Притворяйся, пока не сломаешь его (ЛП) - Бренди Меган

— Нет ничего плохого в том, чтобы хотеть хорошо учиться в школе и быть добрым к другим людям — это правильно. Что касается Сандры, то она сама по себе, а Алекс — не мой парень, — огрызаюсь я. — Так что, да. Я была милой и буду такой и дальше.

— Но почему?

Мои глаза устремляются на него.

— Потому что.

— Ты думаешь, что обратишь внимание этого придурка своей любезностью? И вчера ты с ним любезничала? — его губы скривились, он сдвигается, еще больше наклоняясь вправо. — Он даже не пришел.

Когда я ничего не говорю, он качает головой.

— И все же ты будешь преследовать его, не так ли?

Что с этим парнем такое?

— У меня нет цели стать его девушкой, — огрызаюсь я.

— Нет? — его лицо кривится.

Я дергаюсь вперед на своем сиденье, злясь.

— Конечно, он мне нравится. Я бы хотела с кем-нибудь встречаться в этом году, но я не буду из-за этого вести себя как сука с людьми, — мои брови подпрыгивают. — Ты сидишь и притворяешься, что знаешь меня, но если ты думаешь, что я буду притворяться, чтобы заполучить кого-то, ты ошибаешься. Какой смысл тогда, если я даже не могу быть собой? — спрашиваю я, но не жду ответа. — Если я ему не нравлюсь такой, какая есть, ну и черт с ним.

Хотя я почти уверена, что понравилась бы! Но этого я ему не говорю.

Нико свирепо смотрит на меня, но в нем опять происходит неожиданная перемена. Внезапно его глаза становятся менее уверенными.

В следующую секунду таймер на моем телефоне отключается, и я вскакиваю со стула, стремясь убраться отсюда к чертовой матери.

— Нам нужно спуститься, осталось всего десять минут, и Мистер Брандо может начать нас искать.

Он не двигается, его взгляд темный и оценивающий. Наконец, он встает на ноги, шагает ко мне, пока не оказывается прямо передо мной. Он стоит с пустым лицом, окруженный густым туманом досады, от которого трудно дышать.

Нико стоит молча в течение целых тридцати секунд, а затем, наконец, проскальзывает мимо, его грудь задевает мою.

Только когда скрип кирпича по цементу достигает моих ушей, я понимаю, что мне очень холодно. Я вздыхаю и прочищаю горло, когда переступаю порог, жду, пока он пойдет за мной.

Я вздрагиваю, когда дверь захлопывается, Нико остался с другой стороны.

***

Я еду домой, ставлю замороженную запеканку в духовку на ужин, как только переступаю порог, а затем принимаюсь за домашнее задание.

Когда я уже поела и заканчиваю свои задания на выходные, входная дверь открывается и закрывается внизу, мама с кем-то спорит с кем-то по телефону.

Почему она дома? Она приходит только после восьми, но стук в мою дверь раздается через двадцать минут.

— Открыто, — кричу я, уже страшась ее появления.

Мама открывает дверь, оглядывая комнату, прежде чем ее взгляд падает на меня, сидящую на у окна, окруженная учебниками и бумагами.

Она входит, берет пульт от телевизора и выключает его.

— Всегда учишься, — она сцепляет руки перед собой.

Клянусь, ей труднее всего угодить. Она хочет, чтобы я была Мисс светской львицей и будущим гребаным президентом. Если я не сделаю все задания сейчас, то мне придется делать их где-нибудь на пляже в эти выходные.

— И тебе привет, — насмешливо говорю я, снова уткнувшись в книгу.

— Ой, перестань. Мы вчера виделись, — она подходит ближе к моей книжной полке, проводит по ней пальцем и хмуро смотрит на пыль. — Я думала об этой вечеринке…

Мой мозг замирает на полуслове, и я поднимаю на нее глаза. Она вздергивает подбородок.

— Я не уверена, что это хорошая идея.

Я положила блокнот рядом с собой, повернувшись к ней лицом. Неужели?

— Мы уезжаем меньше чем через двенадцать часов, ты мне уже разрешила.

— Ну, я обдумываю свой ответ. Я твоя мать, мне позволено.

— Зачем?

— Во-первых, я не знала, что в понедельник вы тоже будете там. Три дня — это слишком много для детей без присмотра. Одному Богу известно, что там произойдет.

Ты даже не знаешь, что здесь происходит!

— Ты же знаешь, что отец Кристы очень осторожен, там повсюду будет охрана.

— Ну… — она протягивает руку мимо меня, задергивает занавески и закрывает вид на звезды. — Я волнуюсь. Именно за тобой никто не будет присматривать и защищать. Тебе не кажется странным, что ты выпускница, почти не ходишь на свидания и всегда сидишь дома?

Я хочу спросить ее, откуда она знает, но решаю не делать этого.

— Не кажется.

— Ну, а мне кажется. У тебя красивое лицо, подтянутое тело и отличные оценки, — говорит она. — Тебе нужно мужское плечо.

— Говорит человек, который постоянно напоминает мне, что я не должна ни от кого зависеть и не совершать ту же ошибку и забеременеть в старшей школе.

Она моргает.

— Презервативы, дочь. И тут есть разница. Можно зависеть от кого-то и просто найти кого-то, кто тебе подходит, — она делает вид, что сосредоточилась на моем кубке. — Сегодня я разговаривала с Кларой.

Клара — мама Трента. Конечно.

Я качаю головой, точно зная, что она собирается сказать.

— Не начинай все сначала.

— Мы не понимаем, почему вы с Трентом не вместе, вот и все.

— Потому что мы не любим друг друга.

— Отношения не всегда начинаются с любви, Деми.

Я изумленно смотрю на нее.

— Вообще-то так и есть.

— Ну, я думаю, тебе пора передумать. Погуляй с ним немного.

Я вскакиваю на ноги.

— Он встречается с одной из моих лучших подруг!

— А, блудливая девчонка, которая не заслуживает его. В конце концов, она будет вынуждена присоединиться к своим родителям в сфере недвижимости.

— А что в этом плохого?

— Ничего, но нужно защищать свое будущее.

— У ее родителей все хорошо.

— А семья Трента владеет авиакомпанией. Скажи мне, почему эта девушка подходит ему больше, чем ты?

Мой рот открывается, но ничего не выходит, поэтому я качаю головой. Она сама не знает, о чем говорит. Криста умная и красивая; она добрая и уважительна к своим родителям, хочет быть учительницей и стать мамой, и ей наплевать на деньги, которые есть у ее отца. Ей нравится их тратить, да, но кто не захочет, если отец разрешает? Не говоря уже о том, что она отдала Тренту девственность.

Мама поджимает губы.

— Я отпущу тебя на вечеринку, но попрошу, чтобы вы с Трентом немного прогулялись или попытались побыть наедине.

Она просто чокнутая.

— Это твой последний год в школе, и в какой-то момент он бросит ее, потому что она ему не нужна, и когда это произойдет, он будет думать о тебе.

Я иду к своей двери, держа ее открытой, чтобы она поняла намек.

— Нет, и ты должна прекратить говорить такие вещи. Ты ставишь меня в неловкое положение, когда я рядом с ним. Мы друзья, и если ты хочешь, чтобы мы были хотя бы друзьями, то оставь нас в покое.

Тошнотворное недовольство смотрит на меня, и идет в мою сторону, останавливаясь перед тем, как уйти.

— Дружба не важнее будущего.

— Будущее нужно заработать, мам, а не унаследоваться от мужа.

— Не суди меня, — ощетинилась она. — Твой отец был никем, когда я с ним познакомилась.

— Да, и ты тоже.

— Если ты не хочешь помочь себе, Деми, я помогу тебе.

— Спокойной ночи, мам, или мне следует попрощаться, ты снова уезжаешь?

У нее хватает совести выглядеть виноватой, но лишь на мгновение, прежде чем расправить плечи.

— Я приехала, чтобы оставить свою машину, еду с девчонками в винный край. Они ждут у входа.

— Тогда тебе лучше уйти, а у меня был хороший день, спасибо, что спросила, — я захлопываю дверь у нее перед носом и прижимаюсь к ней головой.

— Будь умницей и скажи, как приедешь туда, — говорит она, и стучит каблуками вниз по лестнице и к выходу.

Я закатываю глаза, откладываю все свои школьные задания и хватаю телефон. Потом иду на задний двор, включаю плейлист фристайла и бросаю телефон на стул. Я несколько минут потягиваюсь, затем, когда песня заканчивается, быстро перемещаюсь в центр травы, лицом к большим окнам. Музыка гудит у меня в ушах, и мое тело начинает двигаться, как ему заблагорассудится. Без мыслей и давления. Самое лучшее чувство на свете.