СТРАТЕГИЯ: «СПАСАТЕЛЬ» - Вадим Денисов

Так что, ночью есть шансы, буду пробовать "пробивать" эфир. Сначала полюбуюсь ночными окрестностями своих владений, а потом тактично воспользуюсь столь любезно предоставленным мне "оборудованием".

Наметив столь стройный план, я успокоился, снова прилег и незаметно уснул. Вырубился в прохладе, как в анабиоз рухнул…

Проснувшись паническим рывком, я сразу же окунулся в озноб липкого страха.

Нормальный ты конспиратор, Потапов! Замочил на боевом посту! Тебе знамя от Избы доверили, "паспорт" дали, а ты… Сердце бешено колотилось, и даже звенящая ночная тишина не могла унять эти гулкие удары в груди. Как же это я? Вот так и "просвистели" чапаевскую дивизию! А если бы кто-нибудь влез, пока ты щеки мял? Понемногу успокаиваясь, я сел. Фу ты… Вот уж, действительно, пронесло.

В темноте южной ночи я стоял на вершине одинокой горы, возвышающейся над долиной, по которой змеилась таинственная грунтовая дорога, а надо мной в прозрачном небе медленно кружили звезды. Там, где скатилось за ломаный горизонт солнце, еле угадывались вершины темных гор. Темные земли и звездная высь. Простор и препоны, звезды и тернии, восторг и страх.

В числе тех, кто, будь такая возможность, мог бы считать мои эмоции и мысли в этот момент, наверняка нашлись бы постигшие и прочувствовавшие - из числа Стоявших на Вершинах. Снисходительно улыбнувшись, они подумали бы: "Вот и еще один по-настоящему очарован Вселенной, мы-то давно прикоснулись к вечному".

Но они ошибутся.

Ибо, увы, никогда не смогут, даже стоя на самых дальних и неприступных земных пиках, понять, что это такое - в одиночестве плыть на темной скале по волнам ночного Нового Мира, где все вокруг тебя - неведомое, все - непознанное. Страшное, пугающее… и манящее до изумления: - "Почему я не боюсь этого мира, что со мной? Откуда взялась эта смелость, эта решимость и готовность к действию?" А это древнее… В вас проснулся мужчина древнего мира, которому племя не просто доверило стеречь границы, а найти новые угодья.

…Нет, ребята, вам не удастся познать это чувство - на Земле подобные эмоции последними испытали, пожалуй, покорители Дикого Запада, первооткрыватели Сибирских просторов и первые же казачьи патрули кавказских предгорий. Опасность есть, но она еще не видна и не ясна. Красота завораживает и пугает. Ты одновременно ищешь одиночества и помощи - протянутой руки далеких от тебя друзей.

Это и есть Фронтир.

Когда вы стоите на одинокой скале и смотрите на границы, которые обязаны расширить, отодвинуть. Вот, что такое фронтир, а вовсе не то, что вы два года назад прочитали в скучном сетевом словаре…

Я уже собрался переходить на другую сторону площадки, как ночную тишь разорвал жуткий протяжный вой, идущий со стороны западного леса - оттуда наведываются разбойники-негры. Волчий? Громко-то как! Жуть… Тундровые волки, полярные, воют редко. Нет им времени тосковать, их, вот уж точно, в бескрайней тундре ноги кормят. Волки. Или… что похуже?

Вот только собаки Баскервилей нам не хватало.

Бр-р… Нехорошие там места, туда мы гулять не хотим. Но ведь дорога-то по "нехорошим местам" проложена, значит, по ней ездят и ходят те редкие Красные шапочки, за счет которых негрильские гопники и девонширские собаки имеют свой регулярный пирожок и горшочек с маслицем.

Осторожно пробираясь мимо сосен через всю площадку вершины, я осторожно вышел к ее восточной, речной стороне. По пути пару раз запнулся о корни, торчащие из камней. Фонариком бы посветить, да нельзя. Фонарик в такой ночи - что лобовой прожектор тепловоза. Помню, как-то раз сигналил я на трассе, как ужаленный, думал, что это какой-то встречный придурок с одной фарой влепил мне в глаза - ксеноном на дальнем…

Вышел к сосне с проводом.

На восточной стороне света было больше - существенно больше!

На северо-восток от меня в дальней полосе тайги слабо мерцали огоньки.

Много их! Это - поселение, и, судя по всему, не маленькое, не три избы и колодец.

Дорога, поворачивающая к северу и скрывающаяся там, в лесу, вела именно к жилью. Деревенька там стоит? Поселок? Я достал бинокль. Километров десять будет. Если есть свет, пусть и в небольшом количестве, то и темной ночью качественный бинокль с большой светосилой - хорошее подспорье. В оптику были видны силуэты нескольких низких зданий, окна в них горели - где по-электрически ярко, а где - тусклым светом средневековых жировых светильников. Но огней гораздо больше, чем их может быть по числу видимых силуэтов изб. Деревья мешают увидеть остальные дома, строений в поселении не меньше двадцати штук будет.

Поселок.

Странно. А вот эти огни расположены заметно выше. Что это может быть? Вышки? Или стены? Стены! Так имеется укрепленное сооружение, может быть, даже небольшая крепость. Взрослый получается поселочек.

О! А это кто движется в ночи?

Пара блуждающих светлячков нагло разрушала прелестную статику картинки лесного "Лас-Вегаса". Фары! Автофары, что еще может быть? Ночь стоит кромешная, добрые люди спать давно легли, а у них огни светятся, никакой тебе светомаскировки, машины ездят. Живенько у вас, ребята!

Вот и наметился план моих действий на завтрашний день - навестим заманчивое поселение, посмотрим, что там, познакомимся с бытом и порядками местных жителей, разживемся сведениями о мире. Что? Где закономерные опасения человека, уже знакомого с реалиями этой бандитской дороги? А они тут причем? Годами, что ли, торчать мне на тайных полянках, как херовый партизан, за всю войну ни разу не выстреливший в оккупанта? "Не пойду на дискотеку, там мне могут морду побить?" Ну-ну.

Иди, Федя, и смотри.

Для остальных я поясню, как это делается.

Берем. Одеваем штаны. Суем в карман любимый верный "клипит" или же вешаем нож на ремень. И идем вперед. Все!

А, чуть не забыл!

Тут такой нюанс: сначала вам необходимо определиться, по какую сторону исторической "видеокамеры" вы собираетесь находиться - кто вы есть по жизни, робкий наблюдатель телевизора или активный деятель реала. Это сделать просто, встаньте на весы и взвесьте свою трусость. Потом пойдите в туалет и отожмите большую ее часть в унитаз, но… немного непременно оставьте при себе… и тщательно берегите! Именно эта толика поможет вам выжить. А дальше просто: берем, одеваем штаны…

Ну что, основной план выполнен.

Можно и спустится, если бы не возникшее дополнение к ночной повестке: будем "радиву смотреть".

Размотал я нижнее крепление антенны - кончик провода аккуратно зачищен. Судя по изгибам проволоки, ее не на штатную антенну наматывали, что я и собираюсь сделать, а в гнездо вставляли. Значит, пришлый оператор проволоки не тупо радиоэфиром наслаждался, а, с большой долей вероятности, осуществляя сеанс связи. А зачем? А с кем? С напарниками. Смотрел в бинокль на поселок, оценивал и докладывал обстановку. Потому что там, сто пудов, у дороги стоит блокпост на въезде, нехорошесть западной дороги не один я заметил. А на посту - мужик с топором, подозрительно похожий на Андрея Кочергина, может, он там не один такой службу несет. Перебрасывая полупудовый топор из руки в руку, останавливает он очередного путника и ласково так спрашивает:

- Не негр ли ты, часом? Ништяк. Не в Средиземье ли твоя истинная родина? Не остроушаст ли ты, путник? Опять ништяк! А откель движешься, болезный? Есть ли у тебя благородное желание сложить шишковатую от комариков голову в поединке со старшиной поста? Нет? Тогда веди себя мирно, да. А стволики - сюда вот сложи, знаем мы вас, с Западной Дороги пришедших…

Вот и наблюдает шпион, периодически. Момента ждет или кого конкретно?

С севера по лесу побежали проблески, в бинокль хорошо видно, как мелькают фары на подъезде к поселению. Значит, с севера в поселок машины даже глубокой ночью приезжают, а вот на западной части дороги - мертвая тишина. Буквально понимайте, вон там два трупа прихоронены. Лично работал.

Перед радиозондированием я решил перекусить.

Неспешно разложил нехитрый припас: тонкую пресную лепешку, две полосы жареного мяса, чуть-чуть смазанного растворенными в воде специями из "доширака". Имелся и салатик - растительная пища кишечнику нужна - в него я скрошил несколько раз ошпаренный дикий щавель, в нем минералов дофига, да лучок медвежий - знакомую всем черемшу, добавил нашинкованных корешков пастернака. Поел, запил холодным сладким чаем. После трапезы я высунулся за пределы, оценил ситуацию, как спокойную, и решил позволить себе перекур, дым с высоты внизу не учуешь.

Прилаживая проволоку и включая аппарат, я заметил, что руки чуть подрагивают - волнуюсь. Крутанул колесо, потом другое, медленно погнал метку по шкале диапазона.

И вскоре получил награду за упорство.

Резко крутанул колесико, снижая громкость, не хватало только дискотеки на вершине. В что, и фонарик имеется…

Эфир пел на русском языке.

Одна песня, вторая, третья! Все - про любовь несчастную, на фрагменты битую. Ах, какие мелкие кусочки… Вот и очередная, затянутая плачущим мужским голосом: