израиль, где не едят домашних свиней, не говоря уже о диких. Вежливо поклонившись, я с широкой улыбкой ответил девушке:

— Вообще-то я благородный ночной охотник, Маша, и не стреляю в дичь из ружья. Я намерен догнать дикую свинью и заколоть её охотничьим ножом, чтобы накоптить себе мяса на целых две недели. Ну, раз вам предстоит отмечать свой день рождения в грустном одиночестве, то я согласен его скрасить. Тем более, что все царапины с моего лица уже сошли. Только учтите, у меня просто дьявольский аппетит.

Маша радостно заулыбалась и воскликнула:

— Я знаю об этом, Авик, потому специально заказала большого, запечённого поросёнка. Вы ведь любите свинину?

Можно подумать, что я на Земле успел попробовать какое-то другое мясо. Консервы, шесть маленьких баночек, я хранил на чёрный день, а после того, как вчера съездил на вещевой рынок «Людмила» за обновками, у меня в кармане лежало всего четыреста рублей на хлеб, если с заработками будет не густо. Тем не менее я улыбнулся ещё раз и сказал, что молочный поросёнок это моё самое любимое лакомство, после чего галантно предложил девушке руку и изменил свои планы, хотя до того места, где я устроил тайник, в котором лежала моя сумка, идти оставалось всего метров триста. Что же, ужин в ресторане, да, ещё с такой очаровательной девушкой, похожей на демонессу, представлялся мне весьма перспективным мероприятием. Однако, мы направились не прямо в ресторан, а сначала в санаторий "Красные Камни", где проживали Маша и Алина. Не думаю, что для того, чтобы девушка переоделась к ужину. По пути к ресторану мы весело болтали, я кормил белок, их в парке жило множество и почти все они уже хорошо знали и не только спускались ко мне на руки, но и смело бегали по мне вовсе не потому, что я и во время этой прогулки кормил их ржаными сухариками.

Маша пыталась расспросить меня, кто я и откуда, чем занимаюсь, но я лишь сказал ей о себе, что я просто Авель и куда больше рассказывал о белках и местных дворнягах. Приличия ради я спросил её кто она и чем занимается. Маша ответила довольно односложно, сказав, что она москвичка и работает, как и Алина, в модельном бизнесе, но не сказала, кем и на этом наш обмен информацией личного характера завершился. Девушка пыталась заговорить со мной о литературе и поскольку я раз пять провёл часа по полтора в книжном магазине, быстро перелистывая книги, а на самом деле их читая, то кое о чём мне было рассказать. Более того, я даже продекламировал ей несколько понравившихся мне стихотворений Семёна Кирсанова и Байрона. О музыке же я честно сказал, что в пребываю в ужасе от попсы, но мне понравилось кое-что из британского рока, но честно признался что тут мне нечем похвастаться. Зашел разговор о том, где я так хорошо выучил английский язык и я, ухмыляясь сказал, что знаю не только английский, но и другие языки. Девушка мне не поверила и тут же позвонила сначала своему другу Пьетро Доницетти, итальянцу, а затем шведу Свену Юхансену.

То, что я с обоими одинаково хорошо разговаривал и друзья Маши после этого сказали ей, что поражены таким отменным моим владением как одним, так и другим языком меня развеселило, а девушку поразило. Вскоре мы дошли до санатория, поднялись на второй этаж и поскольку Маша уже звонила куда-то по сотовому телефону, то я даже не удивился, когда увидел, что в её номере уже накрыт к ужину стол и на нём действительно стоит блюдо с запечённым поросёнком. В общем мне только и осталось, что снять с себя джинсовую куртку и помыть руки. После этого Маша закрыла номер изнутри на ключ, а снаружи повесила табличку "Не беспокоить". Вчера я впервые попробовал местные спиртные напитки и они мне понравились. Где-то через час после начала ужина мы уже вместе принимали ванну, а потом переместились в спальную. Поросёнок, съеденный мною почти целиком, Маша лишь попробовала его, уже полностью превратился в энергию и я показал этой молодой девушке с планеты Земля, как умеют любить своих даже мимолётных подруг ангелы. Девушка, как я понял, давно уже не была близка с мужчиной и потому соскучилась по ласкам и нежности. Наутро она спросила меня: