Тернистый путь - Елена Веснина

— Она приходила к тебе? — Дочь явно преподнесла Буравину сюрприз. — Представляю, что она тебе наговорила!

— Она сказала мне то, что я была готова от нее услышать. Упрекнула меня, что я разрушила вашу семью, отняла у нее отца, а у матери — мужа.

— Зачем она это сделала? — раздосадовался Буравин. — Это вовсе не ее дело. Прости ее, Полина. Я с ней поговорю!

— Обязательно поговори, но не в таком тоне, — посоветовала Полина. — Я не обиделась на Катю. Возможно, на ее месте я поступила бы так же. Ей сейчас очень тяжело: из-за твоего поступка рухнул весь ее мир.

— Полина, миллионы людей разводятся. И никто из их детей от этого не умер!

— И слава Богу. Но Катя — твой ребенок.

— Который пытается заставить меня поступать так, как нужно ей, а не мне! — напомнил Буравин с возмущением.

— Но ты же точно такой, Виктор! Пойми ее, она действительно очень переживает!

Буравин замолчал.

— Ты должен подумать не только о себе и своих чувствах, а и о чувствах и переживаниях своей дочери. Объяснись с ней по-доброму, ты должен это сделать.

— Ты права. Я с ней поговорю. И как можно скорее, — согласился Буравин.

Он затушил окурок в пепельнице и, грустно взглянув на Полину, ушел.

В это время Катя занималась своим любимым делом — болтала с Зосей в кафе. Ей было что порассказать. Больше всего ее интересовало, почему отец ушел от мамы.

— Я не понимаю папу. Как он мог от нас уйти? — все повторяла она.

— Не переживай, так часто бывает у мужа с женой. Поругались, он ушел. Потом вернется. — Зося говорила со знанием семейных дел.

— Он никогда не уходил из дома, хотя они с мамой часто ссорились.

— Мама у тебя, Катя, не подарок, — заметила Зося. — Может до такого довести…

— Я про маму все знаю. А как же я? Он же и меня, получается, бросил.

— Кать, не усугубляй. Тысячи людей разводятся-и ничего. Не делай из этого трагедию.

— Не могу. У меня такое чувство, будто весь мир вокруг просто… рухнул! Я не понимаю, что мне теперь делать… — У Кати навернулись слезы. Никто не имел права бросать ее! Никто.

— Он вернется, и все будет как раньше. Вот увидишь, — стала успокаивать ее Зося.

— Не будет как раньше, — покачала головой Катя. — Он все испортил. И прошлое перечеркнул, и будущее изменил. Я не смогу ему этого простить.

— Сможешь. Ты же его любишь!

— Нет. Своим поступком он все перевернул. Я не могу больше любить его. Хотя до того, как отец ушел, я любила его больше, чем маму.

— Вы с ним очень похожи, — заметила Зося.

— Я его всегда понимала. Ссорилась даже с мамой, доказывая ей, что прав папа, а не она. Но я не знала, что он изменяет маме!

— Но ты же говоришь, что Полина все отрицает.

— Неужели ты думаешь, что мне, дочери своего любовника, она сказала бы правду? Подлость какая! Мне так жалко маму!

— Ужасно, конечно, прожить с человеком двадцать лет и узнать, что он тебе изменяет… — вздохнула Зося.

— Я теперь полностью на маминой стороне. И понимаю ее ненависть к Полине. Я сама убить ее готова!

А как же твои отношения с Лешей? — напомнила Зося. — Он же ее сын, тебе придется из-за него как-то общаться с Полиной. Он любит мать, какой бы она ни была.

— Сама не знаю. Такая дурацкая ситуация… Если бы не отец, ничего бы этого не было.

— Не злись на него. Подумай, ему сейчас, наверное, очень тяжело.

— А как мне сейчас из-за него? Легко? Он обо мне совершенно не подумал!

Катя стала собираться. Когда девушки вышли из кафе, Зося заметила машину Буравина, которая была припаркована у входа.

— Катя, твой папа здесь. — Зося толкнула Катю вбок.

Катя посмотрела на машину Буравина и демонстративно отвернулась.

— Пойдем отсюда.

В это время Буравин вышел из машины и направился к дочери.

— Катя, подожди, — попросил он. — Катюша, не убегай. Давай поговорим.

— Нам с тобой не о чем говорить! — отрезала дочь.

— Я твой отец, — напомнил Буравин.

— Ты сделал свой выбор и с этого момента ты мне больше не отец! — У Кати начиналась истерика.

— Я, пожалуй, пойду… — сказала Зося, видя, что происходит.

— Зося, подожди. Мы пойдем вместе.

— Нет, Катя. Не надо, — возразила Зося. — Вам нужно поговорить… — И она ушла, оставив Катю наедине с отцом.

— У тебя пять минут, — деловито сказала Катя. — Что ты хотел мне сказать?

— Катя, я прошу тебя не горячиться. Сначала выслушай меня, а потом делай выводы.

— Ты нас бросил! — завелась с полуоборота Катя— — Какие еще выводы я должна делать?!

— Я понимаю, что у тебя есть своя правда, что ты меня сейчас ненавидишь, но… Но я действительно не мог больше жить с… твоей мамой.

— Конечно, не мог! Ведь у тебя есть любовница! — с горечью бросила дочь.

— Ты не понимаешь… Полина — не любовница.

— Да?! А кто же? Друг? Соратник? Единомышленник? — Катиной иронии не было предела.

— Она не любовница. Она любовь всей моей жизни, — очень серьезно ответил Буравин.

— Ну что же. Я рада за тебя, — сухо заметила дочь.

— Я понимаю, что это для тебя неожиданность. Но сейчас я попытаюсь тебе все объяснить. Понимаешь… Мы с Полиной всю жизнь любили друг друга. Мы тогда с Борькой Самойловым были такими же молодыми, как ты сейчас. Мы были друзьями. Потом поссорились. Я наделал глупостей. В общем, вел себя отвратительно. Полина назло мне стала встречаться с Борисом. Я ревновал, дурил еще больше. И все кончилось тем, что Полина вышла замуж за Самойлова.

— А дальше? — Катя была искренне заинтересована папиным рассказом.

— Дальше? Чтобы не видеть всего этого, я ушел в рейс. Долгий рейс, на полгода. А когда вернулся, Полина уже ждала Костю. Я своими руками разрушил свое счастье. Не надо мне было идти в этот рейс! Но я просто не мог спокойно смотреть на то, что моя Полина… с Борисом…. А когда я вернулся — было уже поздно. Полина сказала, что не оставит отца своего ребенка. Тогда я и женился на твоей маме.

— Вот, значит, как все было… — задумчиво прошептала Катя.

Да. Так. И мы двадцать лет с моим старым другом Борей Самойловым делаем вид, что продолжаем дружить. А на самом деле… Каждый из нас ревниво следит… кого предпочтет Полина.

— Но… Как же он… Самойлов… мог жить с Полиной, зная, что она всю жизнь любит тебя? — спросила Катя.

— Так. Он двадцать пять лет живет с ней, радуясь, что в тот момент ему повезло.

— Какой же это друг?!

— Дружбы как таковой между нами нет, — признался отец. — Да и какая может быть дружба, если он живет с ней. И все из-за моей глупости!

— У меня словно мир перевернулся в голове. Неужели все именно так?

— А потом у них родился Лешка. А у нас — ты. Полина решила, что нам не нужно рушить свои семьи. Ради вас. Но сейчас я понял, что если не сделаю этого, то проживу жизнь, так и не узнав, что такое человеческое счастье…

— Папа… Мне тебя так жаль… Прости… Наконец-то дочь кое-что поняла. Она нежно прижалась к отцу.

Сан Саныч вернулся домой, и Зинаида сразу заметила озабоченность на его лице.

— Ты чего такой хмурый? — спросила она.

— В Одессу надо ехать, — ответил Сан Саныч.

— Зачем? — удивилась Зинаида.

— Как зачем? Сама же говорила, что Маше толковый адвокат нужен.

— В Одессе, конечно, адвокаты получше будут, — согласилась Зинаида, — но и подороже. А где деньги возьмешь?

— А там же и возьму. Друзья у меня в Одессе. — Сан Саныч, конечно, не хотел посвящать Зинаиду в свои мужские дела.

— Что за друзья?

— Моряки бывшие. Теперь в коммерцию подались. Торгуют тем-сем. Займу у них сколько надо, — складно и ладно соврал Сан Саныч.

— А они дадут? Сумма-то немалая, — засомневалась Зинаида, которая приняла его слова за чистую монету.

— Моряк моряка всегда выручает. Договоримся. — А вот это была настоящая правда, в которой Сан Саныч действительно не сомневался, и его голос звучал очень уверенно.

— Ой, что-то неспокойно мне, Саныч.

— Не бойся, Зина, я быстро. Туда и обратно. К вечеру вернусь.

— Ну ладно. Езжай. Это ты хорошо придумал. Только скажи друзьям, что отдать мы не скоро сумеем. Может, по частям или еще как?

— Зина, я все улажу. А ты лучше к Маше сходи. Проведай, — посоветовал Сан Саныч.

— И то правда. Схожу, передачку ей отнесу. Хоть как-то порадую.

Зинаида собиралась было всплакнуть, но Сан Саныч заметил это и сказал:

— Стоп, машина! Не реви. Все обойдется.

Он обнял Зинаиду, и она утерла слезы. Хорошо, когда рядом с женщиной надежный мужчина, который может сказать тебе: «Не плачь, я рядом, я все сделаю!»

Маше снился странный сон. Будто она идет по улице к железнодорожному переезду, а впереди нее идет Сан, Саныч. Он идет быстрее ее прямо к железнодорожным путям. Маша видит, что к переезду приближается поезд, и ее охватывает страх за Сан Саныча. Она пытается его догнать, но ноги не слушаются, а Сан Саныч все удаляется. Но Маша чувствует, что он идет навстречу беде.